Пользовательский поиск

Книга Блистательные дикари. Страница 49

Кол-во голосов: 0

Крис рассказал ей о своем детстве, которое он провел в Калифорнии, и она внимала ему, пытаясь сопоставить услышанное с теми сведениями об американской жизни, которые она почерпнула из голливудских фильмов. Ей представились апельсиновые рощи, лазурные небеса и волны океанского прибоя. Перед ее мысленным взором вставали эстакады, прямые, словно стрелы, автомобильные дороги, по которым мчались огромные автомобили. Ей представлялись темпераментные жители Калифорнии, вдыхающие солоноватый морской воздух идеальной формы носами. Крис описывал все эти красоты с эмоциональностью утратившего родину эмигранта.

Стоило ему остановить на девушке взор, как она вспыхивала. Поскольку ее думы о Крисе примяли весьма опасное и даже фривольное направление, ей все время казалось, что выражение лица выдает ее и Крис легко читает по нему ее мысли.

В детстве Кэтрин была неустрашимой и отчаянной, как мальчишка, и лишь вступление в пору созревания заставило ее изменить манеру поведения и сделаться более застенчивой и сдержанной, как и подобает девушке. Она стала избегать сверстников и в присутствии мальчиков держала себя гордо и неприступно. Кроме того, ей вовсе не хотелось становиться объектом пристального внимания со стороны подростков противоположного пола только потому, что у них стала просыпаться чувственность. Ее не прельщали просмотры фильмов с участием Роберта Редфорда, если непременным условием такого похода являлись поцелуйчики и объятия на последнем ряду. Мальчишеские эксперименты не вызывали у нее ничего, кроме пренебрежения и брезгливости. Эти парни вряд ли догадывались, что между захватом в джиу-джитсу и поцелуем любви существует определенная разница. Несмотря на юные годы, Кэтрин тянуло к стабильным, осмысленным отношениям.

С опытом приходило сознание того, что в мире существуют не только верность и преданность, но и подлость и обман. Появившиеся со временем любовники всякий раз разочаровывали Кэтрин. Под конец она стала подумывать, что она была слишком наивна и даже глупа, полагаясь на доверие в своих отношениях с ними, между тем как они лишь бессердечно играли ее чувствами.

Отношения с мужчинами настолько выбивали ее из колеи, что она предпочитала уходить сама, не дожидаясь, пока ей изменят и поставят в известность, что ей предпочли другую. Ее последний возлюбленный заврался до такой степени, что она не знала, когда он лжет, а когда говорит правду Сначала он утверждал, что занимается рекламой. На самом деле он всего лишь торговал предназначавшимися для рекламных целей страницами малоизвестного журнала. Он говорил, что никогда не был женат В действительности он успел уже дважды развестись. Он утверждал, что любит ее и они вот-вот поженятся. Увы, он сбежал с девицей, предложившей свои похожие на аэростаты груди вниманию фотографа бульварного журнальчика и проложившей себе тем самым дорогу к славе.

Крис вызвал в ней целый поток воспоминаний, и она настолько в них погрузилась, что слушала собеседника довольно невнимательно. Нельзя сказать, чтобы она вспоминала только неприятное, – многие ее мысли теперь приобрели ярко выраженный чувственный характер, поэтому, когда она отправилась спать, заснуть оказалось непросто. Крис казался ей полной противоположностью былым незадачливым ухажерам, и она задалась вопросом: как поступить, если он войдет к ней в спальню, – уступить его настояниям или прогнать?

Пока она фантазировала, ее тем не менее не оставляла одна мысль: ведь Крис оказался у нее только потому, что погибла Дженнифер. Неужели они оказались вместе оттого, что судьба предназначила роль дознавателя именно ему? В таком случае требовать от Провидения большего было просто нечестно. Кэтрин оставалось одно – предаться объятиям Морфея.

Когда она встала, солнце уже палило вовсю. Кэтрин направилась к окну и раздвинула шторы. Яркий свет залил комнату. Она выглянула в окно: на тротуарах толстым слоем лежала пыль. Крис прикрыл ладонью глаза и следил за ее манипуляциями.

– Завтракать будете?

– Чашечку кофе, пожалуйста, если вас не затруднит.

Пока Крис одевался, Кэтрин варила кофе. Она явилась невольной свидетельницей его ночного кошмара. Это был не просто дурной сон. Исследователь крови корчился на кровати так, словно его колотили почем зря. Он размахивал руками, едва не опрокинув прикроватный столик, и рука, судя по всему, все еще саднила. Но даже физическая боль оказалась не в состоянии вывести его из мучительной летаргии – для того чтобы разбудить мужчину, Кэтрин пришлось хорошенько потрясти его.

Что и говорить, Крис произвел на девушку сильное впечатление. Ей нравилась его внешность, а особенно его доброе лицо. Но ей никогда еще не приходилось видеть подобного затравленного выражения, которое исказило его черты в момент пробуждения. За внешней уверенностью таилась тщательно скрываемая от посторонних боль.

Кэтрин протянула ему чашку дымящегося кофе и спросила:

– Ну, что мы с вами предпримем сегодня?

– Мне кажется, нам следует еще разок навестить Роберта Старка.

– А как быть с Абрахамом?

Крис пожал плечами:

– Не знаю. У парня не все в порядке с головой, это очевидно. Неизвестно, знает ли он убийцу на самом деле. Кто может подтвердить его слова, кроме него самого? Судя по всему, он пока не может открыть нам имя предполагаемого убийцы. Так он по крайней мере говорит. Если он и впредь собирается хранить молчание, то какая от него, спрашивается, польза? Честно говоря, мне кажется, что настала пора от него отделаться.

– Он в самом деле умрет?

– Все мы умрем, – сказал Крис и сделал глоток из своей чашки с кофе. – Дело в том, что он умрет раньше, чем многие люди его возраста.

Роберт взглянул на Рейчел и увидел перед собой ангела: она сидела рядом с ним на постели, и над головой ее сиял самый настоящий нимб, сотканный из солнечного света. Одно мгновение ему казалось, что страшные события предыдущей ночи ему привиделись. Глаза женщины сверкали, будто отполированные черные агаты.

– Тебе лучше? – спросила она.

Память мгновенно вернулась к Роберту, он вздрогнул, но тем не менее ответил:

– Я спокоен.

Она улыбнулась и протянула руку, чтобы вытереть испарину у него со лба. За окном снова разгорался жаркий и душный день.

– А как ты? – спросил Роберт.

– Со мной все в порядке. Я всю ночь просидела здесь и смотрела на тебя.

– Всю ночь?

– Всю ночь.

– Понятно. Сон ведь не является для тебя необходимым?

В голове у Роберта снова замелькали обрывки кошмарных видений: измазанные кровью руки, торчащие из тела осколки костей. В ушах отдавались эхом хруст, вопли, стенания. Ему пришла на ум дата: 2 января 1789 года. Вспомнилось, как Рейчел массировала ему запястье в том месте, где прощупывается пульс. А потом на него навалился сон, который остановил бурливший у него внутри протест. И наконец, в мозгу Роберта всплыла фраза Рейчел: «Бессмертные любовники получают право нарушить закон, о котором обычные смертные даже не подозревают…»

Рейчел снова заговорила:

– Всю ночь я думала о тебе, и мысли мои были печальны.

– Почему?

– Потому что я думала, сколько горя мне принесет созерцание твоей агонии и смерти.

Роберт поискал глазами опасный крестик Рейчел. Тот лежал на прикроватном столике рядом с часами. Часы показывали начало десятого.

Рейчел отправилась на кухню, а Роберт принялся натягивать свои голубые джинсы. На них виднелись темные пятнышки. Потом он вышел на балкон. На улице дамочка неопределенного возраста с толстенным слоем косметики на лице выгуливала на красном кожаном поводке весьма подвижного терьера. Тот выделывал забавные кульбиты, отчего рубиново-алые губы женщины, пламеневшие раной на известково-белом лице, непрестанно улыбались. Перевозивший молоко грузовичок с пчелиным жужжанием описывал круг, огибая Леннокс-гарденс. Маячивший в воздухе «Боинг-747» авиакомпании «Бритиш эйруэйз» надрывал в истошном вое двигатели, заходя на посадку в аэропорте Хитроу. Роберт двинулся на кухню, где Рейчел готовила кофе.

49
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru