Пользовательский поиск

Книга Разум и чувства и гады морские. Содержание - Глава 31

Кол-во голосов: 0

Сестры Стил пробыли на Острове Мертвых Ветров гораздо дольше того срока, на который их пригласили изначально. Но больше Элинор не затрагивала тему помолвки Эдварда и Люси; когда же ее поднимала Люси, редко упускавшая возможность сесть на любимого конька, она говорила спокойно и сдержанно и меняла тему так скоро, как только позволяли приличия — подобные разговоры она считала незаслуженным потворством Люси, к тому же опасным для себя. Почти таким же опасным, как каранкролла, в которую Элинор зареклась играть в будущем.

Глава 25

Хотя за миссис Дженнингс водилась привычка проводить большую часть времени в гостях у детей, жила она в собственном отсеке на Подводной Станции Бета, на тихом канале неподалеку от Портмен-грота, куда и отправлялась каждую зиму. Туда ближе к январю и обратились ее мысли, туда она совершенно неожиданно и пригласила старших сестер Дэшвуд. Элинор немедленно и бесповоротно отказалась за обеих. Причиной отказа она назвала их твердое решение не оставлять мать. Миссис Дженнингс, изумленно выслушав ее, тут же повторила свое приглашение снова.

— Ах, пргллгпг! — вырвалось у миссис Дженнингс, что в приблизительном переводе с ее родного языка означало «не будь глупой кучей слоновьих экскрементов». — Я уверена, ваша матушка прекрасно поживет тут без вас, и молю вас, облагодетельствуйте меня вашим обществом. Не воображайте, что будете мне в тягость, вы ничуть меня не затрудните. Мы все доберемся до Станции в моей субмарине, а когда окажемся там, у нас будет столько дел! Аквамузей, по слухам, в этом сезоне приумножил свою коллекцию, а Кенсингтонские Подводные Сады расширились и стали прекраснее прежнего! Ваша матушка, конечно, не станет возражать; и если я не смогу выдать замуж хоть одну из вас, в том будет не моя вина. Я замолвлю за вас словечко перед всеми молодыми людьми, можете на меня рассчитывать.

— Благодарю вас, — с жаром воскликнула Марианна. — Ваше приглашение — залог моей вечной благодарности, и для меня было бы счастьем принять его. Но матушка, моя милая, добрая матушка — ничто не заставит меня ее покинуть!

Элинор понимала, что сестрой руководит исключительно желание увидеть Уиллоби, поэтому больше она не пыталась возражать и предоставила решение на суд матери. Миссис Дэшвуд, услышав о приглашении, решила, что обеим старшим дочерям эта поездка пойдет только на пользу. Она не стала и слушать, что ради нее они решили остаться, и принялась настаивать, чтобы обе немедленно согласились.

— Какая замечательная идея! — воскликнула она. — Именно то, о чем я мечтала! Нам с Маргарет одним будет только лучше. Вы с Мидлтонами уедете, а мы будем тихо наслаждаться книгами и музыкой.

В тот же миг на втором этаже раздался душераздирающий гортанный крик:

— Нет! Не-е-ет!

— Боже милостивый, — ахнула миссис Дэшдвуд, — что же это…

— Опять! — крикнула Маргарет, сбегая в залу. — Опять начинается!

— Маргарет, душенька, я думала, мы покончили с этой чепухой! — воскликнула миссис Дэшвуд.

— Мама, мама, ты должна… — судорожно начала девочка, бешено вращая глазами и тяжело дыша.

— Я кому сказала, довольно! Скоро ты станешь уже не ребенком, но женщиной, и подобные выходки совершенно неприемлемы!

— Мама, — осторожно вмешалась Элинор, которую насторожило что-то в бледном лице сестры и заставило задуматься, нет ли у поведения Маргарет другой причины, кроме разыгравшейся фантазии.

— Нет, Элинор, — отрезала миссис Дэшвуд. — Больше я не намерена поощрять ее.

Тем временем Марианна отошла к фортепьяно, отгоняя прочь воспоминание, которое прятала в глубине души, — о том, как в день нападения луфарей она видела ужасный столб дыма, поднимавшийся с вершины горы Маргарет.

— Иди к себе, дитя мое, — скомандовала миссис Дэшвуд, — и возвращайся к вышивке.

Маргарет неохотно подчинилась и с тяжелым сердцем вернулась в детскую, где за окном ее ожидало то же зрелище, что встревожило ее минуту назад: гора Маргарет снова источала пар, а по склонам неровными рядами, как черные муравьи, ползли сотни и сотни… она не знала, кто это был. Все те же жуткие человекоподобные фигуры, которые она не раз видела, когда бродила по острову или с риском для жизни на мгновение забегала в одну из пещер, чтобы тут же выскочить оттуда. Они неуклонно карабкались вверх, и до ее слуха доносился хор их голосов, повторявших заклинание, эхом разносившееся по острову: «К'ялох Д'аргеш Ф'ах! К'ялох Д'аргеш Ф'ах! К'ялох Д'аргеш Ф'ах!»

* * *

Тем временем миссис Дэшвуд продолжала как ни в чем не бывало:

— Вам очень полезно будет погрузиться на Станцию. Я считаю, что познакомиться со станционными нравами и развлечениями необходимо каждой девице в вашем положении. Миссис Дженнингс — женщина с материнским складом ума, и я не смею сомневаться, что она прекрасно о вас позаботится. И скорее всего, вам выдастся случай повидаться с братом. Каковы бы ни были его недостатки или недостатки его жены, мне невыносимо думать, что вы станете друг другу совсем чужими.

— Есть еще одно препятствие, которое не так просто устранить, — возразила Элинор.

Марианна сникла.

— И что же еще останавливает мою милую рассудительную Элинор? Какое непреодолимое препятствие так ее тревожит? Что за айсберг угрожает кораблю нашего общего счастья?

— Меня тревожит вот что: хотя я и очень высокого мнения о доброте души миссис Дженнингс и восхищаюсь коллекцией засушенных голов, которую она хранит в ящике туалетного столика, все же ее общество не принесет нам удовольствия, а ее покровительство — уважения в свете.

— Согласна, — ответила миссис Дэшвуд, — но вам не так уж часто придется оставаться с ней наедине, а в свет вы, несомненно, будете выходить с леди Мидлтон.

— Если Элинор останавливает нелюбовь к миссис Дженнингс, — вмешалась Марианна, — то это не повод для меня отказываться от приглашения. Меня подобные мысли не стесняют, и я без малейших затруднений справлюсь с неприятностями такого рода.

Элинор не сдержала улыбки, умилившись внезапному безразличию сестры к манерам миссис Дженнингс, притом что до сих пор она с большим трудом убеждала Марианну вести себя с ней в рамках приличий. Про себя Элинор решила, что если сестру переубедить не удастся, она поедет с ней. К этому решению ее сподвигло и то, что, по словам Люси, Эдвард не погрузится на Станцию до февраля, когда они ее, по всей вероятности, уже покинут.

— Вы обе едете, — заявила миссис Дэшвуд. — Все ваши возражения просто нелепы. Вам очень понравится на частной субмарине и на Станции, и особенно прекрасно, что вы поедете вместе. А если Элинор хоть когда-нибудь снизойдет до предчувствия радости, то и ей станет ясно, сколько наслаждений ее ждет. Может быть, ей доставит удовольствие улучшить отношения с родней невестки?

Этот намек Элинор использовала как шанс поколебать ту уверенность, с которой мать прочила ей в женихи Эдварда, чтобы хоть чуть-чуть смягчить удар, когда все неминуемо откроется.

— Мне очень нравится мистер Феррарс, и встрече с ним я буду рада как на Станции, так и на суше; что до его семьи, она мне совершенно безразлична, даже если я с кем-то из них не знакома.

Миссис Дэшвуд молча улыбнулась, Марианна в изумлении подняла на сестру глаза, и Элинор заключила, что на этот раз лучше было бы промолчать.

Приглашение было решено принять, чему миссис Дженнингс несказанно обрадовалась. Сэр Джон ликовал: для человека, который больше всего на свете боялся одиночества, а в результате многолетних скитаний по языческим островам обзавелся также и хроническим страхом перед гневливыми богами, то и дело требующими в жертву очередную девственницу, прибавление двух незамужних девиц к числу жителей Подводной Станции значило немало. Обрадоваться соизволила даже леди Мидлтон, хотя никто не ожидал, что она будет так утруждать себя, ну а сестры Стил, в особенности Люси, никогда в жизни не были так счастливы. Марианна пребывала в таком нетерпении и смятении духа, что не успокаивалась ни на мгновение.

30
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru