Пользовательский поиск

Книга Седьмая пятница. Содержание - Глава 4

Кол-во голосов: 0

— Закрывать на ночь двери! — отозвалась Эйра.

Сид, оправившись после ночного непонимания, успел набрать кондицию и загоготал. Ортун и Зепирон тоже не упустили случая поразмять голосовые связки, в результате чего я стал свидетелем настоящего концерта. Очевидно, что шутка а-ля поттер удалась.

Вздрогнув, я продолжал жевать бекон, но вкуса уже не чувствовал.

Многих магов Мигонии знаю лично и нигде не видел ничего подобного. Ужас даже не в том, что Поттеры ведут себя как дети. Если я сторонний наблюдатель, мне, собственно, и дела нет… Но был риск, причем громадный, что эти веселые монстры станут моими родственниками.

Отхлебывая горячий кофе, я размышлял, сколько у меня осталось времени. Свободного холостяцкого времени. И на что его потратить.

Завтрак выдался задорным, и все, кроме меня и Изенгрима, наслаждались прекрасным утром. Даже Талула включилась в игру «кто кого переорет» и визжала, словно ей пятки щекотали.

Я вежливо морщился всякий раз, когда в правое ухо мне ввинчивалось незримое сверло. Я воображал себе нашу семейную жизнь и бледнел все больше. Зепирон даже спросил меня, не собираюсь ли я, по его выражению, «склеить ласты» — и эта шутка прошла просто на «ура». Гермиона, что удивительно, голосила едва не громче других. Ну ничего, я ей отомщу. Похоже, в этом доме стало модно смеяться над одним скромным волшебником.

Тут завтрак закончился, и мы, лига спасения мультиверсума, поодиночке рассосались по сторонам света. В целях конспирации. Далее, по плану, нам надлежало встретиться в мраморной беседке в отдаленном, густо заросшем всякой всячиной углу сада. Там мы могли побеседовать обо всем, что важно.

Едва я вышел на гравиевую дорожку, чтобы подышать свежим воздухом, как появился Квирсел. По его словам, он спер с кухни колбасу и два яйца вкрутую, сожрал их, отправил свои собачьи надобности и, кажется, остался доволен. Я поздравил его с удачным началом дня, и мы стали незаметно передвигаться в сторону беседки. При этом делали вид, что я — хозяин Квирсела, а он — мой домашний любимец.

Через три минуты я отметил, что вокруг как-то слишком спокойно. Это наводило на подозрения и не давало наслаждаться солнечным утром. А тут еще мопс подлил масла в огонь.

— Слушай, мне показалось, Зубастик что-то подозревает.

— Что именно?

— Нюхом чую, он думает, что это ты забрался к той рыжей девице в спальню.

— С чего бы ему догадываться? — Говорил я беззаботно, но зубы начинали постукивать.

— Изенгрима не назовешь дураком. Он тщательно обследовал место твоего падения, потом шел по следу в сторону каменного сарая.

— И?

— Кажется, там след теряется. Из-за травы. Но, уверен…

Я так и не узнал, в чем был уверен мопс, потому что нам помешали. Молча, словно бросающийся на жертву камышовый кот, из кустов вылетел Зубастик. Я и взвизгнуть не успел, как могучая рука человека, закаленного спортивными упражнениями и дальним путешествием, уже держала меня за шиворот.

— Ах, «Изенгрима не назовешь дураком»? Так, значит? — прошипел чародей. Другая его рука, светящаяся зеленым от накопленной энергии, нависала над моим лицом.

— Значит, — ответил я, не найдя более подходящего ответа.

— Я все слышал! Я все знаю! Это был ты! А сейчас обсуждаешь все со своим псом?! Ну ты и наглец, Невергор! Вы все наглецы! Сговорились, все от меня скрываете? Талула в курсе?

— В курсе чего?

— Мопса!..

— Да.

— Получит у меня! И ты получишь!

Когда эти слова произносит Зубастик, поверьте, ничего хорошего ждать не приходится. И угостить он меня собирался не кулаком, а зарядом высококлассной магии собственного изготовления. Может быть, даже испепелить на месте.

— Признавайся, негодяй, это ты влез в комнату к Карле?

Взвесив все «за» и «против», я ответил, что да. Изенгрим зашипел еще сильнее и пообещал, что сейчас вытрясет из меня все, что только можно.

Я запротестовал, но меня не слушали. Встряхнули для разминки и приготовили руку для того, чтобы угостить хорошим чародейским тумаком.

— Зубастик! — крикнула Талула, появляясь из-за кустов с другой стороны. — Ты что?

— Ага! — возопил чародей, — Еще одна заговорщица!

— Ты все неверно понимаешь! — рявкнула моя возлюбленная.

— Что здесь понимать? Будь он немного поумнее и удайся ему его коварный план, Карла…

— Что-о? — Талула покраснела от злости.

— А ты его еще покрываешь! — сказал Поттер и дал мне ощутить себя общипанной курицей. Короткие молнии сорвались с кончиков пальцев Изенгрима и вонзились в меня.

Любому было бы этого достаточно, чтобы перестать чувствовать себя хорошо и забыть о прекрасной погоде. Я не стал исключением и обвис, как чулок. — Я вас всех выведу на чистую воду! А ты, Талула! Что за игры?

Где-то на грани потери сознания я подумал: «А бедолага до сих пор ничего про нас не знает!» Это дало мне повод чуточку позлорадствовать.

Краем глаза я видел все что происходило. Изенгрим держал меня за шиворот, иначе я бы давно упал на благословенный гравий. Меня такое положение ни с какой стороны не устраивало, а Талулу тем более. Она пришла в ярость, причем именно по этой причине просто не могла и слова произнести.

Грых! Мне подарили еще один разряд. Я сплясал небольшой танец, шаркая безвольными ногами по гравию, и тут моя возлюбленная осознала, что пришло время активных действий.

— Прекрати немедленно! — потребовала Талула.

— Что? Ни в коем случае! Это только начало! — Таков был зловещий ответ Зубастика.

Я уже приготовился к третьему отделению, когда чародейка сделала шаг вперед и, размахнувшись от плеча, съездила Зубастику по голове зонтиком от солнца.

Звук был такой, словно переломили веточку дрока. Зонтик согнулся. Изенгрим застонал. Удар был сильный, но физическая закалка не позволила Зубастику так быстро сдать позиции. Талула ничуть не смутилась и огрела братца еще раз.

Я ощутил, что приземляюсь на садовую дорожку. Спустя несколько мгновений с шумом, достойным столетнего кедра, подрубленного топором, рядом свалился Изенгрим.

Плохо помню некоторые подробности, однако знаю, что почти тут же появилась Гермиона, привлеченная шумом схватки. Чародейки начали охать и вздыхать над моим телом, но я заверил, что все в порядке. И правда. Зонтику пришлось куда хуже, ведь башка у Поттера оказалась прочная, как валун. Бедолага изогнулся, словно крючок от одежной вешалки. Я имею в виду зонтик.

Дамы перенесли меня в беседку, наложили на лоб холодный компресс, немного поколдовали. Талула ворковала, аки горлица. Гермиона ругала Зубастика. Вскоре он приплелся сам, разбитый и потерянный. На макушке его вздулась шишка, взгляд блуждал. Он спрашивал, что случилось, и ему — весьма свирепо — объяснили и поставили на вид. Обалдевший, Изенгрим скоро уже сидел напротив меня. Волшебницы не стали тратить на него чары, а ограничились компрессом.

— Мы еще не успели начать, — сказала Гермиона, беря роль председательствующего на себя, — а кое-кто вносит раскол в наши ряды!

Это, конечно, относилось к Зубастику. Он сидел с мокрой нахлобучкой на голове и моргал.

— Плохое начало, — прокомментировал Квирсел, облюбовав себе местечко на мраморной скамейке.

— Ничего, исправим, — сказала Гермиона. — Итак, где Спящий Толкователь? Где этот комок лохмотьев?.. Ах, вы здесь?

Печальный бог уже висел в воздухе прямо перед нашими очами.

— Простите, я уже давно здесь… Если помешал…

— Ничего. Это обычное дело, — сказала моя сестрица. — Присаживайтесь. Или не присаживайтесь. Как вам угодно.

Толкователю было угодно в своей манере изображать огородное пугало, обдуваемое ветрами.

— Кто начнет? — спросила Гермиона.

— Я.

Талула взяла слово. Изенгрим, временно вышедший из строя, корчил дурацкие рожи и раздувал губы. Я недалеко ушел от него и думал, что компашка подобралась круче некуда. Не хватало только белого кролика.

Глава 4

— Существует пророчество, согласно которому мир уже шесть раз мог быть уничтожен. Я имею в виду не только наш мир, а весь мультиверсум, все части которого между собой неразрывно связаны… Тут есть у кого-нибудь вопросы?

35
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru