Пользовательский поиск

Книга Повесть былинных лет. Страница 24

Кол-во голосов: 0

— Ерихонские трубы?

— Ну вот, я уже замечаю в ваших глазах жгучее любопытство. Ладно, не стану вас больше отговаривать. Но Край Земли не место для… м… м… непосвященных. Туда вход разрешен лишь техническому персоналу!

Услышав незнакомые слова, Степан насторожился.

Что-то ему в этих словах очень сильно не понравилось. Не то интонация, с какой они были произнесены, не то… К сожалению, все сразу же вылетело из головы, и потому как следует подумать о непонятных словах кузнец не успел. Открыв рот, он увидел, как впавший в состояние временной невменяемости Илья Муромец с задумчивым видом заправского гурмана кладет себе в рот небольшое железное колесико.

— КУДА?!! — только и успел выдавить из себя Колупаев, но было поздно.

Раздался подозрительный хруст. Муромец поморщился.

— По-моему, я сломал себе зуб! — смущенно заявил он, выплевывая колесико на пол.

Внезапно Кукольный Мастер дернулся и с недовольным видом развязал на груди тесемки своего странного серого балахона. Раздалось тихое жужжание, и из груди старика вырос небольшой квадратик, усеянный светящимися выпуклостями.

Закатив глаза, Муромец попытался в третий раз грохнуться в обморок.

— Не сметь!!! — гневно взревел Степан, и богатырь падать в обморок передумал.

— Извините, — хрипло произнес Кукольный Мастер, тыкая пальцами в светящиеся синим выпуклости. — Батареи немного сели, давно не заряжался.

С тихим жужжанием часть груди старика медленно стала на место.

— М… м… м… О чем это я?

— О Крае Земли! — дрожащим голосом напомнил Колупаев, надеясь, что все происходящее ему попросту снится.

— Ах да, Край Земли! — весело подхватил Кукольный Мастер. — Что ж, пожалуй, я вас туда провожу.

* * *

Пашка Расстебаев сидел в густых камышах и от нечего делать швырял мокрой галькой в противно квакающих поблизости лягушек.

Сырость у речки была необыкновенная. Ноги у знаменитого расейского смутьяна тут же промокли, да еще комары одолевали, словно были близкими родственниками какого-нибудь Кощея Бессмертного.

Заокеанский агент все не шел, но оно и понятно, воевода по ярмарке шастает, лучше с тайной встречей повременить.

— Ква-ква-а-а-а… — раздалось неподалеку.

Пашка прищурился и со всей силы шмальнул камнем на звук.

Кто-то ойкнул, послышались приглушенные ругательства. Расстебаев испуганно огляделся.

Куда бежать?

Ну, разве что вплавь.

Камыши зловеше зашуршали, и к условленному месту вышел красный как рак агент Шмалдер.

— Ты что, кретин, совсем офонарел?!! — гневно прокричал он, потирая ушибленное колено.

Заокеанский акцент агента исчез, как по мановению волшебной палочки. Строить простака перед Расстебаевым Шмалдер считал ниже своего достоинства.

— Искренне извиняюсь. — Пашка дурашливо поклонился. — Я вообще-то целил в жабу.

Фраза прозвучала более чем двусмысленно, но Шмалдер пропустил ее мимо ушей.

По-деловому открыв свой заветный саквояжик, он протянул Расстебаеву солидный мешочек с золотом, во много раз превышавший по размерам и весу тот мешочек, который совсем недавно был передан князю Буй-туру Всеволоду.

Пашка алчно заграбастал деньги и, развязав тесемки, принялся дотошно их пересчитывать.

Шмалдер криво усмехнулся:

— Я хоть когда-нибудь тебя обсчитал?

— Нет, — честно ответил Расстебаев. — Но такая уж у меня вредная привычка — монеты пересчитывать.

— Ну считай-считай…

Осторожно раздвинув камыши, Шмалдер внимательно оглядел противоположный берег речки, на котором татары сушили обгоревшую во время ярмарочной забавы одежду.

Вид у татар был умиротворенный, стало быть, засады не предвидится. Да и кто их с Пашкой выслеживать-то будет? На этой Руси такой бардак и раздрай, что можно шпионить не скрываясь, суя свой любопытный заокеанский нос во все возможные щели.

Маниакальная мнительность была у Шмалдера в крови, недаром же он считался одним из лучших секретных агентов Америки.

— Слышал, что новое Вече скоро собирается? — спросил Шмалдер, когда Расстебаев закончил пересчитывать новенькие монеты.

— Понятное дело, слыхал! — подтвердил Пашка. — Все об этом только в последнее время и толкуют.

— А почему в этом году не в Новгороде собираются, а в Кипише каком-то? — подозрительно щурясь, поинтересовался секретный агент.

— Ну, это объясняется довольно просто. — Расстебаев протяжно зевнул. — Так уж в этом году совпало, что в Новгороде проводятся выборы ентого… как же его… м… м… городского головы!

— Губернатора! — догадался Шмалдер.

— Ну, типа того. У них же там сплошная дерьмократия. Совет бояр городом правит, ни тебе князя, ни дружины. Равенство и свобода! Оттого там Вече ранее и проводили. Но вот в этом году пришлось перенести общерасейское собрание в Кипиш.

— Не нравится мне все это. — Секретный агент нервно сплюнул в речку. — А что это за Кипиш, знаешь?

Пашка в ответ пожал плечами:

— Я лично никогда там не был. Где-то на границе с Тьмутараканью он стоит, у огромного озера. Князья в этом году очень решительно настроены, многие приедут. Даже хан Кончак заглянуть обешал!

— Плохо работаешь, Павлуша. — Секретный агент покачал головой. — Хреновый из тебя смутьян! Царь Жордж тобой недоволен, не против тех ты народ настраиваешь.

— Как это не супротив тех?!! — возмутился Расстебаев. — Как сами и велели. За что плочено, то и отрабатываю. Супротив верховной власти князей удельных выступаю, бояр и прочих… что вам от меня еще надобно?

— Да в том-то и дело! — Шмалдер снова с чувством сплюнул в сторону. — Вот скажи мне, почему каждый раз, когда ты подстрекаешь народ к свержению власти, у вас бьют иудеев?

Пашка ухмыльнулся:

— А вот ента задачка не из простых. Особое расейское мышление! Вам, мериканцам, ни в жисть этого не понять.

— Но почему именно иудеев?

— А кто их, скажи, вообще любит? — вопросом на вопрос ответил Расстебаев. — Вот у вас за окияном иудеи чем занимаются?

— Банкиры они у нас, — задумчиво ответил секретный агент. — Очень богатые люди, на их золоте и держится все наше царство.

— Ну а у нас они ростовщики и плуты, каких свет не видывал, — пояснил Пашка. — Да и не только их опосля моих речей бьют, но и татар, и половцев, ежели те, конечно, поблизости имеются. Такой уж народ расейский, нетерпимый к иноверцам, в особенности ежели те всю жизнь стараются на чужой шее ездить.

— Непостижимо! — Шмалдер горестно взмахнул руками. — Это просто непостижимо! Я отказываюсь что-либо понимать!

— Вот бы и не лезли сюда со своими деньжищами, — дерзко посоветовал Расстебаев.

— Ой, да кто бы говорил? — усмехнулся агент. — Руки-то от жадности у тебя так и трясутся, когда я в очередной раз золото привожу.

Пашка на это ничего не ответил, благоразумно решив промолчать.

— Ладно, — сказал Шмалдер, хлюпая сапогами по жидкой грязи. — Как ты оцениваешь в этот раз исход Веча?

— Как пить дать снова не договорятся! — особо не раздумывая, ответил Расстебаев.

— Ты в этом уверен?

— Уверен!

— У нас с Жорджем сложилось несколько иное мнение.

— Но вы сами-то посудите. У вас ведь там ребята головастые в царском Белом Тереме сидят, эти, как их… паралитики…

— Аналитики, — недовольно поправил смутьяна агент.

— Ну… не важно. Если кто и способен Русь объединить, так это только Буй-тур Всеволод. Но ленив он невероятно, даже половцам многое с рук спускает.

— Но ведь он же женат на…

— Да не важно, на ком он женат. В жизни он с другими удельными князьями не договорится. Из зависти аль из упрямства. Да с тем же братом Осмомыслом. Не любят они друг друга с детства. А в молодости и вовсе друг дружку чуть не порешили из-за девки одной грудастой. Можно сказать, кровные враги. Так что передай своему Жорджу, что у нас в этом плане все… как там у вас говорят… все у'кей!

— Я-то передам, передам, не беспокойся. — Шмалдер обнажил хищные, как у акулы, зубы. — Но если что не так пойдёт, мы с тебя с первого спросим.

24

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru