Пользовательский поиск

Книга Я – сингуляр. Содержание - Глава 1

Кол-во голосов: 0

Чернов кивнул:

– Даже к третьей. Единицы, правда. Им будет хуже всего! Оттех оторвались, этих не догнали… Это не значит, конечно, что ихстоит тащить в сингулярность.

Я уловил некую напряженность, улыбки у всех какие-то застывшие.Понятно, даже в крохотном коллективе уже есть свои течения, естьголуби и ястребы, крайние и центристы, радикалы и сглаживателиконфликтов.

– Ого, – сказал я, бросив взгляд на часы, – мнепора! В другой раз побуду у вас подольше. Честно говоря, ни на однупьянку, ни к одним девкам так не спешил, как к вам.

– Приходите почаще, – сказал вдогонку Гаркуша идобавил лицемерно: – Подарки, как и добрые советы, доставляютрадость дающему!

Часть III

Глава 1

На работе снова смена менеджеров, новый генеральный выгнал двухрежиссеров, чьи проекты провалились, набрал что-то шустрое ибойкое, но меня перемены не коснулись: я – технарь.

Вообще технарем, как теперь вижу, быть намного удобнее, чемгуманитарием. Гуманитарий должен отстаивать свою кочку в родномболоте, а для технаря такой кочкой является весь мир.

Через три дня ко мне домой привезли в разобранном видеспортивную скамью, установили. Гантели я красиво разложил по обестороны. В Инете к этому времени отыскал кучу материала, кое-чтораспечатал, чтобы под рукой, купил сразу спортивные добавки,начиная с обязательного креатина и глютамина.

Для работы над собой нужно сражаться с двумя очень мощнымипротивниками. Первый гад – это я сам, всегда нахожу поводпрошмыгнуть мимо скамьи с гантелями и плюхнуться в кресло передмонитором компа, или не могу отказать приятелям, что идут мимо ижаждут зайти ко мне и попить пивка: у нас вон две упаковки – навсех хватит! Не могу отказать, когда девчонки настойчиво зовутоторваться на дискотеке, на групповухе или просто в постели.

Второй гад, посерьезнее, – общественное мнение. Как бы ниговорили о полезности здорового образа жизни, но это похоже налозунги партии и правительства, которые принято игнорировать, чтобывыглядеть достойными и мыслящими людьми. Когда по всем каналамзвучит бодрая классика: «Пить или не пить – все одно помрем!», тона этом фоне беречь здоровье выглядит совсем уж не по-мужски. Апо-мужски как раз пренебрегать здоровьем, нажираться, как свинья,потому что это гробит печень, а нам больше негде показать своюлихость, по-мужски отращивать животик: все равно помрем – на фигмне в гробу фигура аполлончика?

Просматривая новости и прогнозы по технологическому прогрессу,наткнулся на долгосрочные планы ряда европейских стран. Читал и непонимал: то ли я полный дурак, то ли в правительствах сидят такиеидиоты, что им впору ходить с памперсами.

Это что, всерьез? В самом деле аналитики, а не пьяная баба сКурского вокзала выдала такой бред? Всерьез предполагают, что вотэта энергосберегающая программа войдет в полную силу в две тысячипятидесятом году, а вот эти условия поставок продуктов останутсянеизменными между Францией и Россией до две тысячи сорокового, а вдве тысячи пятидесятом будут внесены коррективы…

И эти глупости на полном серьезе обсуждают в правительствах! Дачто там, эта дурь во всем мире. Вот уж, в самом деле, демократия:кабинет министров рассуждает на уровне грузчиков, которые выбираютпрезидента и правительство! Что, дескать, в будущем будет все то жесамое, только морды и экраны ширше…

И никому даже из прогнозистов в голову не приходит, чтонанотехнологии уже через пять лет так изменят их жизнь, чтопрезиденты ошалеют, как мартовские коты! И все старые планы полетятв задницу.

Или, мелькнула неожиданная мысль, правительство знает, но дляуспокоения населения принимает такие глупенькие планы?

Замигала иконка скайпа, я взглянул на группу допуска, выпрямилсяи, сделав умное лицо, кликнул курсором в нужном месте. Возник ираздвинулся экран, показалось сияющее лицо Чернова, очки блеснулитак, будто послали мне в глаза убийственный лазерный луч.

– Привет! – сказал он. – Как здорово, что ты намналадил эту штуку! Мы с Гаркушей час говорили!.. И никакой платы…Даже поверить трудно, что и с Австралией вот так можно!

– Не снимай запрет на свободу общения, – предупредиля. – Вернее, на ограничение. Ты еще не знаешь, как эта штукажрет время.

Он спросил живо:

– Как?

– Это та же аська, – сказал я горько, – только сголосом и экраном. Ты ж сам видел, сколько в аське бездельников,кому просто потрепаться чешется.

Он прервал:

– На фиг они?

– Это называется общением, – пояснил я ссарказмом.

– Сразу отрублю!

– А если хорошенькая девочка, – сказал я, –начнет раздеваться перед камерой? И спрашивать у тебя, снять спервалифчик или трусики? А потом спросит, что ей делать с клитором…

Он замялся.

– Ну, я не думаю, – ответил он осторожно, – чтотакое будет часто…

– Чаще, – заверил я, – чем ты думаешь. Вроде быроботы еще не автоматизировали все на свете, но откуда столькобездельников? И все почему-то ломятся в скайп… Но скайп не скайп, ая заеду через час. Мне живое общение нужно. Я слабый…

– Это ты слабый?

– Я.

– Раз признаешь себя слабым, – ответил онсерьезно, – уже не слабый.

– Ну да, – ответил я с неловкостью.

– Слабые никогда не признаются в слабости, – сказал онтвердо. – Ну, давай, не исчезай! Ждем через час.

– Пока, – ответил я и отключил связь.

Лестно, как будто по головке погладили или конфетку дали, новсе-таки сильным себя не чувствую. Может быть, не совсем уж и всамый конец слабый, раз время от времени начинаю барахтаться, но идо сильного еще дальше, чем до орбиты Марса.

В комнатенке все те же Чернов, Гаркуша и Знак. Я с торжествомводрузил на стол кофеварку с массой функций, только что чашки потомне моет, упаковку сахара и набор бутербродов в целлофане.

– Проверим, как работает?

– Ура! – прокричал Гаркуша. – А я все думаю, чегонам недостает?

– Женского присутствия недостает, – объяснил я.

– На фига оно, – ответил Чернов, поморщившись. –А за кофеварку – огромное спасибо! А то в кастрюльке кипятим…

– Была бы женщина, – объяснил я, – был бы хотя бычайник. И все, что к чаю.

– А-а, – протянул Чернов, – ну, если для этого… Адля трансгуманизма женщины, как сам понимаешь, не совсем. Женщинывсе-таки консервативны. Тут и мужчины нас не понимают, самзнаешь…

– Знаю, – сказал я.

Сполоснув кофеварку, поставили кипятить воду, я рассказал опрогнозах, которые дают ведущие экономисты и прогнозисты, они жедиректора Центров исследования проблем экономики, политики,взаимоотношений и всего-всего, что составляет жизнь общества. Этихцентров хоть жопой ешь, как грибы после теплого дождя растут из-подземли, но что за прогнозы дают эти идиоты, что за прогнозы!

Гаркуша с покровительственным видом хохотнул:

– Ну, Слава, таким вещам удивляешься! Ты прям у нас КандидПростодушный. Хорошо, хорошо…

Мне покровительственный тон никогда не нравился, но от шефаприходится терпеть, а здесь начальства нет, я спросил хмуро:

– И почему это?

– Центры?

– Нет, что удивляюсь. Или ты меня таким финтом придуркомназвал?

Гаркуша выставил ладони.

– Ни в коем разе! Просто у тебя свежесть восприятия… ну, немладенца, а, скажем, ученого. Ученые должны быть со свежим инезамутненным, иначе ничего не наученят. Понимаешь, большинство изнас слишком быстро привыкает к несуразностям. А привыкнув,перестаем их замечать. Как бы принимаем. Хоть вроде бы и непринимаем. Андастэнд?

– Не очень, – ответил я саркастически. – Слишкомумно.

Знак, гася в зародыше возможную конфронтацию, спросиллениво:

– Гаркуш, ты помнишь первый широкомасштабный опрос в концедевятнадцатого века? Который, как было заявлено, провели срединаиболее образованных ученых, кстати сказать!

– Это насчет самой сложной проблемы будущего? –переспросил Чернов с интересом.

– Да, о ней, родимой.

Гаркуша ухмыльнулся, кивнул:

63
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru