Пользовательский поиск

Книга Я – сингуляр. Содержание - Глава 15

Кол-во голосов: 0

– Нет, – ответил он нерешительно. – Только когдая уже оргазмил, а это получилось достаточно быстро, сам понимаешь,хрен сдержишься, вроде бы то ли начала просыпаться, то липроснулась, но…

– Сделала вид, что ничего не заметила?

– Да, – ответил он. – А потом снова заснула. Аутром уже и не знала, то ли это сон такой, то ли в самом делечто-то такое было. Во всяком случае, целый день поглядывала на меняукрадкой. А я едва дождался ночи, потому что острое возбуждение тои дело вздыбливало пенис так, что трещали штаны. Когда мамапожелала мне спокойной ночи и ушла, я еще минут сорок сидел закомпом, потом заглянул в ее спальню. Она на боку в той же позе.Впрочем, это ее любимое положение, почти всегда так спит, а пяткиподгибает к самой заднице. Я на всякий случай пробормотал вслух:«Ну вот, а так поговорить хотелось…», тихонечко лег сзади. Ты неповеришь, чуть не кончил, когда только начал задирать ей рубашку!Все мои одноклассницы, которых я драл во все дыры, ни в какоесравнение…

– И что, – спросил я недоверчиво, – и в тот разне поймала на горячем?

– Представь себе, нет! Хотя я начинал сомневаться, что неслышит. Потом так повторилось на третью ночь, на четвертую. Я началдогадываться, что не спит, мы оба чувствовали, что нарушаем все-всезапреты и установки, это придавало ощущениям такую остроту, что унее оргазмы шли сериями, я это чувствовал, хоть старалась делатьвид, что крепко спит, а у меня была только одна проблема: некончить сразу.

Я помолчал, стараясь все это представить, и сразу же ощутил, каки у меня к причинному месту приливает жаркая тяжелая кровь. Денисулыбался, потягивал пиво и смачно хрустел чипсами.

– И когда перестали скрываться?

Он хитро улыбнулся.

– Знаешь, мы оба чувствовали в этом такойизысканно-извращенный смак, что не спешили, не спешили… Вернее,мама не спешила. Или сперва не могла сообразить, как ей поступитьправильно.

– Правильно? – переспросил я невольно. – Что жетут правильного, когда сын трахает собственную мать?

Он фыркнул.

– Ну, во-первых, ей спокойнее, когда разряжаюсь дома, а нена улице, где и СПИД, и венерические, и хитрые девки, что то денегтребуют, то угрожают привлечь за изнасилование, если что-то им несделаю. Она же слышит жалобы подруг, у которых сыновья то и деловлипают в какие-то неприятности! Во-вторых, разве наша мама нехороша? Выглядит молодо, а тело у нее сочное… Хоть и показывают врекламе молоденьких гимнасток, но у меня что-то эти гуттаперчевыезадницы не вызывают отклика. Зато когда маму беру за мягкую жопу, уменя сразу пенис наготове, как бы я ни устал и ни набегался вфирме… А ты что, ничего не чувствуешь? Теперь, когда знаешь?

Я прислушался к себе, признался:

– Да, есть. Но это же неправильно! Как если бы… ну, тамвсякие гомосеки…

Он изумился:

– Ты что? То извращенцы, мужчины с мужчинами! А здесь самаячто ни есть норма! Во-первых, мы маму любим, а во-вторых, с кем ещеи начинать трахаться, как не с мамой? Уж точно с нею всегда покой,уют и ласка! И она нас любит, как ты догадываешься.

Я потряс головой.

– То другая любовь!

Он расхохотался.

– Да ладно тебе… Она настолько рядом, что грани и не виднововсе. Тебя уже завело, признайся, как только допустил саму мысль,что это возможно!..

Я подумал, спросил осторожно:

– Погоди, у нее же климакса еще не было?

– Нет, ей рано.

– И как…

– В смысле? А, чтоб не забеременела?

Я кивнул.

– Точно.

Он почесал затылок.

– Сперва наугад, а потом мне самому пришлось вести ееменструальный календарь, она стеснялась. А в опасные дни, когдамогла забеременеть, пользовался ее анусом.

Я покрутил головой, не зная, что сказать, он не понял моегомолчания, сказал, защищаясь:

– А как иначе? Презервативами как-то глупо, а я не хочу,чтобы она ходила на аборты.

Мелодично прозвенел мобильник, Денис торопливо выхватил изкармана черную плоскую коробочку.

– Алло?.. Ну да, я тоже бешусь!.. Скоты, это ж не выборыкакие-нибудь сраные, кому они нужны, а футбол – нужен!.. Ну?.. И яговорю!.. Ага… ага… ага… ну?.. Ага, и я… Ну?

Он откинулся на спинку дивана, лицо разгладилось, повеселел,иногда похохатывал. Я потихоньку поднялся, мама хотела меня увидетьи поговорить, тревожится за мое душевное состояние.

Глава 15

На кухне яркий свет, вкусно пахнет, мама на кухне ко мне спиной,нарезает огурцы тонкими прозрачными ломтиками. Я остановился вдверном проеме, всматриваясь в нее уже другими глазами. Молодое исочное тело, такими становятся те девочки, что живут в тепле иуюте. На их твердом мясе нарастает сладенький такой нежный жирок,что придает особое очарование. Когда выходят на улицу в топ-майках,открывая животики, то привлекательнее кажутся как раз те, у кого набоках уже наросли великолепные такие валики… На обложки журналовхороши как раз гимнастки с идеальными талиями, где ни капли жира,но для мужских рук лучше эти, с валиками.

Я подошел сзади вплотную, как делал всегда, обхватил, вочередной раз отмечая, что в талии прибавила еще чуток. Пальцызахватили на ее мягком животе толстую горячую складку, она и раньшепопадалась, тогда ее мял и щупал, ехидно комментируя, что ага-ага,снова потолстела, но сейчас, вспоминая слова брата, медленноперебирал эту сладкую плоть, все так же прижавшись, пальцы всесильнее сжимали горячее тело.

Пенис, сволочь, сразу начал вздуваться, наливаться горячейтяжестью. Я поспешно выгнул хребет, как кот на мусорке, отодвигаязад, но пальцы не разжал, не смог. В мозгу уже горячая каша, сноваприжался, руки начали подниматься по ее телу, перебирая пальцамигорячие сладкие валики живота. Вот сейчас в мои ладони опуститсягорячая тяжелая грудь, на миг испугался своей дерзости, пальцыостановились на мягких и горячих складках, сжались, чувствуя нежнуюи податливую плоть.

Некоторое время я мял и щупал, отдаваясь странному и оченьострому ощущению нарушения запретности, как будто одним ударомразнес монолитную стену, ранее казавшуюся нерушимой, а за нейогромный захватывающий мир, который принадлежит только мне.

Она продолжала строгать огурец, только руки двигались медленнее,а когда закончила с одним, очень неспешно и осторожно взяла второй.По миллиметру поднимая ладони, я коснулся бюстгальтера, тяжелого истаромодного, подлез под твердую окантовку. Пальцы коснулись мягкойи горячей груди, тяжелой и в то же время податливо-послушной.Ладони сдвинулись вверх уже сами, сладкая горячая тяжесть легла владони тихо и безропотно. Пальцы сами по себе накрыли быстроподнимающиеся соски, оба сразу затвердели, я чуточку их сжал, мамасудорожно вздохнула.

Мозг не отключился, но его как бы отстранили от активногоучастия, оставив в роли наблюдателя, а власть над телом взялаволосатая обезьяна. Я высвободил одну руку, второй держал в ладонигрудь, в один прием ухитрился расстегнуть и спустить штаны,торопливо задрал подол. Ягодицы крупные, тронутые целлюлитом,горячие и широкие, я чуть согнул колени и направил пенис в горячуювлажную щель, умоляя его сдержаться и не выплеснуть весь гель мне владони.

Мама медленно наклонилась к плите, опершись локтями. Я жадноухватил ее за бедра и вошел с жадным выдохом облегчения, словнонаконец-то переступил порог рая. Наслаждение начало нарастать вбешеном темпе. Я думал, что вот сразу и кончу, однако экстаз всенарастал и нарастал, а когда я уже думал, что и сам кончусь, моетело взорвалось неистовым оргазмом. Я сжал ягодицы, зарычал, колениподогнулись, я чуть не упал, пару минут держался на дрожащих ногах,наконец заставил себя отклеиться и торопливо поднял брюки.

Руки тоже дрожат, так же задрожал бы и голос, если бы яосмелился заговорить. Придерживая брюки, я суетливо сунулся вванную, слава богу, соседняя дверь, все еще дрожащими руками вымылпенис в раковине. Морда в зеркале потрясенная, глазавытаращенные.

Денис сидит, все так же развалившись на диване, тычет передсобой в воздух пультиком, словно наносит короткие уколы невидимойшпагой.

88
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru