Пользовательский поиск

Книга Университет. Содержание - Глава 6

Кол-во голосов: 0

— Привет, а у тебя как дела?

Беседа длилась добрых пять минут. Рон в ужасе таращился на Рут. Приглядевшись как следует, он понял, что это старуха говорит голосом парня. Но Рут воспринимала разговор на полном серьезе.

После того как Рут попрощалась с "Джейсоном", Луис повернулся к Рону.

— А теперь вы, — сказал он.

— Что? — растерянно произнес Рон. Он был не только смущен, но и вконец перепутан. Холодный ком трусости, как клубок змей, шевельнулся у него в желудке. — Я... мне нечего просить.

— Все новопосвященные должны обратиться с просьбой к Царю Тьмы.

Тут Рон понял, что игра зашла слишком далеко. Собрав все мужество, он проворно встал с колен и сказал:

— Да пошел ты знаешь куда! Никакой я не новопосвященный. Я не желаю иметь с вами дела. Я ухожу.

Он решительно направился в сторону лестницы, поднялся по ступеням и вышел в кухню.

По крайней мере он проделал это в своем воображении.

На самом деле он даже с колен не смог подняться и никакой яростной речи не произносил. После обращения Луиса он не проронил ни слова — лишь тупо смотрел на пол, чувствуя, что взгляды всех присутствующих прикованы к нему. В голове у него был какой-то туман, никаких мыслей. Он не знал, что сказать. Рон вдруг ощутил зловещий водоворот черной силы, которая засасывала его мозг.

— Проси и получишь. Но ему не о чем просить!

— Проси!

— Я... я хочу иметь постоянную девушку, — пробормотал Рон.

— Будет тебе девушка.

Воздух в комнате вдруг стал легче, напряжение спало.

После общения с Царем Тьмы матушка Ден казалась не столько ослабевшей, сколько подобревшей. Луис и еще несколько студентов тихо беседовали с ней на протяжении еще трех-четырех минут. Затем Луис позволил всем встать с колен.

Оказавшись вверху, в безопасности, Рон стремительно прошел сквозь кухню и гостиную и устремился вон из здания.

На улице его поразила обычность окружающей жизни. Чьи-то веселые голоса и смех, где-то играет музыка. Появилась еще одна патрульная машина. Полицейские обыскивали четырех парней, которые лежали животами на капоте автомобиля, положив руки на затылок.

В груди Рон ощущал неимоверную тяжесть. Голова шла кругом. В самом дальнем уголке сознания копошилась глупая мысль, что он так и не собрал нужный для статьи материал.

На ватных ногах молодой человек дошел до своей машины. Открыл дверцу, сел внутрь, швырнул блокнот на сиденье пассажира. Затем включил зажигание и поехал прочь.

Домой он ехал, стараясь ни о чем не думать. Но перед тем как лечь спать, закрыл глаза, сложил руки и долго горячо молился, чего не делал вот уже десять лет.

Но частью души он понимал, что никто его не слышит.

Утром зазвонил телефон.

Это была Рут. Она хотела встретиться с ним. И они быстро договорились о свидании.

Глава 6

Из "Бреа газетт", номер от 29 сентября:

"Некий комитет, который называет себя "Объединением встревоженных местных жителей", в понедельник обратился в городской совет с петицией, содержащей требование запретить парковку университетских машин за пределами университетской территории.

По словам Бретта Самуэлса, председателя вышеуказанного комитета, после начала нового семестра в университете резко увеличилось количество актов вандализма и порчи имущества жителей окрестных улиц. Все только что приведенные в порядок стены изгажены граффити. Самуэлс полагает, что такой взлет преступности связан с прибытием студентов.

"У ребят нет никакого уважения к покою других граждан и к их собственности, — говорит Самуэлс. — Они вконец обнаглели. Моя соседка видела, как студент справляет большую нужду на газоне перед ее домом. И это средь бела дня, при большом числе прохожих! Когда она выбежала отругать его, мерзавец обрушил на женщину поток грязной брани. Дошло до того, что матери боятся выпускать своих детей поиграть на лужайке перед домом!"

Представитель университета заявил на встрече с журналистами, что в подобных жалобах нет ничего нового и обитатели ближайших от университета домов не первый год бомбардируют мэрию преувеличенными претензиями к студентам.

"Разумеется, в семье не без урода, — сказал Клифф Муди, пресс-секретарь Калифорнийского университета. — Некоторые студенты действительно нарушают общественный порядок, и к ним мы относимся со всей строгостью. Однако и жители районов вокруг университета ведут себя отнюдь не безупречно. Во-первых, они раздувают каждый неприятный инцидент до непозволительных размеров. Во-вторых, за многие инциденты ответственны именно местные жители, которые не хотят, чтобы университетские машины парковались рядом с их домами. Зачастую они наносят ущерб автомобилям студентов — прокалывают шины, разбивают стекла и так далее. Таким образом, претензии взаимные, и лучше искать общий язык, а не прибегать к запретительным мерам".

Мистер Самуэлс признает, что конфликты между местными жителями и студентами продолжаются не первый год. Однако он подчеркнул, что в этом семестре происходит нечто небывалое: подлинный взрыв безобразного поведения со стороны студенческих коммун.

"У студентов, похоже, изменилось само отношение к жизни, — говорит мистер Самуэлс. — Оно стало вызывающим. Им на все наплевать — хоть трава не расти! Это опасная позиция, и мы не можем сидеть сложа руки. Мы остановим зарвавшуюся молодежь. Мы сделаем все возможное, чтобы очистить город от хамов. Улицы Бреа должны и будут принадлежать его жителям".

Публичные слушания вопроса о парковке в окрестностях университета назначены на среду. Слушания пройдут в главном зале городского совета. Приглашаются все желающие высказать свое мнение".

Глава 7

1

Когда она вернулась домой, в Санта-Анну, ссора была в самом разгаре.

Кейт и мамаша истошно орали — казалось, вот-вот вцепятся друг другу в волосы.

Фейт хотела вовсе уйти из дома, потом решила прошмыгнуть в свою спальню и запереться, но в итоге взяла себя в руки и прошла через гостиную и столовую в кухню.

Кипя ненавистью, они стояли друг против друга:

Кейт в проеме двери, ведущей на задний двор, а мать у кухонной раковины. Она была пьяна и тяжело опиралась о стол, чтобы не упасть.

Глаза у мамаши были красные, физиономия пунцовая, и вся кухня пропахла перегаром текилы.

— Мне плевать, что ты моя мать, — орал Кейт. — Я не обязан слушаться тебя! Ты для меня не авторитет! Ты и свою-то жизнь наладить никогда толком не могла, так что не лезь в мою!

Мамашины глаза сузились до щелочек.

— Ублюдок! — процедила она. — Правильно я не хотела тебя рожать. Лучше бы выскоблила тебя к чертовой матери! Я тобой забрюхатила случайно — и с тех пор вся моя жизнь пошла наперекосяк!

Кейт в ярости двинулся на мать с поднятыми кулаками, но тут встретил взгляд сестры, плюнул, повернулся и выбежал вон, громко хлопнув дверью.

— Тебе не стоило говорить подобные вещи, — пробормотала Фейт. — У тебя что, мозгов нет? Никак не сообразишь, что можно говорить, а что нельзя?

Мамаша презрительно пожала плечами:

— Ничего, проглотит и не подавится.

— А может, и подавится! — стараясь не сорваться на крик, сказала Фейт.

Мать пренебрежительно махнула рукой:

— Слова ничто. Главное — дела.

Какое нелепое убеждение! Фейт знала, что это не правда. Слова порой важнее дел. И очень часто слово и есть дело...

Сколько бы мать ни сделала для них с братом в прошлом, ее теперешние слова перечеркивали все хорошее. Как много всякой дряни она успела наговорить своим детям в последние годы! Все это в сочетании с демонстрацией своего образа жизни убило любовь...

Зазвонил телефон. Мать подскочила к нему и схватила трубку.

— Дэ-э? — Секунду она слушала, потом разочарованно поморщилась и протянула трубку дочери:

— Тебя. Харт.

Харт? Опять? Уже почти год прошел с тех пор, как они расстались. А парень продолжает названивать — как минимум раз в месяц объявляется. Он что, тупой? Как еще дать ему понять, что у них все кончено!

23
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru