Пользовательский поиск

Книга Искушение искушенных. Страница 27

Кол-во голосов: 0

– Глупости! Народ не стал бы роптать, если бы его не подстрекали, милорд! И пусть не надеются на то, что мы вышлем милорда Сомерсета! Разве вы забыли, что, кроме короля, он – единственный Ланкастер? Или вы хотите, чтобы король оказался в руках Ричарда Йорка и его клики? Они давно точат зубы на герцога, который слишком благороден, чтобы ответить им тем же! Уж лучше я умру здесь от голода, но с короной на голове!

Возразить было нечего, и лорд Уоллингфорд настолько хорошо это понял, что без лишних слов удалился, предоставив королеве гневаться в одиночестве. Она долго кружила по комнате, останавливаясь перед окном лишь для того, чтобы бросить взгляд на заиндевевшие деревья. В тот вечер было ужасно холодно. Ни единого звука не доносилось извне – даже шагов часовых не было слышно, ибо густой снежный ковер заглушал все звуки. Кроме того, поднялся туман, накрыв собою Вестминстер, который казался теперь еще более унылым и заброшенным.

«Деньги! – думала королева. – Нужно достать денег, иначе наши собственные солдаты продадут нас за бочку пива и свиной окорок».

Она быстро подошла к сундуку, стоявшему в углу комнаты, и, открыв его, извлекла на свет шкатулку ручной работы, где хранились ее драгоценности. Несомненно, кто-нибудь из ломбардских торговцев даст ей за них золото, в котором так отчаянно нуждается король. Она уже собиралась позвать одну из своих служанок, чтобы послать ее в Сити, но внезапно дверь отворилась и на пороге возникла девушка, тут же присевшая в глубоком реверансе. Это была единственная француженка, оставшаяся при Маргарите после ее замужества. Ее звали Алисон, она была родом из Лотарингии и с детских лет находилась в услужении у маленькой принцессы.

– Мадам, – в явном смущении произнесла она, – в приемной ожидает один сеньор… Он умоляет вас принять его.

– Кто же это? Ты его знаешь?

– Да… и я сомневаюсь, что вы будете ему рады. Дело в том, мадам, что это граф Уорвик!

Маргарита решила, что ослышалась.

– Уорвик? Ты уверена?

– Конечно, мадам! Это именно он… и он говорит, что королева должна выслушать его…

Маргарита, покраснев от гнева, почувствовала, как бешено заколотилось ее сердце.

– И он осмелился! – сквозь зубы проговорила она. – Может быть, ему хочется полюбоваться, как мы выносим навязанный нам пост? Что ж, пусть смотрит! Впусти его! – приказала она служанке, которая тут же исчезла.

Королева расположилась в похожем на трон высоком кресле черного дерева, которое стояло в глубокой амбразуре окна. Положив ноги на бархатный пуфик, она спрятала руки в широких рукавах своего атласного платья, отороченного мехом горностая. Ей хотелось согреться и одновременно скрыть дрожь, поскольку этот дерзкий визит пробудил в ней ярость, с которой она боялась не совладать. Ричард Невилл, граф Уорвик был племянником и крестником герцога Йорка, а кроме того – самым пылким его сторонником и самым преданным советником. Маргарита не знала, кого ненавидит больше – дядю или племянника.

Вошедший в комнату мужчина был молод и хорошо сложен. Его худое жесткое лицо казалось вырезанным резцом скульптора, а в бездонных черных глазах полыхало пламя. Высокий и стройный, он отличался элегантностью и своеобразным щегольством: его черный бархатный колет был украшен только тяжелой золотой цепью.

Остановившись в нескольких шагах от кресла королевы, Уорвик преклонил колено, молча ожидая ее первых слов.

– Вы пожелали видеть меня, милорд, – холодно произнесла Маргарита после длительной паузы. – Вы меня видите! Вы пожелали говорить со мной… я вас слушаю, говорите!

Ничуть не смущаясь тем, что ему не предложили подняться, Уорвик устремил взгляд своих черных глаз на королеву.

– Мадам, – спокойно произнес он, – я только что узнал о наглецах из Сити, которые отказались снабжать провизией ваш дворец. Сколь бы ни были велики наши разногласия и сколь ни тяжелы взаимные обиды, есть вещи, которые дворянин не может стерпеть, особенно когда речь идет о короле. Ваши подданные, мадам, заслуживают петли, но если они хотят получить золото, надо им его дать. Вот оно!

В руках графа внезапно появился увесистый мешочек, который он почтительно положил к ногам Маргариты. В полном изумлении она посмотрела сначала на мешок, затем на принесшего его человека… несомненного врага! Не желая вникать в истинные намерения Уорвика, она решила проучить наглеца.

– Неужели вы полагаете, милорд, что мы так низко пали и готовы принять милостыню от одного из злейших наших врагов? Очевидно, это ловкий маневр вашего дядюшки, который завтра же велит своим приспешникам кричать на каждом углу, что монарх кормится лишь его милостью. Заберите это, граф, и уходите прочь! Из всего сказанного вами я последую только одному доброму совету: прикажу повесить тех наглецов, которые дали вам возможность нанести нам новое оскорбление!

Уорвик медленно поднялся с колен. Лицо его потемнело, в глазах загорелся гневный огонек, однако спокойствие ему не изменило, и он произнес ровным голосом:

– Напрасно, мадам, вы оскорбили меня ложным подозрением. Поступок мой был продиктован одним лишь чувством: верностью вассала по отношению к своему попавшему в беду сюзерену. Дядя ничего об этом не знает, и только от вас зависит, чтобы он и в дальнейшем оставался в неведении. Явившись к вам, я надеялся убедить вас, что желаю… страстно желаю быть опорой вашего трона и вашим защитником.

– Вы?! Вы желаете быть опорой нашего трона? Я не ослышалась?

– Нет, вы не ослышались. Вам нужен сильный человек, мадам, а этот клоун Сомерсет только губит вас. Откройте же глаза! Осмотритесь вокруг, вглядитесь пристально в то, что происходит! С каждым днем у вас становится все меньше друзей, тогда как число врагов растет… Но ведь это не ваши враги, а враги Сомерсета! Вам следует избавиться от него как можно скорее!

Королева, откинувшись на спинку кресла, презрительно усмехнулась.

– И вы надеетесь убедить меня в ваших добрых намерениях, граф Уорвик, оскорбляя моих друзей? Вы избрали неверный путь. Милорд Сомерсет…

– Милорд Сомерсет – жалкий интриган! Трус, который бежал от французов, но напал на беззащитного герцога Суффолка. Разве вам до сих пор не известно, мадам, кто устроил над ним подобие суда и приказал отрубить ему голову?

Смертельно побледнев, Маргарита резко поднялась с кресла. Она прекрасно знала, что Сомерсет является лишь бледной копией Суффолка, и Уорвик, упомянув о ее возлюбленном, нанес ей удар в самое сердце. Рана была еще так свежа, так мучительна…

– Я запрещаю вам, – произнесла она изменившимся голосом, – я запрещаю вам произносить это имя…

– Почему? – с вызовом осведомился Уорвик. – Потому что он вам по-прежнему дорог? Зачем же вы осыпаете милостями его убийцу, человека, который…

– Это ложь! Вам лучше, чем кому бы то ни было, известно, кто приказал убить милорда Суффолка.

– Это действительно так, и я повторяю вам: его убил Сомерсет. Но, похоже, он сумел ловко обмануть вас и занять в вашем сердце место, принадлежавшее несчастному герцогу. Знаете ли вы, мадам, что рассказывают о вас и о нем?

– Довольно, милорд! Вы оскорбляете меня! Или вы забыли, с кем говорите! Воистину, прекрасное доказательство преданности! Вы предлагаете мне свою помощь, хотите, чтобы я поверила в вашу внезапно возникшую верность, и вместе с тем осмеливаетесь…

– Пусть моя верность покажется вам внезапной, мадам, но только не любовь! Да, я давно люблю вас… люблю страстно и пылко! Если вы ответите на мое чувство, я буду служить вам всеми силами, а силы мои безграничны! Скажите лишь слово…

Маргарита жестом велела ему умолкнуть. На одно мгновение их взгляды скрестились, словно шпаги, а затем королева презрительно отшвырнула ногой мешок с золотом.

– Да, у меня есть лишь одно слово для вас, милорд: убирайтесь! Молю господа, чтобы я никогда больше вас не видела. И заберите с собой вот это…

Уорвик побледнел, во взоре его вспыхнула ярость, пришедшая на смену страсти. Пожав плечами, он отвернулся от королевы со словами:

27
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru