Пользовательский поиск

Книга Разум и чувства и гады морские. Содержание - Глава 8

Кол-во голосов: 0

Они отплыли в первую неделю января, на личной субмарине миссис Дженнингс, поистине прелестном сигарообразном средстве передвижения тридцати шести футов в длину с перископом, расписанным моднейшими цветами. Уже когда они отчалили и лодка начала погружение, Элинор увидела Маргарет, смотревшую на нее жалобным взглядом из окна детской.

— Пожалуйста, — беззвучно произнесла Маргарет, когда лодка исчезла в волнах, — не оставляйте меня здесь одну.

Глава 26

Сестры Дэшвуд никогда не были на Подводной Станции Бета, но, конечно, были наслышаны про город чудес, возведенный на дне морском, величайшее достижение Англии в бесконечной борьбе против стихий, брошенных на нее Большой Переменой. Станция была полностью обустроена для удобного проживания людей: жилые отсеки, церкви, конторы всевозможных дельцов и знаменитые торговые каналы были надежно укрыты куполом из закаленного стекла в семь миль в диаметре и в три мили высотой.

Разум и чувства и гады морские - i_008.png

Купол, величайшее инженерное сооружение со времен римских акведуков, больше пятнадцати лет строился в доках Блэкуолла и Дептфорда, затем его детали сплавили по Темзе в море, к заранее выбранной точке в нескольких милях от побережья Уэльса, сразу на выходе из залива Кардиган. Там, на огромных военных кораблях, собрали купол, который опустила вниз команда лучших моряков Британии в водолазных костюмах и новейших дыхательных приспособлениях: вниз и вниз, под неусыпным вниманием лучших инженерных умов; вниз, вниз и вниз, сквозь толщи воды, пока наконец купол не встал на место и не был прикреплен ко дну тремя якорями. Потом запустили турбины — истинные сокровища королевского акваинженерного корпуса. С тех пор их гул не умолкал ни на секунду, днем и ночью они засасывали морскую воду и исторгали внутри Станции уже пресную, заполняя ее шлюзы и каналы, по которым передвигались местные жители.

Так в четырех милях под поверхностью воды возник процветающий город с населением в семьдесят пять тысяч человек. Здесь в своих лабораториях гидрозоологи разрабатывали новые методы приручения и дрессировки морских животных; здесь лучшие оружейники и судостроители создавали новейшие корабли и орудия уничтожения морских чудовищ, здесь для людей со средствами были созданы все условия, чтобы жить, работать и развлекаться в бессчетных увеселительных аквазоосадах и аквамузеях, и все это в полной безопасности, в крепости, расположенной в самом сердце вражеского лагеря.

Миссис Дженнингс и ее подопечные были в пути уже три дня, и с каждым часом их нетерпение нарастало. Направившись на юго-запад и миновав подводные течения у побережья Девоншира, они взяли право руля у Корнуолла и наконец повернули на север к Подводной Станции Бета.

Дорога была скучной, за исключением ужасных двух часов, когда лодка шла через косяк рыб-фонарей. Это были медлительные засадные хищники величиной с дом, каждая с огромным светящимся фонарем, свисающим к пасти на длинном щупальце.

— Кхе, карпозубики карпозубиками, так-то вот, — сплюнул рулевой, старый соратник сэра Джона, с пушистой черной бородой и стальным взглядом. — Не соваться к ним под щупики, и все тут.

Миссис Дженнингс жизнерадостно перевела его слова с матросского арго Марианне, которая с жадностью ловила каждое слово об этих удивительных чудовищах. Если не попадать в поле их зрения, рыбы-фонари были не опасны — и следующие два долгих часа лодка медленно лавировала через огромный косяк.

До Подводной Станции Бета они добрались к трем часам. Тяжелый стальной корпус субмарины подрулил ко входу в Трубу — так называли стальной тоннель шириной в полмили, поднимавшийся над вершиной купола, как гигантский дымоход. Каждые полмили он был опоясан круглыми отверстиями, открывавшимися посредством гигантских шестерней и служившими единственным способом, каким пассажиры субмарин могли попасть на Станцию.

Одна за другой, во главе с миссис Дженнингс, путешественницы вышли в безупречно чистую стеклянную приветственную камеру, где их вежливо обыскали на предмет присутствия посторонней органики; когда ничего не было найдено, их препроводили в гидравлический лифт, направившийся с ними вниз, вниз и дальше вниз. Смена атмосферного давления компенсировалась меняющейся скоростью лифта, а еще семенами гуара, которые им дали пожевать. Наконец с тихим хлопком лифт опустился на дно огромного сада ожидания Подводной Станции Бета.

Сестры были счастливы покинуть тесную субмарину и предаться роскоши отдыха перед растопленным камином — хотя тут их постигло небольшое разочарование, поскольку в тщательно контролируемой атмосфере купола разводить огонь было строго запрещено. Гондола доставила их к отсеку миссис Дженнингс, по пути миновав несколько каналов и предоставив возможность полюбоваться на более рисковые средства передвижения, доступные жителям Станции: франты в цилиндрах проплывали мимо верхом на дельфинах, женщины в возрасте восседали на спинах унылых морских черепах. Сестры Дэшвуд были в восторге, что наконец прибыли в мир, в котором благодаря достижениям гидрозоологии, инженерии, химии и прочим чудесам науки вода и водные твари находились под полным контролем.

Красивый и прекрасно обставленный отсек миссис Дженнингс находился на Беркли-канале. Задней стены у него не было; точнее, поскольку отсек размещался во внешнем кольце, заднюю стену заменяла стена самого купола. В сущности, войдя в задние комнаты отсека миссис Дженнингс, ее гости оказывались перед гигантским аквариумом, за стеной которого кипела морская жизнь, изменчивая и прекрасная, причем зрители оставались под защитой купола и им ничего не грозило. Поэтому Элинор и Марианна, расположившиеся в предоставленных им удобных комнатах, могли в любое время наблюдать за тем, что происходит снаружи, в чернильных глубинах океана, из комфортного помещения Станции. Элинор даже заметила кораллы и сопутствующую живность, о которых читала, но никогда прежде не видела воочию. Пока они любовались, к куполу медленно подплыл косяк страшных барракуд — напоминание о том, что по ту сторону стекла таилось множество опасных тварей, чьим преступным намерениям мешало лишь чудо инженерии, защищавшее всех жителей Станции Бета.

Сестры быстро переоделись, не забыв и про меры безопасности — всплывательные костюмы, состоявшие из нарукавников и поясов, трубочек и небольшого баллона, который крепился на талии: пояса надувались воздухом, стоило дернуть за шнурок, протянутый через рукав, трубочки крепились под нос и соединялись с баллоном, в котором было достаточно воздуха, чтобы минуту дышать под водой. Все это оборудование было довольно громоздким, но закон Подводной Станции Бета требовал не расставаться с ним ни на минуту, что было весьма мудро, учитывая, что случилось со Станцией Альфа.

Элинор немедленно вознамерилась написать матери и села за стол. Как ни странно, Марианна вскоре сделала то же самое.

— Я пишу домой, — сказала Элинор, — не будет ли лучше, если ты отложишь свое письмо на завтра или послезавтра?

— Я пишу не матушке, — резко ответила Марианна, будто бы желая пресечь возможные расспросы. Элинор промолчала, сразу догадавшись, что сестра, должно быть, пишет Уиллоби, и заключив из этого, что они все-таки помолвлены.

Это умозаключение, хотя и оставляло множество вопросов без ответа, было приятным, и Элинор продолжила письмо с большим рвением, подняв глаза только тогда, когда одна из барракуд вернулась и принялась стучать рылом по стеклу. Марианна закончила писать очень быстро — это было не письмо, а скорее записка, которую она тут же сложила и торопливо надписала; Элинор показалась, что она различила в начале заглавное «У». Марианна тут же позвонила и приказала явившемуся гондольеру доставить письмо немедленно.

Марианна осталась в веселом расположении духа, но в ее веселости крылось волнение, тревожившее Элинор, и к вечеру это волнение только усилилось.

Поужинали быстро, как и все на Станции: свежая еда и вода были практически недоступны даже самым состоятельным ее обитателям. Это удручающее обстоятельство было связано как с тем, что тщательно контролируемая атмосфера Станции не позволяла разводить открытый огонь, превышающий пламя свечи, так и с тем, что удаленное расположение Станции делало транспортировку овощей и скота чрезвычайно накладной. Поэтому еда чаще всего состояла из вяленого мяса, студней с различными вкусами и пакетиков порошка, который при смешивании с химически очищенной водой — и изрядной долей воображения — давал вкус, отдаленно напоминающий какой-нибудь напиток.

31
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru