Пользовательский поиск

Книга Детективное агентство Дирка Джентли. Содержание - 36

Кол-во голосов: 0

Она отворилась медленно и неохотно. Увидев чье-то удивленное лицо, Дирк быстрым заученным жестом сорвал с головы свою знаменитую шляпу.

— Мистер Сэмюэль Тейлор Кольридж? — громко справился он. — Я проходил мимо, возвращаясь из Порлока, и подумал, возможно, вы не откажете мне в совсем коротком интервью для нашей приходской газеты, редактором которой я являюсь. Обещаю вам не отнять у вас много времени, я знаю, вы очень заняты… такой знаменитый поэт, как вы… но я ваш страстный почитатель и…[14]

Остальное Ричарду не удалось дослушать, ибо Дирк уже умудрился протиснуться в дверь и захлопнуть ее за собой.

— Извините меня на одну минуту, мой друг, — внезапно промолвил профессор, обращаясь к Ричарду.

— О, конечно, профессор. Я же тем временем пойду узнаю, что там происходит.

Когда профессор исчез за деревом, Ричард, не раздумывая, подошел к калитке, открыл ее и хотел было приблизиться к дому, как вдруг услышал громкие голоса.

Он едва успел отступить назад, как дверь хижины отворилась.

— Премного благодарен вам, мистер Кольридж, — говорил Дирк, вертя шляпу в руках и раскланиваясь.

— Вы были весьма любезны, уделив мне ваше драгоценное время, я вам чрезвычайно признателен за это, как и все мои читатели. Я уверен, что получится прелестное маленькое интервью, экземпляр которого я непременно пришлю вам, чтобы вы прочли его в свободную минутку. Я с благодарностью приму все ваши замечания, если таковые будут, стилистические поправки, добавления и все такое прочее. Еще и еще благодарю, что вы уделили мне свое время, и надеюсь, что я не оторвал вас от чего-то важного…

Но тут дверь с треском захлопнулась.

Торжествующий Дирк, повернувшись, устремился прямо к Ричарду, поджидавшему его на дорожке.

— Итак, я вовремя остановил его, — сказал он, довольно потирая руки. — Мне кажется, он уже начал писать, но теперь он обязательно все перезабудет, это уж точно. А где уважаемый профессор? А, вот и он. Боже мой, я даже не подозревал, что пробыл там так долго. Необычайно обаятельный и интересный человек, наш мистер Кольридж, — заявил довольный Дирк, — во всяком случае, он обязательно был бы таковым, если бы я дал ему возможность, но я изо всех сил старался сам произвести на него такое же впечатление.

Я не забыл, Ричард, твою просьбу и спросил его об альбатросе,[15] но он был удивлен. Какой альбатрос, спросил он у меня. Тогда я сказал, что это не столь важно, Бог с ним с альбатросом. Он не согласился со мной, сказал, что это очень важно, раз среди ночи к нему в дом вдруг вваливается незнакомый человек и спрашивает об альбатросах. Я опять повторил, что черт с ним, с этим альбатросом, он опять не согласился и тут же заметил, что альбатрос — пожалуй, неплохая идея для поэмы, над которой он сейчас работает, куда лучше, чем получить по башке астероидом из космоса, что совсем уже было бы фантастикой. На этом я и откланялся.

А теперь, поскольку я спас человеческую расу от неминуемой гибели, мне кажется, я заслужил пиццу. Что вы скажете на это?

У Ричарда не было на сей счет никаких соображений, ибо в эту минуту он с невыразимым изумлением смотрел на профессора.

— Вас что-то беспокоит, мой друг? — спросил его тот с удивлением.

— Неплохой фокус, профессор, — сказал Ричард. — Готов поклясться, что, когда вы ушли за дерево, у вас не было бороды.

— О-о-о, — протянул профессор и затеребил роскошную густую бородку. — Да… — промолвил он, — простая небрежность, сущая небрежность…

— Что вы задумали, профессор?

— Так, просто внесение некоторых поправок. Небольшое хирургическое вмешательство, видите ли… Ничего серьезного.

Несколько минут спустя, когда он подвел их к двери, внезапно каким-то чудом появившейся в стене недалеко стоящего коровника, профессор, оглянувшись, увидел на горизонте легкую вспышку света, которая тут же погасла.

— Прошу прощения, Ричард, — пробормотал он, следуя за своими друзьями.

36

— Нет, благодарю, — решительно сказал Ричард. — Как бы я ни был рад случаю угостить тебя пиццей и видеть, как ты ею наслаждаешься, Дирк, но я намерен немедленно вернуться домой. Я должен видеть Сьюзан. Это возможно, профессор? Доставить меня прямо домой? На той неделе я наведаюсь в Кембридж и заберу свою машину.

— Мы уже на месте, — ответил профессор. — Перешагните порог — и вы дома. Сейчас ранний вечер, пятница.

— Спасибо, профессор. Эй, Дирк, мы еще увидимся, о'кей? Я что-то тебе должен, не так ли? Подсчитай и дай мне знать.

Дирк небрежно отмахнулся.

— Узнаешь все от мисс Пирс в должное время, — ответил он.

— Отлично. Мы повидаемся, как только я немного отдохну и приду в себя, о'кей? Все произошло столь неожиданно.

Ричард направился к двери, но вдруг остановился, словно его осенила какая-то мысль.

— Профессор, а мы не могли бы сделать небольшой крюк? — спросил он. — Мне кажется, было бы разумным шагом с моей стороны пригласить Сьюзан поужинать сегодня вечером в одном неплохом ресторане. Только там заказывают столики за несколько недель вперед. Вы не могли бы скостить мне эти три недели ожидания, профессор?

— Нет ничего проще. Вы знаете, где телефон, не так ли?

Ричард поднялся в спальню профессора и позвонил в ресторан «L'Esprit d'Escalier», горячо рекомендованный ему Гордоном Уэем.

Метрдотель был сама любезность, он с радостью принял заказ и сказал, что будет счастлив видеть его через три недели.

Ричард, не переставая удивленно качать головой, спустился в гостиную.

— Мне необходима неделя полной и надежной реальности, — категорически заявил он. — Кто это только что вышел из двери моей квартиры?

— Тебе доставили кушетку, — пояснил Дирк. — Грузчик попросил открыть ему дверь, и я с удовольствием это сделал.

Через несколько минут Ричард уже поднимался по лестнице в квартиру Сьюзан. У двери он остановился, услышав низкие звуки виолончели. Он любил этот момент. Бесшумно открыв дверь, он направился в музыкальную комнату и вдруг застыл на месте. Мелодия! Она была знакома — легкая, словно блуждающая, как бы затихающая, и тут же возрождающаяся вновь…

Его лицо было полно такого изумления, что Сьюзан, увидев его, перестала играть.

— Что случилось? — встревоженно спросила она.

— Что ты играла? Где ты достала это? — прошептал потрясенный Ричард.

Сьюзан недоуменно пожала плечами.

— В музыкальном магазине, — ответила она, ничего не понимая. И не шутила, ибо просто не понимала его вопроса.

— Что это?

— Фрагмент из кантаты, которую мне предстоит играть через пару недель, — обстоятельно объяснила она. — Бах, шестая кантата.

— Кто написал ее?

— Я же сказала, Бах.

— Кто?

— Смотри на мои губы. Повторяю по буквам. Бах. Б-А-Х. Иоганн Себастьян Бах. Запомнил?

— Никогда не слыхал о таком. Кто он? Он еще что-нибудь сочинил?

Сьюзан отложила смычок, прислонила к стулу виолончель и встала.

— С тобой все в порядке? — спросила она, подойдя к Ричарду.

— Видишь ли, мне трудно сказать… Что это?..

Он заметил стопку нот в углу. На всех стояло одно имя: Бах.

Он торопливо подошел к нотам и стал что-то искать. И. С. Бах «Сонаты для виолончели». «Бранденбургский концерт». «Месса ми минор».

Он ошеломленно посмотрел на Сьюзан.

— Я этого никогда у тебя не видел.

— Ричард, милый, — промолвила Сьюзан, коснувшись его щеки рукой. — Что с тобой? Это всего лишь ноты Баха.

— Неужели ты не понимаешь? — вскричал в отчаянии Ричард, потрясая пачкой нот. — Я никогда, слышишь, никогда не видел этого?

— Что ж, — произнесла с деланной серьезностью Сьюзан, — если бы ты не проводил полжизни за компьютером, сочиняя компьютерную музыку…

Он посмотрел на нее каким-то диким взглядом, затем бессильно прислонился к стене и разразился почти истерическим хохотом.

вернуться

14

Обстоятельства данного эпизода в книге соответствуют фактам биографии поэта С. Т. Кольриджа и истории написания так и оставшейся неоконченной поэмы «Кубла Хан».

вернуться

15

Альбатрос, птица добрых предзнаменований для моряков; в поэме «Сказание о Старом Мореходе» С. Кольриджа старик убивает ее; как возмездие корабль попадает в мертвый штиль, и все гибнут, кроме обреченного на вечные скитания старого моряка, убившего птицу.

54
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru