Пользовательский поиск

Книга Университет. Содержание - 3

Кол-во голосов: 0

Немудрено, что эта публика доводит Бакли до белого каления.

Бакли тряхнул головой и сказал:

— А впрочем, конкретно Брент имеет свои особенности психики... Ну и черт с ним. Что мы все о грустном! Хватит о засранцах. Сменим пластинку.

— Хорошо. О чем поболтаем? О сексе?

— Теперь твоя очередь чесать языком. Касательно нашей официанточки... Ты имел честь освидетельствовать ее передок?

— Нет, никогда не кладу глаз на девиц, у которых такой висячий задок. Это моя бывшая студентка.

— Давнишняя?

— Нет, училась у меня в прошлом году.

— А-а, тогда понимаю, почему ты такой привередливый! — сказал Бакли. — Просто зелен виноград. Трусишь подступиться. Теперь стоит только взглянуть на студентку — и тут же жалоба начальству или телега в суд: сексуальное домогательство. А помнишь старые добрые времена? Особенно когда мы начинали. Кажется, это было в другой жизни. Сколько студенточек мы перебрали, а? Ведь они так и бегали за профессорами — богами для всех этих интеллектуалок-простушек. Ловили каждое наше слово, и у них трусики были мокрые от того, какие мы умные и блистательные.

— Ишь, "размыкался"! Ты за себя говори. Стало быть, ты бесчестно использовал свою начитанность, опытность, образование и служебное положение для того, чтобы растлевать восемнадцатилетних дурочек?

— Да, ваша честь, и хрен вы меня заставите в этом раскаяться.

— Вы грязная свинья, мистер Бакли!

— Но заметьте, ваша часть, свинья жизнерадостная, свинья, поимевшая в жизни много удовольствия.

— Ф-фу! — рассмеялся Ян. — Ладно, какие у тебя планы на вечер своего дня рождения?

— Посмотрю спортивные программы по телику, уговорю шесть банок пива и трахну проститутку по вызову.

— А серьезно? Бакли хохотнул:

— Посмотрю спортивные программы по телику и уговорю шесть банок пива. Составишь компанию?

— Сочту за честь.

— Ладно, свидание назначено. Кстати, о свиданиях... Как у тебя делишки с Эленор?

— Кажется, нормально.

— Кажется или нормально?

— Кажется.

Они замолчали. Официантка принесла еще кружку пива для Бакли, Ян заплатил и опять дал чрезмерные чаевые.

Бакли в несколько глотков осушил кружку — так жадно, будто она была первой.

— Ты что это разошелся? — спросил Ян.

— А-а, не важно.

— Ну а все-таки?

Бакли мрачно посмотрел на него.

— Сукин сын Брент... — Бакли тряхнул головой и отвел глаза. — Все не идет у меня из головы.

3

— Рабство было весьма прибыльным институтом. Югу не следовало зацикливаться на сельскохозяйственном производстве. Если бы южные штаты проявили большую экономическую гибкость и перебросили часть рабской силы на создание крепкой индустрии, они бы превратились в подлинно великую державу с могучей экономикой.

Джим прекратил записывать за профессором и оторопело уставился на него. Ничего себе позиция!

Элвин Джефферсон, единственный темнокожий во всей группе, поднял руку.

— Извините, профессор, но как вы представляете себе процветание экономики, в которой подавляющая часть работников ничего не зарабатывает? В таком обществе предложение будет постоянно превышать спрос, и оно не будет вылезать из кризиса перепроизводства. Да, конечно, произведенные рабами товары можно сбывать за рубежом по демпинговым ценам. Но даже внешние рынки не спасут, потому что другие державы рано или поздно примут самые жесткие меры против бросового экспорта, дабы оградить свою экономику. Общество, где на производстве работают рабы, обречено на преднамеренную стагнацию. Никакой "подлинно великой державы с могучей экономикой" из Юга получиться не могло!

Профессор терпеливо выслушал Джефферсона, раздраженно жуя губы.

— Спасибо, Элвин, — сказал он. — По-своему любопытное мнение. Однако все зависит от того, что именно вкладывать в понятие "процветающая экономика". Одно дело, если вы стремитесь обеспечивать минимальный прожиточный уровень даже для самых низших слоев населения, и совсем другое дело, если вы озабочены исключительно повышением уровня производства и увеличением национального валового продукта и вам плевать на обездоленных в самом низу социальной лестницы. Однако наличие рабов снимает огромную часть бремени с остальной части общества. Блага распределяются среди меньшего количества людей, а значит, уровень жизни свободных людей возрастает. На Юге оно могло послужить фундаментом экономического рывка, который стал невозможен после отмены рабства.

Элвин промолчал.

Джим облизал пересохшие губы. Что происходит, черт возьми? Что же несет с кафедры этот тип с докторской степенью?

Джим оглянулся на других студентов. Они прилежно строчили за профессором. Неужели никто не замечает, что лекция становится какой-то... мягко говоря, странной? Да что там говорить, это же махрово реакционный взгляд и на историю, и на экономику, и на права человека!

Похоже, один только Элвин так же встревожен, как и он. Джим и Элвин встретились глазами. Элвин с отвращением тряхнул головой — дескать, ну и дает этот профессор! Замшелый реакционер!

Джим внезапно вспомнил рассказ Фейт о курсе ботаники, где профессор ради забавы убивал зверьков. Теперь он был еще больше склонен поверить Фейт.

Тем временем профессор оперся о кафедру и самодовольно вещал дальше:

— С экономической точки зрения рабство имеет массу преимуществ.

Элвин опять не удержался и вскочил с места.

— Позвольте возразить против вашей узкоэкономической трактовки рабства. Вы напрочь отбрасываете человеческий фактор. Рабы — это люди...

— Сядьте, мистер Джефферсон, — сказал профессор, ненавидяще сузив глаза и с холодной улыбкой. — Мы с вами в данный момент изучаем экономику и будем трактовать все именно с экономической точки зрения. А если хотите пораспинаться о правах человека — для этого существует курс этики. Что касается рабства, то, как я уже объяснил, оно было великим благом для Америки. Что бы ни говорили узколобые борцы за права человека, мы упустили грандиозную экономическую возможность. Да, рабство было воистину великим благом для Америки!

Девушка у левой стены подняла руку:

— А что случилось бы, если бы в Гражданской войне победил Юг и Северу пришлось бы ввести у себя рабство?

Профессор дружелюбно улыбнулся:

— Хороший вопрос, мисс Пауэлл! По моему мнению, которое совпадает с мнением виднейших историков и экономистов, введение рабства на индустриальном Севере сказалось бы на его экономике самым благоприятным образом. Рабство стало бы важным подспорьем в период завершения индустриальной революции.

Элвин вскочил и, нарочито шумя, сгреб свои книги и блокноты в портфель. Затем демонстративно направился к выходу.

Профессор, не обращая внимания, продолжал:

— Распространение рабства и на северные штаты в конечном итоге стало бы мощным стимулом для экономики всей страны...

Элвин с силой захлопнул за собой дверь. Профессор замолчал, пару секунд смотрел на закрытую дверь, потом расплылся в презрительной улыбке.

— Что вы хотите, — сказал он. — Ниггер! Одни студенты заухмылялись, другие хохотнули.

— Черная обезьяна! — крикнул кто-то.

— Черномазый! — поддержал другой голос. Профессор обвел аудиторию торжествующим взглядом и со смаком повторил:

— Ниггер!

И хихикнул сам.

33
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru