Пользовательский поиск

Книга Особый район. Содержание - Глава 6 Персона нон грата, или Дипломатия по-народному

Кол-во голосов: 0

— Ромка! Племянник! — он широко развел руки и вышел из-за стола. — Откуда ты здесь? Ты ведь, кажется, в Мирный собирался?

— Поменялось все, — ответил Пройдисвит. — Алексей Константинович меня на Красноармеец направил, сказал, что тут перспектива вернее. Я уже полгода здесь. А как ты сам тут оказался, дядя Илья? Знал бы, что ты здесь, давно бы в гости приехал!

Он добавил какую-то фразу по-якутски, но, покосившись на участкового, снова перешел на русский:

— А Володя ведь должен быть в Англии? — Роман кивнул на парня, вольно расположившегося на стуле около отцовского стола.

— Должен! — огорченно вздохнул Атласов. — Приехал из Лондона на каникулы, я решил свозить его на родину предков, показать могилу деда, а тут…

— Да-а… — протянул Роман. — Что произошло, ничего не понимаю.

— Никто не понимает. И, главное, надолго ли?

Поняв, что беседа может затянуться, Валера негромко кашлянул в кулак, чтобы напомнить о себе.

— Да, а кто это с тобой? — Атласов оторвался от племянника и с барственным видом повернулся к Винокурову и Седых, будто только что заметил их. — Даже милиция пожаловала? Уж не по поводу ли бандитского нападения на нашего заведующего фермой?

Валера недоуменно переглянулся с лейтенантом, и тот спросил у Атласова:

— Какое еще нападение? Первый раз слышим!

— Видимо, это были старатели с Хатагай-Хаи, — милостиво согласился Атласов. — Ладно, мы с ними сами разберемся. Ну, а вы с какой целью приехали?

— Мы официальная делегация, отправлены директором прииска «Красноармеец»! — вступил в разговор участковый. — Если вы представляете власть в поселке, то мы будем разговаривать с вами от имени директора прииска — Ивана Петровича Незванова.

— А, Незванов! — Атласов жестом пригласил гостей присесть на потертые стулья, в рядок стоящие вдоль стены. — Слышал я про него, перспективный, говорят, молодой человек. И что же он хочет мне передать?

— Вообще-то, мы думали, что глава в поселке по-прежнему Егор Афанасьевич Кривошапкин… — вмешался Валера.

— Это в прошлом, — отмахнулся Атласов, и в его голосе послышалось с трудом сдерживаемое раздражение. — Уже почти месяц, как он переизбран большинством голосов на общем сходе сельских жителей. А мои полномочия расширены и распространяются на всю территорию особого национального округа, по непонятной пока причине отрезанного от основной территории республики.

— И до каких пределов распространяются границы этого вашего округа? — Валера стал кое-что понимать.

— Я же сказал — на всю территорию!

— Значит, — похоже, Винокуров тоже что-то понял, — по-вашему, поселок Красноармеец тоже находится под вашей юрисдикцией, только мы еще этого не знаем?

— А вот об этом я буду разговаривать только с вашим директором! — Атласов не сказал ни «да», ни «нет», но говорил, не скрывая высокомерия. — Передайте ему, что депутат Ил Тумэн, глава администрации округа, приглашает его на встречу для выработки совместного решения о принципах взаимодействия.

«Вот это загнул! Это же уметь так надо!» — подумал Валера, а вслух сказал:

— Значит, с нами вы ничего обсуждать не собираетесь?

— Важные вопросы я буду обсуждать только с тем, кто вправе самостоятельно принимать ответственные решения, — отрезал депутат. — То есть с Незвановым.

— Тогда такой вопрос, — Винокуров поднялся со стула и расправил плечи, которые у него достигали ширины небольшого шкафа, — он как раз в моей компетенции, раз уж я остался единственным представителем правоохранительных органов в районе. Надо разобраться с вашими так называемыми гвардейцами, которые мало того что незаконно носят нарезное оружие, так еще применяют его против наших мирных охотников. А охотники действовали по приказу своего руководства. Надеюсь, вам доложили об этом происшествии?

— Вот вы о чем! — усмехнулся Атласов. — Вы, лейтенант, просто не владеете ситуацией. — Во-первых, это не «так называемые гвардейцы», а вполне законное вооруженное формирование, созданное по моему указу, утвержденному на общем сходе, и исполняющее в том числе функции милиции. Так что не льстите себе, вы не единственный представитель органов правопорядка… И у каждого гвардейца имеется выданное мной удостоверение, в котором записано право на ношение огнестрельного оружия.

— Но это же ни в какие рамки не лезет! — возмутился Винокуров. — Ваше решение полностью противоречит российскому законодательству! Кроме того, большинство ваших гвардейцев несовершеннолетние, не так ли?

— Отец, я объяснял им… — вмешался Володя, но Атласов жестом остановил его и ответил сам:

— Лейтенант, не будьте так наивны! Вы отлично понимаете, что в районе создалось чрезвычайное положение и прежние федеральные законы совершенно не подходят к ситуации. Именно поэтому их действие приостановлено на неопределенное время. Во всяком случае, пока не восстановится прежний порядок вещей. И если уж вы заговорили об этом неприятном инциденте с вашими охотниками, то имейте терпение выслушать меня, не перебивая.

Винокуров насупленно молчал, и Атласов продолжил:

— У меня имеются сведения, полностью противоречащие вашей версии. Насколько мне известно, ваши охотники, а если точнее — воры и браконьеры, застрелили несколько оленей из частного стада, потом хулигански напали на исполняющих свои обязанности гвардейцев, избили двоих и похитили у них два карабина. Нападение на представителей власти считается серьезным преступлением, не так ли, лейтенант? И я буду вынужден требовать от вашего руководства выдачи преступников для взятия их под стражу и совершения правосудия.

Участковый смотрел на него, выпучив глаза и потеряв дар речи, а Валера спросил, показав на младшего Атласова:

— Не этот ли молодой человек был участником того столкновения? И не он ли рассказал вам, как все было? А может быть, вы и на стадо предъявите свои права?

— Этот молодой человек — официально назначенный приказом командир военизированного формирования, и я не имею оснований не доверять его словам. Так же, как и остальным гвардейцам, участникам инцидента. — По выражению его лица Седых понял, что попал в точку.

— А мы доверяем своим ребятам! — отрубил Валера, чувствуя, что все пошло наперекосяк, и вся их дипломатия летит псу под хвост.

— Ну, раз так… Похоже, разговор у нас не складывается. Именно поэтому я и хочу разговаривать с вашим директором, а не с не владеющими ситуацией делегатами, — сказал Атласов, давая тем самым понять, что на этом встреча закончена. — Если у вас все…

— Пожалуй, что все, — поняв, что ничего они больше не добьются, ответил Седых и поднялся со стула. Следом за ним встали Винокуров и Пройдисвит.

— А Романа Дмитриевича я задержу, — Атласов сделал жест в сторону племянника. — Мы давно не виделись, и у нас есть о чем поговорить. Вы когда обратно собираетесь?

— Как получится, — пожал плечами Валера. — Нам еще надо кое к кому зайти…

— Значит, завтра, — утвердительно сказал Атласов. — Сегодня вы не успеете до темноты. А если даже вы решите уйти раньше, или Роман Дмитриевич задержится у меня, я найду способ доставить его обратно на прииск. И на этом позвольте распрощаться с вами.

Седых и Винокуров вышли на улицу, как оплеванные, посмотрели друг на друга и молча отправились к берегу, где около катера их ждал Стас Сикорский.

Глава 6

Персона нон грата, или Дипломатия по-народному

— Это же надо так попасть, мать его! — бывший опер уголовного розыска повторил эту фразу уже несколько раз за последние полчаса. — Один раз за всю свою ментовскую карьеру совершил ошибку, депутату рожу начистил, так что теперь, всю жизнь это говно расхлебывать? Мало он моей крови попил, так его еще и сюда принесло!

Седых и Винокуров были уже в курсе отношений Сикорского с Атласовым и могли только удивляться такому совпадению обстоятельств. Они сидели в просторной комнате добротного дома Егора Афанасьевича Кривошапкина, бывшего главы администрации поселка Тоболях, пожилого седого якута со сморщенным лицом, и распечатали уже вторую бутылку водки из привезенного с собой запаса. Валера втайне удивлялся скудости закуски, выставленной хозяином, — несколько кусочков высушенной до деревянной твердости вяленой лосятины, несколько сушеных хариусов да на дровяной плите закипала кастрюля с порубленной жеребятиной. Раньше у Кривошапкина, хлебосольного хозяина, стол для гостей ломился от закусок даже после того, как в позапрошлом году умерла его жена. Особенно вкусными были приготовленные лично им оленьи рубцы…

10
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru