Пользовательский поиск

Книга Тайный дневник девушки по вызову. Содержание - Воскресенье, 22 февраля

Кол-во голосов: 0

– Помогите инвалиду, пожалуйста, помогите инвалиду, – нараспев произносил он.

Капля пота скатилась по внутренней части бедра – пожалуй, единственной части меня, которой действительно было тепло. Когда она добралась до верха чулка, я почувствовала, как влага впиталась и разошлась по ткани. Через мгновение снова раздался голос безногого. «Помогите инвалиду, пожалуйста, помогите инвалиду». Его завывания были однообразны, но напевны, их ритм совпадал с ритмом шагов проходивших мимо него людей. «Помогите инвалиду, пожалуйста, помогите инвалиду…»

Я встала в очередь, но за несколько минут не подъехало ни одно такси. Ко мне подошел низенький кругленький человечек с битком набитыми пластиковыми пакетами.

– Приняли ли вы Иисуса как Господа своего? – спросил он. Эта фраза прозвучала так, будто была рефлекторной, лишенной значения, такой же автоматической, как «привет».

– Боюсь, что вряд ли: я еврейка, – ответила я. Стандартный ответ. Для меня он имеет скорее культурный, чем религиозный подтекст, но обычно его бывает достаточно, чтобы отпугивать сумасшедших.

Он сочувственно кивнул, так и не подняв взгляд выше уровня моего плеча.

– Евреи хотели царя, и Бог дал им царя, но тот, видите ли, оказался депрессивным маньяком и прятался в кустах, крича оттуда на народ свой.

– Да, можно сказать, не слишком полезным оказался тот царь, – согласилась я.

– Я заледенею, стоя на этом мосту! – отозвался он и, подобрав свои пакеты, пошел прочь.

Воскресенье, 22 февраля

За сегодняшний день я получила:

Один фунт сдачи (с двухфунтовой монетки – воспользовалась автобусом)

Пару белых носков (из качалки, где забыла их в тот раз)

Будильник (в подарок от друга)

Серебряный браслет с янтарем (в подарок от клиента)

Пять этих странных ромашек оттенка «вырви глаз» (от поклонника, который не платит)

Счет от строителей (разве не собственнику жилья положено с этим разбираться?)

Странные взгляды от водителя такси (наверное, он обо всем догадался)

Простуду (см. первый пункт списка).

Так что хваленый Ливингстоновский улучшенный общественный транспорт [57], как оказалось, вполне соответствует критерию «общественный». Правда, транспортирует он заодно и микробы. Ну и ладно, зато можно улечься в постель с какой-нибудь хорошей книжкой и потребовать горячих блинчиков от своих ближайших и дражайших.

Понедельник, 23 февраля

Таинственная машина вернулась. Я не хочу смотреть на нее, но не могу не смотреть, я не уверена, что это просто моя паранойя. Не забыть бы запереть все замки. Строители бросают на меня странные взгляды, подумываю о том, чтобы вложить немножко денег в парик копной и пару гигантских солнечных очков в стиле Джеки Онассис – и вовсе не только ради винтажного прикида.

Что до остального – сегодня мне немного лучше, спасибо, что поинтересовались!

Вторник, 24 февраля

Он:

– У тебя там…. Как бы так сказать…

Я (оглядываясь через плечо на стоящего позади меня на коленях мужчину):

– Что-нибудь случилось, сладенький?

– Там у тебя…. Честное слово, не знаю, как и сказать тебе…

Я вдруг ужасно разволновалась – что там? Волдырь от бритья? Пропущенный кустик волос? Недельной давности тампон? Начал отрастать хвост?!

– Там у тебя…. Честное слово, не знаю, как и сказать тебе…

– Что такое?

– У тебя синяки сзади на бедрах.

– А-а-а, это! Это значит, что просто ты – не первый, кто с энтузиазмом топчет эту дорожку, дорогой. Я тебя успокоила? А то можем поменять позу.

– Ну-у, на самом деле… – проговорил он, сделавшись тверже и гораздо энергичнее, – ты могла бы мне рассказать, как ты их заработала?

Среда, 25 февраля

А1 отмечал день рождения – круглую дату. Приготовлениями занималась его подружка, которая заказала стол в перехваленном индийском ресторане в Клеркенвелле, что вполне простительно, ибо вкуса у нее нет никакого.

Я с нетерпением ждала возможности оказаться в большой толпе людей. Работа иногда напрягает. Все равно, что снова и снова ходить на свидания вслепую, пытаясь со своей стороны создать атмосферу непринужденности и легкости и зная при этом, что вряд ли из них выйдет что-то путное. Изнурительно! Недавно хлынувший поток настоящихпервых свиданий тоже вносит свою лепту. И хотя мне нравится тусоваться по кафе и барам в тесной компании друзей, всегда существует опасность, что вы слишком многое друг о друге знаете, а из-за этого все полезные навыки общения будут в конце концов утрачены. Только с теми, кого знаешь с подросткового возраста, можно развлекаться такими разговорами:

– А помнишь, как… – Следует неопределенный взмах рукой.

– Да-да, точно как в том фильме!

– О боже! И еще он вот так рукой делал…

Следует случайная цитата из «Звездных войн».

Следует ссылка на политический курс середины 1990-х годов.

Следует удовлетворенное молчание или приступ необъяснимого хихиканья на полчаса кряду.

Этот стиль общения – не та крепость, которую легко взять штурмом новому завоевателю, и подружки Н. и А. обычно оказываются на обочине разговора, независимо от своих прелестей и способностей. Среди них была одна, которая воспитывалась в коммуне в Южной Африке, выстроила свой последний дом собственными руками, начиная с фундамента, и ни разу в жизни не была в «Макдоналдсе» (это, кстати, воистину замечательная черта!). Но она не могла свободно цитировать фразы из «Принцессы-невесты» и поэтому пребывала в постоянном состоянии недоумения, особенно когда А2 попытался – безуспешно – сделать ей предложение руки и сердца, объясняя, что «жизнь – это боль».

Нам надо чаще бывать на людях. С другими людьми. С нормальными.

Я приехала поздно, в шикарном наряде, состоявшем из черной шелковой блузки и сшитых на заказ брюк. Высокая прическа, крохотные жемчужные сережки. Ну да, я немножко смахивала на этакую готическую секретаршу. Неважно! За столом было шумно, напитки текли рекой, разговор был восхитительно, сногсшибательно, потрясающе нормальным. Я сидела напротив Н., который привел с собой подругу Энджел, ту самую профессионалку, с которой у меня в прошлом месяце вышла размолвка. Но она, по-видимому, вошла в разум, казалась очень милой и болтала без умолку.

Во время ужина Энджел попросила у меня телефон (у ее мобильника села батарейка), чтобы послать эсэмэску. И да, я – доверчивая душа, к тому же была занята флиртом с голубоглазым Адонисом, сидевшим по правую руку от меня, поэтому даже не подумала проверить, что она посылала и кому!

Так что я немало удивилась, когда во время вскрытия подарков объявился мистер Первое Свидание. Он улыбнулся мне. Я улыбнулась в ответ. Он оглядел стол и уселся радом с Энджел. Интересно! Мне бы, наверное, следовало знать, что они знакомы, но я бы никогда не подумала о них как о потенциальной паре.

Так что я немало удивилась, когда во время вскрытия подарков объявился мистер Первое Свидание.

Адонис разулыбался и представился ему через стол. П.С. пожал ему руку.

– А вы здесь с кем?.. – спросил Адонис.

– С ней, – ответил П.С., кивая на меня.

Я нервно рассмеялась.

– Правда, что ли?

– А разве не ты только что меня пригласила?

Я тяжелым взглядом уставилась на Энджел.

– Наверное, именно так это и выглядело, – сказала я. – Но я тут ни при чем. Извини, что так неловко получилось.

Остаток ужина я провела, донимая любезностями бледную, стеснительную девушку, сидевшую слева от меня, пока Адонис и мистер Первое Свидание – у которых обнаружились общие знакомые – болтали об университетских временах. Н. быстро откланялся, Адонис тоже нашел какой-то предлог, чтобы уйти, весь дальний конец стола собирался к кому-то домой, чтобы продолжить попойку, и я осталась с Энджел и П.С. Она, предложив нам втроем переместиться в один бар, работавший допоздна, ушла забрать свою машину.

вернуться

57

Кен Ливингстон, или Красный Кен, был мэром Лондона с 2000-го по 2008 г., одними из первых его действий были снижение стоимости общественного транспорта, введение платного въезда в центр города и транспортной карты Oyster.

39
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru