Пользовательский поиск

Книга Тени исчезают в полночь. Содержание - 8. Курозадов хочет домой. – Кирюхинск спит спокойно – Худосоков падает в бездну. – Бегство в тайгу

Кол-во голосов: 0

– Факт.

– А вы не боитесь, дорогой друг, что я вам всучу (это диковинное русское слово Курозадов произнес с большим удовольствием) препарат для борьбы с тараканами и какой-нибудь нехитрый самогонный аппарат?

– Не боюсь. Я вколю микстурку из аппаратика Квазиморде и посмотрю на него с полчасика...

– М-да, вас не обманешь... Только вот аппаратика-то у меня нет, мы его уничтожили перед отходом, есть только чертежи... И несколько литров, как вы говорите, микстурки. Но я вам помогу. Не даром, конечно. Если вы расскажете о себе.

У вас ведь огромный зомберский опыт. Мне один мой специалист говорил, будто микстурка эта такого рода, что скорее всего действует как сильный наркотик. Если не колоть постоянно, начинается ломка... Это правда? А... Вижу, что правда... Недаром, значит, я ему сто тысяч фунтов в год плачу. Надо будет прибавить. Знаете что, вы мне нравитесь, и я вас, пожалуй с вашими приятелями приму в свою армию и обработаю как полагается...

"Черт с ней, с этой самостоятельностью, лишь бы меня по ночам ножом не кромсали", – подумал Худосоков и, передернувшись от неприятных воспоминаний, выдавил:

– Коли давай. Да побыстрей – сейчас Ольга со своей командой с Шилинки прибежит.

– Ольга? – встрепенулся Курозадов. – С мистерами Бочкаренко и Баламутовым?

– Да, с ними. И еще с мистером Черным.

– Интересно, – потемнел лицом Курозадов. – Значит, они не погибли. Печально.

Последующую минуту Моисей Мусаевич неимоверным усилием воли брал себя в руки. Взяв, деланно заулыбался, подозвал к себе охранника и послал его за шприцами; затем, не обращая более никакого внимания на Худосокова, несколько возбужденного предстоящим зомбированием, начал любоваться своими ногтями.

Охранник отсутствовал недолго; Курозадов попросил его приготовить все необходимое для инъекций и начал протирать шею Квазиморде ваткой, смоченной спиртом. И в это самое время на дороге появилась бегущая Ольга. Увидев охранника со шприцем в руках, девушка моментально поняла, что происходит, и тут же мысленно приказала Худосокову убить его.

Худосоков мгновенно выполнил приказ.

Потом автоматически сменил магазин и застыл на месте, сам себе удивляясь. Подбежавшая Ольга выхватила из рук убитого охранника шприц и, недобро улыбаясь, поманила Курозадова пальчиком.

– Первым моим зомбером будешь ты! – хищно сказала она, шаг за шагом подступая к нему. И, не оборачиваясь к стоящему за ее спиной Ленчику, приказала:

– Взять его!

Худосоков подскочил к Аль-Фатеху, заломил ему руку за спину (слава аллаху, здоровую, подумал араб) и подвел к Ольге.

– Если вы превратите меня в зомбера, мадам Будущая Владычица Мира, то ваша партия будет проиграна с самого начала, – морщась от боли, проговорил Аль-Фатех. – Я приказал Али-Бабе уничтожить все бумаги, если случится что-нибудь непредвиденное. А он обо всем узнает ровно через пять минут – я у выхода из шахты поставил наблюдателя. И Али-Баба немедленно начнет выполнять мой приказ.

Ольга соображала несколько мгновений, затем весьма мило улыбнулась и приказала отпустить Аль-Фатеха. Она хотела крикнуть что-то ему вслед, но тут на дороге показался Черный.

8. Курозадов хочет домой. – Кирюхинск спит спокойно – Худосоков падает в бездну. – Бегство в тайгу

Вернувшись в шахту, Курозадов испытал второй приступ клаустрофобии. Оклемавшись, начал подводить итоги дня. Придя к заключению, что ничего хорошего день не принес, Моисей Мусаевич загрустил. Грусть его усиливалась тем, что, спускаясь в шахту, Курозадов заметил Чернова и сразу вспомнил родные до боли финиковые пальмы. Ему захотелось домой, на желто-пустынные берега бирюзового моря или, по крайней мере, в омытый печальным дождем Лондон, на свою уютную виллу с послушной и мягенькой Розмари. Когда он вспоминал, как сладко она говорит ему "my honey", подошел Али-Баба и сказал, что к утреннему прорыву у него все готово.

* * *

Прорыв, как и предполагалось, начался ровно в четыре утра. Но зомберы, выскочившие из главного ствола, не обнаружили рядом с ним ни тигров, ни людей. Здание алкогольной лечебницы также было пусто. Заподозрив хитрость со стороны устроителей блокады, Али-Баба немедленно занял круговую оборону и послал своего адъютанта на разведку в Кирюхинск, Вернувшись, разведчик доложил, что в городке все спокойно, население его, включая тигров, либо спит, либо пьянствует.

Али-Баба решил, что алкоголикам надоело воевать, и продолжил выполнение задания. Примерно в шесть сорок пять утра его контингент выдвинулся в окрестности запасного ствола Шилинской шахты. Через десять минут зомберы знаками объяснили Али-Бабе, что ствол охраняют трое, еще четверо крепко спят в пришахтном здании.

Ровно в семь ноль пять зомберы навалились на Худосокова с Квазимордой и Копченым (именно они охраняли шахту). Из глубин шахты их поддержали зомберы, оставшиеся с Курозадовым.

Они бежали на автоматы дикой стаей. Живые прикрывались мертвыми, мертвые ловили на себя пули, предназначенные живым, раненые вопили во весь голос, передавая атакующим последние свои силы...

Через две минуты все было кончено – Смуглого и Квазиморду растерзали в клочки. Лишь тяжело раненный Худосоков смог избежать такой участи, но для этого ему пришлось броситься в открытое транспортное отделение шахты.

Насладившись его предсмертным криком, зомберы вымазались с ног до головы кровью, похватали брошенные автоматы и пистолеты и вступили в ожесточенную перестрелку с проснувшимися людьми Черного.

Курозадов выбрался из лестничного отделения шахты и был потрясен открывшейся ему картиной и видом своих солдат. Трупы зомберов, разбросанные повсюду куски плоти, многочисленные раны и окровавленные лица победителей, сверкающий в их глазах дикий восторг победы вызвали у него прилив энергии и желание вновь вступить в бой. Но Моисей Мусаевич взял себя в руки и под прикрытием огня двух автоматов повел своих людей в лес.

...Через несколько километров быстрого передвижения некоторые специалисты из свиты Курозадова, особенно высокооплачиваемые любители калорийной пищи, начали выдыхаться. И Моисей Мусаевич, сам очень неплохой спортсмен, недолго думая, приказал зомберам схватить и связать всех оставшихся людей, кроме, естественно, Али-Бабы. Лишь только приказ был выполнен, Курозадов их зомбировал.

После такого решения проблемы со слабаками движение заметно убыстрилось. Но через семь-восемь километров зомберы сообщили начальнику, что чувствуют погоню. И более того, что дорогу, на которую Курозадов пробирается, оседлало несколько мобильных групп, составленных из алкоголиков, причем одна группа вооружена автоматом.

Немного подумав, Курозадов приказал Али-Бабе разделить отряд на две равные группы, по семь зомберов каждая, и с одной из них, вооруженной всем наличным оружием, возвращаться назад и уничтожить преследователей. После выполнения этой задачи Али-Бабе было предписано продвигаться в направлении кавалеровского аэропорта, не доходя до него нескольких километров, пристрелить оставшихся в живых зомберов и затем лететь во Владивосток и дожидаться Аль-Фатеха в гостинице.

Проводив Али-Бабу с его отрядом, Курозадов приказал оставшимся зомберам продолжать движение. Через несколько километров послышались звуки проезжающих по шоссе машин. Моисей Мусаевич приказал подчиненным выйти на дорогу и уничтожить всех, кто попытается их остановить. А сам сложил в рюкзак основную документацию, бросил туда же пол-литровую бутылку зомбирующей жидкости и, уничтожив огнем чемоданы, ушел лесом в сторону Кавалерова.

18
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru