Пользовательский поиск

Книга Тайный дневник девушки по вызову. Содержание - Вторник, 16 марта

Кол-во голосов: 0

Вторник, 16 марта

Позвонил Н.

– Что-то тебя долго не видно.

– Да, наверное…

– У тебя все в порядке?

– Все отлично.

– Лгунья! – он был прав, как всегда. – Что происходит?

– Не знаю. Может, первый настоящий весенний день? Я гуляла, шла вдоль реки по солнышку, и мне вдруг пришло в голову, что год назад я делала то же самое с человеком, которого любила и за которого подумывала даже выйти замуж.

– Наверно, это что-то в воде или в воздухе. Я сегодня тоже думал о своей бывшей. – В смысле, о той, которая внезапно его бросила, даже не позаботившись сказать «прощай». – Я к тебе загляну, если хочешь. – Я только тяжело вздохнула. – Ладно, тогда буду у тебя через десять минут.

Н. коротко стукнул в дверь и сам себя впустил. Я сидела на диване и хмурилась.

– Эй, красотка, – проговорил он, взъерошив мне волосы, – почему бы нам не высунуть нос наружу и не поискать чего-нибудь перекусить?

Я не была голодна. Но мы все равно пошли.

– Итак, давай представим: ты встречаешь своего бывшего и ту, которая сейчас с ним, – начал Н., глядя на меня поверх салата и пинты пива в каком-то мерзейшем гастропабе [67]. – Какой бы ты хотела ее видеть?

– Толстой, – предположила я.

– А я бы хотел увидеть свою с Мистером Совершенство – если не считать того, что он импотент.

– Нет, не толстая. Глупая!

– Мистер Совершенство, но при этом импотент и с целой кучей ужасных родственничков.

– Дура и пахнет мерзко!

– О-о-о, вот это отлично! Крайнее физическое оскорбление. Продолжаю: импотент, мерзкие родственники, и еще он запрещает ей работать вне дома.

Он приканчивает свою пинту и принимается за мою, едва початую.

– Дура, скверно пахнет и слушает ужасную музыку. – Я подумывала было о том, чтобы востребовать свой напиток обратно, но это явно дохлый номер: Н. по крайней мере половину его высосал одним глотком. – Вообще-то нет, вычеркнем это: он бы никогда не заинтересовался девушкой, у которой плохой вкус. Немедленно наложил бы на нее вето.

Н. сделал еще глоток пива.

– Импотент и лысый.

– А она полысеет через пять лет. Я верю в это. Я должна верить в это!

– Импотент, лысый и изменяет ей. Потому что она знает, что я бы никогда такого не сделал.

– Дура, плохо пахнет и ужасна в постели.

– Ужасна в постели! Ну, вот мы и добрались до самой сути! – улыбнулся Н. – Лысый, импотент и не хочет заниматься с ней фистингом.

– Что, правда? Ей так это нравится?

– О, да! – подтвердил он. – Я никогда тебе не рассказывал про руку и огурец? Одновременно.

– Не только не рассказывал, еще хуже: ты ведь фотографии так и не сделал? Или сделал?

– Мы говорили, что если вся остальная ее карьера рухнет, то всегда можно заработать деньги в кино.

– Талант! Неудивительно, что ты в нее влюбился. – Я поковыряла ногтем влажный краешек подставки под пивной кружкой. – Продолжаю. Дура, и не только интеллектуально неполноценная, но еще не способна заткнуться вовремя и спит с одним из его братьев.

– С которым?

– Неважно. Нет, даже еще лучше – с его отцом.

– Она при этом должна по-прежнему плохо пахнуть, так?

– Обязательно!

– Лысый, импотент, не желает заниматься фистингом и маленького роста.

– А что плохого в том, чтобы быть маленьким?

Я сама не так уж намного выступаю над земной поверхностью и не думаю, что это как-то влияет на личностную ценность. И у меня никогда не кружится голова, если я резко встаю. Вот так-то!

– Да ничего плохого, но моя-то высокая. Я хочу, чтобы ей приходилось смотреть на него сверху вниз и видеть эту лысину как можно чаще.

Он поставил пустой стакан обратно на мою половину стола.

– Что ж, это справедливо! – улыбнулась я. – Ты все еще скучаешь по ней, правда?

– Черт, даже чересчур правда! А ты все еще любишь его, не так ли?

– Ты же знаешь, что люблю.

– Знаешь, по-моему, это странно, – проговорил он. – Теоретически у нас с ней все кончено, но если это так, то мне, наверное, следовало попытаться встречаться с другой женщиной, вместо того чтобы избегать всех женщин вообще.

– А-а-а, эту стадию я знаю, – кивнула я. – Я-то сейчас, как говорят, «уклоняюсь от потенциально многообещающих отношений».

Не говоря уже о том, что боюсь, что Этот Парень может снова объявиться как раз тогда, когда я найду себе что-нибудь подходящее, чтоб повиснуть у него на шее.

Н. похлопал себя по животу. Паб был пуст, если не считать обслуги и какой-то парочки, которая с ужасом разглядывала свою вялую переперченную еду.

– Ну что, пойдем? – Я кивнула. – Я принял достаточно алкоголя. Хочешь, отвезу тебя домой и пописаю на тебя, может, тогда тебе станет немного лучше?

Я поджала губы, притворилась, что раздумываю, а потом сменила тему. Что лучше: жить с разбитым сердцем или не знать, каково это? Теперь он знает, сказал, что никогда больше не захочет причинять такую же боль другому.

– Тут уж не угадаешь, – сказала я. – Может, теперь ты мне сердце разобьешь.

Он обнял меня и принялся щекотать, я вывернулась.

– Ты чушь несешь, – заявил он. – Я не могу разбить тебе сердце, ты меня не любишь.

– Прекрати, – попросила я. Все еще улыбаясь, но твердо. Он понял, что я говорю всерьез. Встали, накинули пальто, пошли к двери. Я поведала ему, что как только приду домой, сразу отправлюсь в постель.

– Ну да, ну да, только после того, как напечатаешь наш разговор на своем любимом компьютере, – поправил он. Пожелал мне спокойной ночи и ушел.

Среда, 17 марта

О-о-о, вот это одна из моих любимых пар: розовый шелк в рюшах со стилизованным под старину кружевом и такой же лифчик. Даже жаль надевать их только для того, чтобы в джинсах и свитере идти в магазин за молоком.

Однажды я отправилась выполнять заказ непосредственно после собеседования по поводу приема на работу. Все было вполне приемлемо, хотя и не идеально: одежда почти такая, как для дневной встречи, а макияж просто супер, но мне было немножко неловко расхаживать с сумкой, в которой рядом с резюме валялась упаковка презервативов. И немного беспокоило то, что во время интервью кто-нибудь может заглянуть в сумку и заметить это.

Интересно, это бы уменьшило или увеличило мои шансы на получение работы? И – да, мне предложили работу, но я в конце концов от нее отказалась: опять какое-то административное барахло, которое бы снова через год кончилось ничем.

А в другой раз я готовилась к встрече с клиентом в туалете музея. Это случилось в самом начале моей карьеры, когда я была убеждена, что целая толпа мужчин вскоре протопчет шоссе к моей входной двери, и никуда не выходила без сумки, вмещавшей пару летних платьиц, туфли на шпильках, латексные штучки и сменные трусики. Это было до того, как я осознала, что мне не нужно работать в бешеном темпе, чтобы платить по счетам и окупать свои расходы, а еще – что большинство клиентов согласится подождать один или два часа, если они действительно хотят именно меня. Если нет – что ж, в этом море полно рыбки.

Я наносила блеск для губ и красила ресницы, а рядом со мной входили и выходили из туалета десятки туристок. Если существует униформа для туристических групп (а я думаю, что так и есть), то она такова: чересчур длинные шорты, белые кроссовки, безразмерная футболка, рекламирующая последнее посещенное место, бинокль, волосы, убранные в хвостики, и рюкзак.

Я осознала, что мне не нужно работать в бешеном темпе, чтобы платить по счетам и окупать свои расходы.

Даже представить себе не могу, что они думали по поводу того, как я разоделась.

Четверг, 18 марта

Клиент стоял со спущенными штанами. Я сидела перед ним в кресле. Моя блузка (белая, как он и просил) была наполовину расстегнута.

вернуться

67

Такой паб, где помимо спиртного подают горячую еду.

46
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru