Пользовательский поиск

Книга Серебряная пуля. Содержание - 2

Кол-во голосов: 0

– А кто же? – не выдержал Осипов.

– Прошу не перебивать. Кто? Не знаю… Журналист может быть либо идеалистом, либо циником. Причем первые очень быстро становятся вторыми. А впрочем… Философия в этот час неуместна.

– Вот именно.

– Не хамите. Коли бы не нужда, ни за что я вас сюда бы не пустил.

«Где-то я слышал этот голос, – неожиданно встрепенулся Осипов, – определенно слышал, но вот где?»

– Так вот, – после паузы совершенно другим, деловым тоном сообщил человек из угла, – я вызвал вас сюда, когда узнал, что вы решили заняться расследованием преступления, жертвой которого стал мой друг, мой очень хороший друг, – подчеркнул он, – Валентин Сокольский. Хотя для меня он был скорее сыном, чем другом, я все же буду называть его именно другом.

«До чего он словоохотлив, – поморщился Осипов, – и выражается словно на сцене. Может быть, актер? Поэтому и голос знаком. Или режиссер? Писатель? Драматург, сценарист какой-нибудь, а? Или ученый? А может?.. А может быть, еще круче, может быть, это какой-нибудь старый пердун „оттуда“?»

Осипов покосился на угол.

– Валентин – он как ангел, спустившийся на землю, – продолжал тарахтеть «черный угол», – сын Марса и Венеры. Его батюшка, как вы знаете, выдающийся военачальник. Он… – внезапно голос из угла оборвался, словно говорившему зажали рот рукой, и в комнате повисла напряженная тишина.

«Интересно, – подумал Осипов, – долго он еще будет передо мной выкаблучиваться?»

– Так вот, – словно прочитав его мысли, сказал говоривший, – вас пригласили, чтобы, так сказать, помочь следствию, которое вы проводите.

– Неужели? – иронически произнес Осипов.

– Не надо ерничать! Мы не меньше вашего заинтересованы в поимке убийцы Валентина.

– Кто это вы?

– И готовы оказать помощь, – не обращая внимания на вопрос, сообщил неизвестный.

– Как же?

– Да очень просто. Сообщим вам фамилии предполагаемых убийц.

– Разве их было несколько?

– Уж ваша забота установить, сколько их было на самом деле.

– Так это предполагаемые убийцы?

– Вот именно, предполагаемые. Но тем не менее против обоих существуют достаточно веские улики.

– Но тогда нужно было сообщить в милицию. Не понимаю, при чем тут я?

– Ведь вы занимаетесь поисками?

– Допустим.

– Так чего же вы…

– Почему все-таки не в милицию?

– По нескольким причинам. Во-первых, нам бы не хотелось выступать в роли доносчиков. Ведь оба подозреваемых из нашей среды. А во-вторых, у нас нет стопроцентной уверенности в их виновности. Как говорится, прямых доказательств. Однако у нас есть основания подозревать их. Весьма, скажу вам, веские. Вот вы и должны проверить обоих.

– Странно получается. Вы, значит, не хотите пачкаться и предоставляете такую возможность мне.

– Но ведь вы все равно пытаетесь вести следствие. Как я понимаю, никаких зацепок у вас нет. Так почему бы не воспользоваться подсказкой?

– Ну хорошо. Какие против них улики?

– Оба хорошо знали Валентина.

– Ну и что? Его знали сотни людей.

– Вы, конечно, слышали, что в течение года это третье подобное убийство. Я хочу сказать…

– Я вас понял.

– Так вот. Оба подозреваемых были знакомы с теми, кто погиб до Валентина.

– Уже теплее.

– Именно. И оба, как бы это сказать помягче, обладают некоторыми противоестественными наклонностями.

Осипов хмыкнул.

– Несколько более экзотическими, что ли. Выделяющими их из общего ряда… Скажем, своей наклонностью к садизму, к весьма экстравагантным выходкам. Понимаете? Нам необходимо, чтобы преступник был пойман. Мы не любим, когда на нас обращают внимание правоохранительные органы. В нынешней ситуации на нас прямо какую-то охоту устроили. Не на всех, конечно… И отсюда вытекает, что вы должны найти преступника, а мы, в свою очередь, отблагодарим вас за это в придачу к гонорару от генеральши. И чтобы не быть голословным, вот аванс.

Из темноты вылетела и упала к ногам Осипова пачка денег.

– Извините за несколько необычный способ передачи гонорара.

– А если Валентина убил человек, которого вы не знаете?

– Такое тоже вероятно. Впрочем, предполагать не наше, а ваше дело. Ищите, в долгу не останемся. Вам же все равно нужно с чего-то начинать. И кроме того, мы надеемся на вашу порядочность. Вы ведь не будете хватать и тащить без разбора.

– Я просто не в состоянии избрать такой метод.

– Именно. Так что действуйте. Вот вам две фамилии. Записывайте. Первый – Шляхтин, преподаватель физкультуры. – Дальше последовали номер школы, в которой работал физрук, его адрес и телефон. – Второй – некий Грибов. Фотограф из модных. Эстет. Работает для журналов, публикуется за границей. Несколько персональных выставок. Да вы, наверное, про него слышали… Вот эти двое вполне могли убить Валентина. Оба были хорошо с ним знакомы…

– Но откуда у вас такая уверенность?

В углу хмыкнули.

– Полной уверенности, конечно, нет. Иначе я бы назвал только одну фамилию. Уверенность – это ваша прерогатива. Ищите. Вам дали, так сказать, «наколку».

В устах странного собеседника жаргонное слово «наколка» прозвучало неожиданно привычно, словно блатная лексика была ему хорошо знакома.

В комнате повисло молчание. Осипов, напрягая зрение, пытался разглядеть своего собеседника.

Наконец из темноты послышалось:

– Ну что вы сидите? Разговор окончен. Неужели не ясно? Ступайте и займитесь делом. При необходимости с вами свяжутся.

Осипов медленно поднялся и неуверенно шагнул к темному углу.

– Выход в другой стороне, – послышался недовольный голос, – отправляйтесь и не пытайтесь проводить изыскания на мой счет… Ищите, что вам положено. Прощайте.

Стояла глубокая ночь, когда «Волга» подъехала к дому Осипова. Всю долгую дорогу Иван напряженно размышлял о том, что слышал. Действительно ли ему хотят помочь или, напротив, завлекают в еще более глубокие дебри? Так и не найдя ответа, журналист завалился спать.

2

На следующий день, как только Осипов появился в редакции, его вызвал главный редактор.

– Ты, Иван, я слышал, занимаешься каким-то частным расследованием? – без предисловий начал он.

Осипов пожал плечами.

– Что-то вроде того, – неопределенно сказал он.

– А чем конкретно?

– Убийством одного молодого человека.

– С весьма специфическими наклонностями.

– Можно и так сказать.

Редактор внимательно посмотрел на Осипова и усмехнулся.

– А почему это вдруг тебя заинтересовала эта тема?

– Да не то чтобы заинтересовала. Просто так совпало.

– Ага, совпало… А вот я слышал про некий финансовый интерес. Вроде бы тебе платят за расследование.

Осипов замялся.

– Я, конечно, не могу запретить тебе заниматься расследованием в частном порядке, – продолжил за него редактор, – но хочу напомнить, что работаешь ты все же у нас, а не частным детективом. Да и потом… Вся эта грязь… А ведь убитый мальчишка был сыном боевого генерала. Какой парадокс… Отцы, видишь ты, Родину защищали, не жалея жизни, а дети… – Он гадливо поморщился. – Отца мальчишки я знал. Встречались на фронте. Крутой был мужик… Ладно, не до воспоминаний. – Редактор задумался. Осипов стоял, переминаясь с ноги на ногу, не зная, что и подумать. Запретить, что ли, хочет?

– Занимайся! – неожиданно с нажимом сказал редактор. – Раз уж начал. Тем более что в твоем расследовании заинтересованы… – Он показал пальцем на потолок. – Не знаю уж почему, но насчет тебя звонили из очень серьезного кабинета… И все же, Иван, не в свое дело ты влез, не в свое! Нюхом чую, будут у тебя неприятности, да и у меня, возможно. Впрочем, запретить не могу. Ты свободен.

«Все еще более запутывается, – раздумывал Осипов, идя по редакционному кабинету – Что за силы мной интересуются? Почему он не сказал конкретно? Да и зачем вообще вызывал? Не одобряет, но и не запретил. Значит, на него давят очень крупные величины». И вообще он понял, что от текущей работы его освобождают.

26
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru