Пользовательский поиск

Книга Планета №6. Содержание - 73

Кол-во голосов: 0

Последнее стало отличительной особенностью открытого чемпионата мира и окрестностей. Как бы ни прошел очередной поединок, после объявления результатов кто-то непременно рвался бить судью, хотя от судейства в боях без правил мало что зависит. На то они и бои без правил. Судья присутствует на арене главным образом для того, чтобы не допустить смертоубийства, не то соревнования могут прикрыть, а организаторов посадить, да еще придется платить компенсацию пострадавшей стороне.

Охрана, однако, была на высоте, и судья ни разу не оказался побит.

И ходынки тоже не случилось. Наверное, Бог уберег.

А на лежащего ничком Головастова со следами ботинок на спине обратили внимание только девушки в набедренных повязках с надписью «волонтер», убиравшие зал, когда все уже ушли.

На трибунах валялось несколько человек, но все они были пьяны, и девочки решили, что Головастов тоже пьян. Но, когда охрана выносила залежавшихся зрителей на улицу, кто-то обратил внимание на странный цвет лица бизнесмена и его судорожные дыхательные движения.

Головастов еще дышал.

Его не спеша унесли подальше от спорткомплекса и усадили под дерево в скверике. После чего охранники быстренько смылись, предоставив мирному населению решать, что делать с этим полутрупом дальше.

Они даже «скорую» не вызвали, чтобы не привлекать внимания к себе. Помрет так помрет – им же лучше, потому что никто не свяжет эту смерть с чемпионатом, который проходит за два квартала отсюда. А чтобы совсем не было связи, охранники тщательно обыскали карманы Головастова и забрали билеты на турнир. И заодно прихватили бумажник с деньгами и документами.

Головастов мог десять раз умереть под этим деревом, но тут в скверик вышел погулять какой-то старичок с собачкой. Будь это кто-нибудь помоложе, он наверняка сказал бы собачке «Фу!» и убрался от греха подальше, не разбирая, кто тут загибается – пьяный или больной.

Но старичок был интеллигент старой закваски, всегда готовый помочь страждущему.

Сначала он потряс Головастова за плечо с вопросом:

– Молодой человек, что с вами? Вам плохо?

Но молодой человек только мычат что-то нечленораздельное, и дедушка с собачкой опять имел полное право заподозрить, что он просто пьян.

Однако старичок сам страдал сердечными болями и больше всего на свете боялся оказаться в аналогичной ситуации. Поэтому он поспешил домой и вызвал «скорую». И ему еще пришлось настаивать, чтобы та приехала, потому что диспетчер тоже заподозрил, что дедушка наткнулся на пьяного, а собирать по улицам алкашей «скорой» никакого интереса нет – это дело милиции.

Короче, карета приехала с большим опозданием. Головастов уже не мычал и не хрипел, и признаки жизни пришлось определять с помощью приборов. Внимательное прослушивание грудной клетки через стетоскоп показало, что сердце еще бьется, но едва-едва.

В ходе последующих мероприятий медики усекли, что на жмурике надет дорогой костюм, а золотая гайка на пальце с успехом может заменить гирю для весов, и это убедило наследников Гиппократа действовать решительно. Камфара, адреналин, искусственное дыхание, «Мы теряем его!» и прочие прелести вплоть до дефибрилляции, поскольку, пока Головастова везли под сиреной, наступила клиническая смерть.

Дефибрилляция помогла, и костлявые руки жизни насильно вырвали бизнесмена из сверкающего тоннеля, по которому умирающие мчатся к бескрайнему морю света, погружаясь в безграничный кайф. Многие думают, что это и есть нирвана, хотя среди буддистов, которые, собственно, и придумали нирвану, на этот счет нет единого мнения.

Про сверкающий тоннель, море света и костлявые руки жизни единодушно рассказывают все пережившие клиническую смерть, так что есть основание им верить, и Головастов, ожив, почувствовал некоторую неудовлетворенность этим обстоятельством. Только что он наслаждался безграничным кайфом, и вдруг к нему снова вернулась боль, разрывающая грудь и терзающая все тело. Еще бы – после электроразряда в несколько киловольт, который ко всем прочим удовольствиям добавил и ожог на груди.

Но самое главное, Головастов вдруг перестал бояться смерти. Особенно после того, как ему сказали, что весь тот кайф, который прервали костлявые руки жизни, – это и была смерть.

А впрочем, бизнесмен не исключал, что это ему просто приснилось.

73

Медицинская бригада звездолета дальней разведки находилась в некотором недоумении. Последние данные, полученные по телеметрическому каналу микробота с Наблюдателем внутри, неопровержимо доказывали, что психическое здоровье Наблюдателя – выше всяких похвал. Но врачей с планеты Собратьев поразило не это, а самые последние изменения в его состоянии.

Раньше Наблюдатель хоть и был вменяем, но все-таки нервничал, метался, не зная, что ему предпринять, разрывался между страхом перед собратьями и навязчивым стремлением к наслаждениям. А теперь он вдруг стал совершенно спокоен.

Настолько спокоен, что врачи были готовы признать само это спокойствие аномалией. Однако они боялись, что суд их не поймет.

Ко всему прочему, медики не могли найти никакого объяснения столь резкой перемене. Кто-то предположил, что это сказывается благотворное влияние Носителя, однако остальные не могли припомнить случая, чтобы воздействие Носителя на сознание Наблюдателя было настолько благотворным. Тем более что данные о планете Наслаждений и ее аборигенах говорили, скорее, об обратном.

Сознание местных жителей и их эмоции, как положительные, так и отрицательные, несли в себе разрушительное начало. Тщательное изучение всех материалов, представленных Наблюдателем, – изучение, проведенное без учета его собственных скоропалительных оценок и выводов, – не оставляло никаких сомнений в том, что психика Наблюдателя оказалась расшатана именно под влиянием аборигенов. И этот аргумент мог сыграть решающую роль в судебном процессе.

Но неожиданная перемена переворачивала все с ног на голову. Все приборы показывали, что теперь Наблюдатель не просто здоров, а здоров идеально. Он не просто вменяем, а вменяем вне всякого сомнения. И если даже теперь он откажется от возвращения на корабль, то у адвокатов не останется ни одного аргумента в его защиту.

А между тем Наблюдатель, слившийся с разумом сэнсэя Кусаки, жил теперь его эмоциями, которые были неизменно положительны. Даже когда сэнсэя охватывал гнев или раздражение, эти отрицательные волны лишь скользили по поверхности, не проникая на тот уровень, к которому подключился Наблюдатель.

Ясука Кусака давно привык находиться в состоянии медитации. Этому его научили еще монахи в горном монастыре. И благодаря этой способности господин Кусака никогда не выходил из себя и не терял контроля над собой.

А глубокие медитации сэнсэя, вплоть до полного погружения в нирвану, действовали на Наблюдателя еще более благотворно. После безумной гонки, где наслаждения и кошмары, перебивая друг друга, рвали сознание Наблюдателя на части, он наслаждался полным покоем и не мог представить себе ничего лучше. Даже оргазм в теле женщины отступал перед этим невероятным ощущением, открывающим бездны вечности и дарующим бессмертие.

Исход судебного процесса перестал беспокоить Наблюдателя, ибо перед вечностью и бессмертием пасует любая мера наказания.

А защитники в отчаянии продолжали слать вызовы с орбиты, и это наконец надоело Наблюдателю, который уже все для себя решил.

Он отключил связь, оставив только телеметрический канал, который был ему неподвластен.

А по телеметрии продолжали бежать наверх, в космос, данные, свидетельствующие о его идеальном здоровье.

Честные медики из мира Собратьев не могли ничего поделать. Им пришлось утвердить акт экспертизы, в котором говорилось, что ответчик психически здоров, полностью вменяем и может в полной мере отвечать за свои действия перед судом.

И с того момента как этот акт был утвержден и представлен на рассмотрение трибунала, приговор был фактически предрешен.

54
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru