Пользовательский поиск

Книга Седьмая пятница. Содержание - Глава 11

Кол-во голосов: 0

— Заткнись!

— Браул! Ты где? — спросила Гермиона, недоступная моему взору. — Прости, я немного запоздала…

— Немного? — возмутился я, пытаясь отыскать чародейку. Она пыталась в свою очередь отыскать меня, и эти два стремления, очевидно, приходили в конфликт друг с другом. — Дорогуша, стой на месте, я подойду к тебе! Где тебя носило?

— Я пошла на разведку и встретила подругу. Мы с ней сто лет не виделись, и надо было многое обсудить, а она порядочная болтушка.

— Ты бросила брата на растерзание Стратилату!

— Кому?

— Долго объяснять. Кстати, с чего это ты вдруг запела? Ты ведь не видела стражника?

— Нет. Просто мне почудилось, что кто-то идет.

— Тьфу!

При всей своей практичности, здравомыслии и убежденности, что все на свете смелой девушке по плечу, Гермиона частенько дает маху. Типичный пример — ее «разведка». Будь она на войне, ее бы давно вздернули за саботаж. Вообразите: идет Гермиона в стан врага и там встречает товарку, с которой болтает всю ночь, в то время как генералы ждут донесения. И вот — утро, а до сих пор неясно, начинать битву или нет. Но все ясно врагу, и он нападает и одерживает победу.

Словом, Гермиона бывает прямой противоположностью образу, который сама себе соорудила для каждодневного употребления в обществе.

Мы выбрались из зарослей на крошечную проплешину, окруженную со всех сторон кустами.

— Ты достал? Достал? — спросила чародейка.

— Да. И не только Смех Леопарда.

— Что? Не пони…

— Где Поттеры?

— Спроси что-нибудь полегче! Ни слуху ни духу! Слушай, может, их взяли в плен Тузмес и его страшилы?

Я подумал, что Крайлог сказал бы мне об этом. Мы же теперь приятели.

— Нет. Во что-то, конечно, они вляпались, но Тузмес ни при чем.

— Осталось найти Квирсела. Этот негодяй, кажется, отлынивает от своих обязанностей.

— Ага, вот и спасай мир с такими.

Что поделать — мы отправились на поиски мопса. Попутно я рассказал Гермионе о своей встрече со Стратилатом и Крайлогом. Чародейка пришла в воинственное возбуждение. Ей уже сейчас не терпелось употребить артефакты по назначению и накрутить хвост Пожирателю Миров, но я сказал, что поспешные шаги только навредят. Ситуация в стане неприятеля не совсем ясна, нужно подождать.

Мы рыскали по парку, держась тенистых мест, чтобы не привлекать внимания, и на то была причина. Стратилат, очухавшись от нанесенного удара Крайлоговой дубиной, мчался за подмогой. Мы видели его издали — блюститель, держась за голову, взял курс на север. Неизвестно, что предпримут его коллеги, когда узнают о злодейском нападении. Вероятно, перекроют все входы и выходы из парка. И тогда…

— Вот он! — сказала Гермиона.

Подумав, что Стратилат обошел нас с тыла, я собрался броситься наутек, но чародейка вцепилась мне в рукав.

— Квирсел!

Дезертир нашел себе хорошую компанию. Под одним из деревьев сидела дама с книжкой, а рядом с ней, прижавшись вплотную, любовались друг другом два мопса. Судя по банту на ошейнике, один из них был девочкой, другой — наш борец с мировым злом. У обеих псин на мордах разгуливало блаженство. Языки вывалены, носы увлажнены и поблескивают, словно свежевымытые помидоры.

— Этого еще не хватало! — сказала Гермиона и бросилась в атаку, не дав мне высказаться.

О чем говорила чародейка с дамой, до этого углубленной в чтение, не знаю (я стоял за другим деревом и усиленно делал вид, что ни от кого не прячусь), но справилась она быстро. Через пару минут Гермиона уже неслась галопом к выходу из парка с мопсом под мышкой. Я понесся следом, не забывая обозревать горизонт в поисках наступающих клином стражей.

Квирсел объяснял с обидой и раскаянием в голосе, что, к сожалению, потерял голову. Он поддался нечаянной страсти во время своего разведрейда и просто не мог не составить прелестной особе компанию. Утверждая, что мы бы на его месте тоже позабыли обо всем, Квирсел попросил прощения. Оно было ему даровано с воистину аристократическим великодушием.

— А все из-за того, — сказал чародей, — что моя собачья часть становится сильнее. Не пойму, как такое может быть.

И никто не понимал и даже не пытался понять. Нашей задачей было удрать из парка — с ней мы справились, после чего поехали ко мне домой.

На мопса сообщение о последних изменениях на театре военных действий подействовало сильнее, чем на Гермиону. Квирсел сокрушался. По его словам, все это ни к чему хорошему не приведет. Все слишком легко. И, следовательно, подозрительно.

Мы согласились, но оставили эти мелочи на потом. Сейчас важно было выяснить, куда девались Поттеры.

Всю дорогу мы ждали чего-нибудь эдакого, ну не знаю, землетрясения, урагана, цунами, мора и дождя из лягушек — но ничего не произошло. Странно, учитывая, какие изменения происходят во вселенной. Не было в пределах видимости ни Спящего Толкователя, ни Стиоделарикса, ни других божеств. Все они точно провалились сквозь землю, и не у кого было спросить совета и узнать новости из иных сфер бытия.

По опыту знаю, что такие затишья оборачиваются не лучшим образом. Вошли мы с Гермионой в дом и заперлись в нем, как шпионы. И еще долго выглядывали из щелей между шторами, нет ли снаружи чего-нибудь подозрительного.

Глава 11

Лига Трех Элементов в полном составе сидела в моей гостиной и пила чай. Селина — мастерица готовить чай с выпечкой и снова доказала эту простую житейскую истину. Так вот, мы сидели и швыркали отличнейшим напитком, но настроение у нас было не то чтобы безоблачное. Последние события требовали от нас определенного умственного напряжения, что не замедлило сказаться на выражении наших лиц. Квирсел, сожрав кусок мясного рулета и запив гоголем-моголем, даже заметил, что мы похожи на гробовщиков.

Я смотрел на Талулу и восхищался. Моя возлюбленная — просто гений. Никогда не думал, что можно удрать из кордегардии, где тебя держат злые тюремщики, при помощи портала. А Талула подумала и даже осуществила это на практике, еще раз доказав… в общем, что-то там она доказала, детали неважны.

Поттерам не повезло. Злой рок, а может, козни Тузмеса, можно сказать, бросили их обоих в объятия неприятностей. В парк имени Мэйдл Ильвонской они прибыли раньше нас и хорошенько прочесали территорию, включая и часть потусторонней, на предмет лазутчиков. Попутно установили связь со Стиоделариксом, ответственным за волшебную безопасность членов Лиги, и заняли места возле памятника. Все, что от них требовалось по плану, Поттеры выполнили, но мы, непосредственные добытчики артефактов, запаздывали.

И вот, изнывая от неопределенности, Зубастик решил взять все на себя. Зачем ждать? Чего ждать? Так рассудил он. Мы имеем дело с Браулом Невергором, у которого семь пятниц на неделе! Он может вообще не приехать — и разве мультиверсум вправе позволить себе пустую трату времени? Изенгрим немедленно поделился своими соображениями с Талулой и нашел в ее лице единомышленника. Она тоже считала, что раз они здесь, промедление более чем нерационально. Короче, Поттеры решили: достанем Смех Леопарда сами.

Мы с Гермионой слушали это интереснейшее повествование и многозначительно переглядывались. Зубастик бесился, грызя край чайной чашки, но ничего не мог поделать. Знал, что виноват и наказан за поспешность. С другой стороны, его мотивы были самыми благородными, и кто мы такие, чтобы осуждать?

В общем, Талула стояла «на шухере», а Изенгрим полез на памятник. Он чувствовал себя значительно моложе в тот момент. Лихие ветра шумели в его голове, и воспоминания о наших прошлых кутежах и авантюрах заставляли кровь чародея кипеть. Благодаря этому кипению он и потерял бдительность.

Талула несколько раз свистнула, чтобы предупредить его об опасности, но Зубастик не услышал. (Здесь я заметил, что пение — гораздо более действенный метод подачи звукового сигнала, после чего Гермиона стала пунцовой.) Пока он обшаривал бронзовую книгу, появилась стража. Талула успела спрятаться в кусты, но Зубастик ничего не подозревал до тех пор, пока кто-то не вцепился сзади в его сюртук, пытаясь стащить вниз.

54
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru