Пользовательский поиск

Книга Единственная. Содержание - Глава 13

Кол-во голосов: 0

Глава 13

Они сидели и смотрели в глаза друг друга и видели нечто сияющее и великолепное, вызванное к жизни их клятвами в любви. Несколько минут они ничего больше не могли сказать, взволнованные произошедшим. Они молчали, держа друг друга за руки, и упивались новизной их любви.

Волк прервал очарование молчания, протянув руку и поправляя у нее на затылке серебристо-золотые завитки.

— Иден, я хочу жениться на тебе, но не могу предложить тебе тот образ жизни, который я веду, — кочевой, с постоянными опасностями. Ты заслуживаешь лучшего…

— Ничего лучшего и представить нельзя, — прошептала она, прижимаясь к нему для тихого поцелуя. — С тобой я пойду куда хочешь. И меня не заботит отсутствие денег — ведь у нас есть я и ты.

— Не могу подвергать риску твою жизнь, Иден, ведь тебе придется жить рядом с нанятым револьвером, — решительно сказал Волк. — Пока я не оставлю эту работу, я буду ходячей мишенью.

— Так оставь. Я знаю, отец мог бы…

— Я не нуждаюсь в благотворительности. Я не собираюсь жениться на дочери босса, чтобы потом говорили, будто я сделал это из-за денег.

Иден напряглась в его объятиях и вызывающе вскинула подбородок.

— А мне наплевать, что будут говорить. А тебе разве нет?

— Мужчина — если он действительно мужчина — не может позволить себе жить за счет женщины, — упрямо сказал Волк.

— Тогда… тогда что же с нами будет. Волк? Она затаила дыхание, боясь встретиться с ним взглядом. Не может же все закончиться вот так, прямо сейчас, после того, через что ей пришлось пройти.

Волк испустил долгий вздох, затем сказал:

— Может быть, есть какой-то выход. Я не знаю. Я рассказывал тебе, что не возвращался к отцу, когда его жена умерла. Но слышал, что он хочет видеть меня. И даже получил пару писем, но так и не открыл их…

Иден всматривалась в его гордое лицо с непроницаемым выражением, скрывавшим долгую боль.

— Может быть, ему необходимо твое прошение, а также и наследник. Об этом ты не думал, Волк? — ласково сказала она с замаячившей в сердце надеждой.

— Мне не нужны его деньги, лично мне, но, черт побери… Иден.

Он не мог глядеть в эти сияющие любовью глаза, потому что вся его решимость тут же начинала таять.

— Ты же его единственный сын, Волк. И все принадлежит тебе… как и я, — сказала она, придвигаясь ближе и позволяя телу договаривать там, где она не могла найти слов.

Волк ощутил на груди ее нежное теплое дыхание. Ее руки обхватили его плечи, а ее губы, о Господи, ее губы целовали соленую горячую кожу его горла, опускаясь все ниже, чтобы уткнуться в грудь, там, где была распахнута рубашка.

Застонав, он положил ее на холодную, мшистую землю, ненасытно покрывая поцелуями. Она распахнула его рубашку и стала ласкать его крепкую волосатую грудь, в то время как он, расстегнув блузку, обнажал для поцелуев ее кремовые плечи.

Кружевная комбинация едва прикрывала розовое, фарфоровое совершенство грудей. Он языком сквозь прозрачную ткань дразнил ее бледно-розовый сосок, пока она не вскрикнула от удовольствия.

Волк услыхал ее вскрик и продолжал ласкать языком эти набухшие почки до тех пор, пока уже совершенно невмоготу стало терпеть эту одежду, не пускающую дальше жадно ищущий рот. Он снял с нее рубашку, стащил через голову комбинацию. Она поднимала руки, помогая ему обнажать тело.

Покрывая груди ладонями, целуя их, он бормотал:

— Какое совершенство, какое нежное белое совершенство.

Иден извивалась под ним, срывая с него рубашку. Когда он отбросил одежду в сторону, он застыл и посмотрел на нее сверху вниз.

— Ты ни в чем не сомневаешься, Иден?

— Нет, Волк, я еще никогда не чувствовала себя столь уверенной. Пожалуйста, люби меня, — прошептала она.

Медленно и нежно он, давая ей шанс передумать, начал освобождать их обоих от одежды, снимая сначала ее ботиночки и чулки, целуя ее шелковые ноги, затем тяжелую юбку для верховой езды, пока она не осталась только в тоненьких хлопчатобумажных панталонах. Жадно пожирая глазами ее тело, он нежно, с благоговением касался ее.

Отважно потянувшись к ремню Волка, она прошептала с пылающими щеками:

— Можно я?

— Мне это доставит величайшее наслаждение, — ответил он дрожащим и хриплым голосом.

Она нетерпеливо начала расстегивать кожаный ремень, затем ширинку и стягивать тесные брюки с его узких бедер. Пока она сражалась с его одеждой, руки ее слегка задевали затвердевший жезл. Наконец она уже намеренно, с приятным удивлением стала трогать его, заставляя Волка стонать от наслаждения, позволять выделывать все, что она хотела, с его телом. Ласло не давал ей такой свободы ласкать, исследовать. Она ощутила себя одновременно дерзкой и робкой.

Руки его скользнули к ее бедрам и стали снимать панталоны с мягких окружностей ягодиц. Теперь она была столь же обнаженной, как и он. Волк рассматривал ее маленькое гладкое тело, еще более опьяняюще прекрасное, чем он видел его издали в тот день, в Соноре.

— Ты так прекрасна, — пробормотал он, склоняясь к ней, лаская ее тело ладонями.

Лежа рядом с ним, Иден радовалась его нежным открытиям, ощущая глубочайшую разницу между мужчиной и женщиной, твердым и мягким, темным и светлым. Кожа его была бронзовой, покрытая легкими искрящимися черными волосами на руках и ногах, с густыми зарослями на груди, сужающимися книзу темным, вновь сгущающимся треугольником вокруг твердого тяжелого члена.

— Ты тоже прекрасен, — прошептала она, вслед за руками следуя ртом по этим чудесным зарослям мускулистого тела.

Укачивая ее в руках. Волк перекатился на спину, так что она оказалась сверху. Ему хотелось, чтобы она задала темп их соединения. Ее груди соблазнительно нависли над его лицом. Он впился губами в одну, затем в другую, так что она вскрикнула от наслаждения. Когда же он стал притягивать к себе бедра, чтобы она села на фаллос, она удивленно раскрыла глаза.

— Впусти меня, Иден, — хрипло прошептал он, — пожалуйста.

Она поняла, что он с трудом сдерживается, чтобы просто не насадить ее как на кол, давая ей возможность самой решиться на ответное действие. Не зная толком, как вести себя, она медленно стала опускаться на него, позволяя его рукам направлять ее бедра, пока не ощутила, как его жаркий член тычется в увлажненную, жаждущую сердцевину ее тела. Каждый нерв, каждая частичка ее сознания сосредоточились в этом месте, и ее охватило такое желание, что дух захватило. Со стоном она упала на этот член, почувствовав, как он заполнил ее.

67
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru