Пользовательский поиск

Книга Муха в розовом алмазе. Содержание - 3. Бельмондо согласен, но просит справку из психиатрического диспансера. – Аум Сенрике и сумасшедшие Нью-Йорка. – Одна в приморской тайге, другая в Гренландии.

Кол-во голосов: 0

Борис не раз пробовал бороться со своей пагубной страстью. Он по-своему любил Людмилу, детей. Но стоило ему узнать, что в соседнем подъезде поселилась шоколадная студентка из далекого Буркина-Фасо, он нежно целовал жену в щеку и уезжал в городскую библиотеку выяснять, как по-буркинофасски будет: "Вы так прекрасны, мадемуазель! Давайте проведем этот незабываемый день вместе?"

Людмила пыталась что-то сделать, пару раз даже изменяла супругу в воспитательных целях, но ничего не помогало. И она затаилась и стала дожидаться того счастливого времени, когда половые часы мужа достигнут половины шестого, и навсегда остановятся. Но судьба ее вознаградил. После приключений в Приморье Бельмондо стал не только богатым, но и верным мужем... И оставался им вплоть до своей "гибели" на следующий год от рук мусульманских экстремистов. Прослышав о трагической смерти мужа, Людмила для приличия сделала матримониальную паузу, по истечении которой немедленно выскочила замуж. Но Борис, не думавший безвременно погибать, горевал недолго, и вскоре судьба подкинула ему "подарок" в лице красивой, но пустенькой Вероники... Но семейная жизнь не была уделом Бориса, в ней он переставал ощущать себя полноценным мужчиной... А находить что-то новенькое в женском море с каждым годом становилось все труднее и труднее.

Николай Сергеевич Баламутов, среднего роста, плотный, скуластый, смуглый, Лев, часто незаметный в общем стремлении событий, любил выпить до, во время и после всего. Он пил утром, днем, вечером и ночью. Он пил до экзаменов и после них. Он пил, когда был здоров и пил, когда был болен. Но в ауте его никто не видел.

В свободное от учебы в вузе и "симпозиумов" время Коля занимался прыжками в воду, подводным плаванием, пописывал весьма неплохие стихи и любил Наталью Владимировну Ростову, переселившуюся в Душанбе из Балакова. Отец-казах по националистическим мотивам запретил ему сочетаться с ней законным браком, хотя сам был женат на русской. И Баламут напился уксусу. Отец такого рода выпивку оценил и дал согласие на брак. Свидетелем на свадьбу Коля позвал меня.

Крутой поворот в Колиной биографии был связан с крутым поворотом дороги Пенджикент-Айни. На этом повороте его Газ-66 свалился в Зеравшан, всегда славившийся крутыми берегами. Во многих местах поломанного Баламутова выходила медсестра-разведенка. Прямо из больничной палаты он переехал к ней и двум ее сыновьям. Наташа в это время в очередной раз приходила в себя в Балаково. Не найдя там хоть какой-нибудь замены Коле, она вернулась в надежде склеить разбитые семейные горшки, но он скрылся от нее на дальнем разведочном участке.

Потом, когда Коля разбогател и вылечился от своей пагубной страсти к спиртному, они сошлись вновь. Наташа, не выдержав ударов судьбы, к этому времени спилась вчистую, но Баламут ее вытащил. Но добро никогда не остается безнаказанным и после "смерти" Николая от рук мусульманских экстремистов Наташа немедленно выскочила замуж за известного своим лицемерием религиозного проповедника. К счастью, интересные мужчины недолго ходят холостыми (Николай, как и Бельмондо, не думал погибать), и Баламута пригрела крайне симпатичная девушка София... Брак их трудно было назвать счастливым – легкомысленной Софии Николай был нужен, потому что он ждал... Он много раз пытался ее бросить, но тщетно – сердце его было приколочено к девушке множеством искореженных гвоздей и их количество с каждым годом все увеличивалось и увеличивалось.

И вот этих людей, не боявшихся ни черта, ни бога, все испытавших и все попробовавших, Баклажан решил задействовать в своем сумасшедшем предприятии.

3. Бельмондо согласен, но просит справку из психиатрического диспансера. – Аум Сенрике и сумасшедшие Нью-Йорка. – Одна в приморской тайге, другая в Гренландии.

Баламут пришел первым. Усевшись напротив Баклажана, внимательно оглядел его, и с завистью спросил:

– Судя по всему только что из задницы?

– Еще какой... – неожиданно для себя ответил Иннокентий Александрович на манер Чернова.

Баламут ухмыльнулся.

– Когда в следующую?

– Коготок уже увяз... – ответил Иннокентий Александрович, пытаясь изгнать из себя настырного Чернова.

– Детали?

– Бельмондо придет, расскажу.

– Вон, идет уже, наливай. Что там у тебя в дипломате? – спросил Баламут, зная, что Чернов (даже в моменты своего миллионерства) весьма неодобрительно относится к ужасающе высоким ресторанным наценкам на спиртное и потому по мере возможности приносит выпивку с собой.

– Ничего... Я не пью, – с трудом преодолел Баклажан распоясавшегося Черного.

Баламут в изумлении раскрыл рот. "Шутишь!?" – хотел сказать. Но не успел. Баклажан отрезал:

– Не пью совсем. С Борисом Ивановичем выпьешь.

Бельмондо подошел к столику (стоявшему на улице, на зеленом пластиковом ковре, основательно запятнанном отработанной жевательной резинкой), обнялся с вскочившим Баламутом, затем хотел расцеловаться и с Черным, но тот, едва привстав, отменил объятия протянутой рукой.

Коля усадил озадачившегося друга, уселся сам и, с поддельной брезгливостью кивнув на оппонента, изрек, что Черный заболел здоровьем и теперь не пьет, не курит и с девочками не е... Борис, покачивая головой, посмотрел на "больного". Затем выпятил нижнюю губу и сказал Николаю:

– Случай клинический. Но глаза мне нравятся, нашенские. Давай, выслушаем его?

– Давай, – сказал Баламут и заказал пива.

Подождав, пока они утолят жажду, Баклажан передал Бельмондо синюю коробочку с розовым алмазом (одним из восьми, им позаимствованных у Синичкиной).

Борис раскрыл ее под столом (почувствовал – содержимое не для чужих глаз) и застыл.

Николай невозмутимо попивал пиво. Баклажан старался не смотреть на затоптанный презерватив, выглядывавший из-под коврика. По Арбату шли люди. У Вахтанговского театра орали Высоцкого под дикую гитару: "Ты ж знаешь, Зин, я не пью один".

– М да... – наконец, протянул Бельмондо не в силах оторвать глаз от алмаза. – Имея одну такую стекляшку, ни в одну задницу не надо лезть. Сиди и любуйся...

Баклажан поднял глаза. Они были колючими.

– Эта стекляшка, как вы изволили выразиться, наделяет человека будущим, – сказал он, тщательно выговаривая слова. Сказал и принялся изучать свои ухоженные ногти.

Борис протянул коробочку Баламуту. Тот, с видимым сожалением отставив пиво, принял ее, открыл под столом и... замер. На секунду, не больше.

Ему захотелось спрятать алмаз в карман. И никогда с ним не расставаться. "С ним можно жить по-другому. Ничего не хотеть и получать все. Всех любить. Влиться во все. К нему можно стремиться".

Стало неловко. Подумал: "Они видят мои глаза. Детские. Надо отшутиться". И выдал:

– Опера де Бирса. Дивертисмент. Сюита для шампанского с ананасом.

Бельмондо похлопал в ладоши. Хорошо, мол, сказал. А Баламут не стал принимать аплодисментов к сведению, он уставился в непроницаемое лицо Баклажана и серьезно спросил:

– Я так думаю, Черный, демонстрация этого чуда природы не что иное, как предисловие к некоему солидному предложению?

– Совершенно верно, – ответил Баклажан и, спокойно попросив называть его Иннокентием Александровичем, обстоятельно рассказал о плутониевой бомбе, "Хрупкой Вечности" и необходимости скорейшего открытия ее филиалов в Нью-Йорке и Токио. В середине своего повествования спрятал в карман коробочку, придвинутую Баламутом. Нехотя придвинутую.

– Хорошо, я согласен, – прищурил глаза Бельмондо, лишь только так называемый Иннокентий Александрович закончил говорить и вновь принялся рассматривать ногти. – Но прежде ты, Евгений Казанова, в девичестве Калиостро, должен будешь показать мне справку из психиатрического диспансера. С круглой печатью и подписью главврача.

– Да ладно тебе, – махнул Баламут рукой. – Показывал же он тебе алмаз. Ты, что, не почувствовал, что эта стекляшка очень даже запросто может с любого крышу стащить?

– Почувствовал... Что сожрал он меня вместе с потрохами, – убрав с лица саркастическую усмешку, признался Бельмондо. – Можно один вопросик Иннокентий Александрович?

79
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru