Пользовательский поиск

Книга Взломщики кодов. Содержание - Комната 40

Кол-во голосов: 0

Комната 40

Рано утром 5 августа 1914 г., в один из первых дней мировой войны, которая до основания потрясла всю Европу и унесла миллионы человеческих жизней, произошло на первый взгляд малозначительное событие, которому тем не менее суждено было войти в историю. Глава английской военно-морской разведки контр-адмирал Генри Оливер отправился позавтракать к Альфреду Юингу, ведавшему в Адмиралтействе вопросами военно-морской подготовки. Во время завтрака Оливер случайно упомянул, что Адмиралтейство в большом количестве получает шифрованные немецкие сообщения, перехваченные военно-морскими и коммерческими радиостанциями, и что эти сообщения скапливаются у него, так как в его распоряжении нет отдела, который мог бы заняться их дешифрованием. Юинг проявил большую заинтересованность и попросил как можно скорее продемонстрировать ему вражеские шифровки. Когда после полудня Юинг увидел их воочию, он тотчас высказал предположение, что перед ним военно-морские радиограммы противника. Добавив, что их чтение могло бы иметь огромное значение для победы над врагом, Юинг попросил именно ему доверить решение этой сложной задачи.

В 1914 г. Юингу исполнилось 59 лет. Это был небольшого роста, коренастый шотландец с голубыми глазами, густыми бровями, тихим голосом и манерами доброго доктора. Три года назад он получил дворянский титул за выдающийся вклад в науку и за заслуги перед обществом, среди которых особо было отмечено его плодотворное руководство военно-морской подготовкой. И вот теперь, несмотря на преклонный возраст, Юинг вознамерился основать криптоаналитическое бюро, которому предстояло оказать непосредственное и весьма ощутимое влияние на ход мировой истории.

Юинг начал с тщательного изучения криптографических материалов, имевшихся в книгохранилищах библиотеки Британскою музея. Потом он перешел к изучению кодов на городском центральном почтамте, где хранились экземпляры коммерческих кодовых книг. Одновременно Юинг приобщил к своей деятельности четырех преподавателей военно-морских колледжей. Все они были его друзьями, хорошо знали немецкий язык и, собравшись вместе за столом в кабинете Юинга, изучали непонятные строки букв и цифр, имея лишь самое общее представление о том, с чего начать работу над вскрытием шифров.

Среди первых перехваченных немецких сообщений было одно, которое, если бы его удалось разгадать, сразу бы направило течение войны совсем в иное русло. Оно находилось в первой партии телеграмм, показанных Оливером Юингу 5 августа. Это сообщение было составлено верховным командованием военно-морских сил Германии 4 августа в 1.35 ночи и немедленно передано командующему на Средиземном море адмиралу Вильгельму Сушону. В сообщении говорилось:

«3 августа заключили соглашение о союзе с Турцией. Немедленно следуйте в Константинополь».

На тяжелом крейсере «Гебен» в сопровождении легкого крейсера «Бреслау» Сушон направился из центральной части Средиземноморья на восток. Английская средиземноморская эскадра, будучи абсолютно уверена, что Сушон попытается прорваться через Гибралтарский пролив, усердно бороздила море к западу от Сицилии. Когда английский крейсер, наконец, обнаружил Сушона, идущего курсом на восток, англичане предприняли отчаянную попытку настичь и уничтожить «Гебен» с «Бреслау». Однако те все же сумели ускользнуть, затерявшись среди греческих островов. В воскресенье, 10 августа, «Гебен» на полных парах вошел в Дарданеллы, неся с собой, по словам главы английского Адмиралтейства лорда Уинстона Черчилля, «больше кровопролития, страданий и разрушений, чем когда-либо причинял один военный корабль». Проведенный «Гебеном» мощный артиллерийский обстрел русских портов на Черноморском побережье помог втянуть в войну Турцию. В результате Россия оказалась изолированной от своих союзников, что в значительной мере способствовало ее последующей капитуляции со всеми вытекающими последствиями. Если бы английское Адмиралтейство оказалось в состоянии прочесть шифрованные приказы Сушону из Берлина, Англия, скорее всего, выиграла бы роковую игру в прятки с «Гебеном» и «Бреслау», и это имело бы более важные последствия, чем любой другой единичный успех в Первой мировой войне.

Об этой упущенной возможности повлиять на ход войны в самом ее начале Юинг так никогда и не узнал. Интересно, что в то самое воскресенье, когда «Гебен» вошел в Дарданеллы, Юинг написал своей семье в Шотландию:

«Нахожусь в самой гуще специальной работы, выходящей за рамки моих обычных занятий».

К этому времени им были изучены коды нескольких немецких коммерческих фирм, но проделанная работа была выполнена, как вскоре выяснилось, впустую. Ненамного полезнее оказался и сигнальный код, который использовался немецкими кораблями сторожевого охранения и был реквизирован на немецком торговом судне, захваченном в Австралии. Никто из небольшой группы английских пионеров-дешифровальщиков не мог похвастать основательными знаниями из области криптоанализа, и поэтому в первые недели войны их успехи были ничтожны.

Тем не менее «специальная работа» настолько увлекла Юинга, что лишь в воскресенье 25 октября он устроил себе день отдыха. Юинг старался не зря: в сентябре Англии представился счастливый случаи, который дал такой мощный толчок ее усилиям наладить криптоанализ перехваченных криптограмм противника, что в течение всего оставшегося периода войны она намного опережала своих противников в дешифровании. О том, что произошло, лучше всех рассказал в своих мемуарах Черчилль:

«В начале сентября 1914 г. на Балтийском море был потоплен немецкий легкий крейсер „Магдебург“. Несколько часов спустя русские выловили из воды тело утонувшего немецкого младшего офицера. Окостеневшими руками мертвеца он прижимал к груди кодовые книги ВМС Германии, а также разбитые на мелкие квадраты карты Северного моря и Гельголандской бухты. 6 сентября ко мне с визитом прибыл русский военно-морской атташе. Из Петрограда он получил сообщение с изложением случившегося. Оно уведомляло, что с помощью кодовых книг русское Адмиралтейство в состоянии дешифровать по меньшей мере отдельные участки немецких военно-морских шифртелеграмм. Русские считали, что Адмиралтейству Англии, ведущей морской державы, следовало бы иметь эти книги и карты. И если бы мы прислали корабль, то русские офицеры, в ведении которых находились книги, доставили бы их в Англию. Мы незамедлительно отправили такой корабль, и октябрьским вечером принц Луи50 и я получили из рук наших верных союзников слегка попорченные морем бесценные документы».

Это произошло 13 октября. Но даже поразительная, неожиданная удача с кодовыми книгами «Магдебурга» (пожалуй, самая счастливая во всей истории криптоанализа) не дала группе Юинга возможность немедленно приступить к чтению немецких военно-морских шифрсообщений, так как в них впрямую не использовались кодовые обозначения из этих книг. Чтение началось только тогда, когда офицер английской интендантской службы Чарльз Роттер, ведущий эксперт по Германии, обнаружил, что кодовые группы дополнительно перешифровывались по довольно простому алгоритму. Нахождение такой перешифровки не является слишком трудной проблемой, если в распоряжении криптоаналитика имеется кодовая книга. Как и в обычном открытом тексте, отдельные кодовые обозначения повторяются чаще других. В сходных сочетаниях буквы одного кодового обозначения повторяются в других кодовых обозначениях, но в ином расположении. Самим кодовым обозначениям присуща определенная структурная система: в случае с немецким военно-морским кодом, полученным англичанами от русских, согласные чередовались с гласными. Когда характерные особенности кода известны, умелый криптоаналитик может эффективно использовать их для снятия перешифровки.

Но английские криптоаналитики были еще настолько неопытны, что им потребовались почти три недели, чтобы начать читать отдельные участки некоторых немецких военно-морских донесений. Эти донесения, по утверждению Черчилля, «носили, главным образом, характер текущей служебной переписки: „В 8 часов вечера один из наших торпедных катеров выходит в квадрат 7“ и так далее. Однако скрупулезное накопление этих отрывочных сведений составляло основу информации, по которой с достаточной степенью точности можно было определять характер военных приготовлений противника в Гельголандской бухте, прилегающей к северо-западному побережью Германии».

вернуться

50

Принц Луи Баттельбергский, первый морской лорд Англии.

33
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru