Пользовательский поиск

Книга Я – сингуляр. Содержание - Глава 15

Кол-во голосов: 0

Еще понимаю тех, кто долбит уголь в шахте, хотя и там теперькомбайны, не надо киркой развивать мускулы, но от чего отдыхают этипростейшие?

Но стихийный протест – это стихийный, он для тех, кто не всостоянии объяснить мотивы своих поступков. А я же вроде не дурак?Надо подвести базу. А база у меня та, что я в самом деле очень хочупоехать в отпуск, но, увы, туда пока поезда не ходят и самолеты нелетают.

То, что брякнул со злости и с вызовом, на самом деле не эпатаж,я очень хочу, просто жажду ходить не по пескам Египта, а по пескамМарса. Хочу увидеть не Южный Крест, который можно узреть только вюжных широтах, а хочу посмотреть на шаровое скопление звезд нашейГалактики вблизи, без всякого телескопа. Хочу промчаться не черезпрерию или тайгу, а через гиперструны пространства, нырнуть втуннель многомерности и выскочить под лучи зеленой звезды, гдефизические законы совсем иные…

На экране домофона видно, как Люша с Барабиным пересеклиплощадку, вот сели в лифт, а через сорок секунд внизу в холлераздвинулись дверцы грузового лифта. Первым вышел Барабин, Люшавыдвинулся неспешный, как айсберг, потопивший «Титаник».

Я перешел на балкон, отсюда видно обе раскоряченные фигурки.Чувствую себя уродом и не могу понять, ну почему, почему не рвусь вэту гребаную Грецию смотреть на греческие развалины, почемуотказался ехать в Индию смотреть на гребаные индийские развалины ипочему не взял горящую путевку для поездки в Египет, где целых двенедели по льготной цене можно смотреть на гребаные египетскиеразвалины?

И вообще, почему меня не бьет истерический восторг при виденочного горшка Рамзеса Второго? Только лишь потому, что сейчасунитазы намного удобнее?.. Но, во-первых, горшок самого Рамзеса,во-вторых, этому горшку пять тысяч лет!

Ну и хрен с ним, ответил я мысленно, что мне с этих пяти тысяч.Унитаз в моем туалете куда эстетичнее. И удобнее. И вода подаетсяпрямо в этот современный горшок, который даже по форме изящнее,красивше. Словом, не понимаю этого щенячьего восторга… Почему? Чтосо мной не так?

Глава 15

Стараясь справиться с депрессией, вот уж не думал, что яинтеллигент до такой степени, самому противно, будто перешел навкусную и здоровую пищу, подсчитал финансы и купил в кредит хонду,новенькую, сверкающую. Еще лет десять тому такая была бы верхомроскоши, но сейчас, увы, эконом-класса. Да и то в кредит.

Насобачился ездить довольно быстро, все мы еще в школе учимсяводить машины, а коммуникатор показывает все улицы и переулки,предупреждает о поворотах, знаках и пробках.

Портрет Габриэллы, как ни странно, действует подобно иконе направославных. У православных мир – это одно, они – другое. Мир втом значении, старом, уже забытом, от которого осталось разве что«мирской», «мирские», а «Война и мир» переводится нашими придуркамикак «War & Peace», а не «War & World», как было быправильно.

Еще пару раз Люша, Барабин, Константин и даже Тюпавин пыталисьменя затащить ехать дружной компашкой на Кипр, я устоял, за чтозауважал сам себя и поблагодарил наблюдающую за мной со стеныГабриэллу.

В последних числах августа они наконец отбыли на дальние юга, ая, ухлопав пару недель всего лишь на работу, додумался ездить куниверу, занес в наладонник расписание всех лекций наастрономическом, и наконец однажды сердце затрепетало в ожиданиичуда.

Я еще не понял, чего это оно всполошилось, будто собака, рядом скоторой запустили фейерверк, но голова сама повернулась так резко,что хрустнули позвонки.

Пару мгновений я всматривался в веселую стайку девушек,сбегающих по ступенькам.

– Господи, – пробормотали мои губы сами посебе, – дурак, почему я раньше не сообразил, не пришел…

Габриэлла вздрогнула, когда я притормозил у бордюра машину ираспахнул дверцу.

– Ага, попалась!

– Кто… А, это вы, Вячеслав?

– Садитесь, – сказал я, – не уверен, что здесьможно парковаться.

Она заколебалась, бросила беспомощный взгляд на приближающийсятроллейбус.

– Мне вообще-то близко…

– Меня сейчас оштрафуют, – сказал я. – А ябедный, как вагант.

Она вздохнула и опустилась рядом на сиденье. Я торопливо вырулили ввинтился в поток. Габриэлла сидит прямая, как на экзамене впансионе благородных девиц, чуть-чуть косит на меня настороженнымвзглядом.

– Куда ехать? – спросил я.

Поколебавшись, она назвала адрес, не так уж и рядом, я указалточку на коммуникаторе, там сразу пролегла по карте извилистаялиния. Габриэлла с интересом наблюдала, как пунктир сокращается, аженский голос своевременно предупреждает о поворотах и возможныхпробках.

– Здорово, – сказала она. – Это черезспутник?

– Да. Правда удобно?

– Очень, – согласилась она. – Скоро и рулитьвместо вас будет?

– Да, – ответил я. – Чтобы руки водителювысвободить! Ха-ха!.. Извините, просто на эту тему масса шуточек.Вон тот дом-башня ваш?

– Нет, мой следующий. Поменьше, не такой помпезный.

Я подрулил к подъезду, Габриэлла посматривала вопросительно, ноя наступил себе на горло и заставил вежливо и сердечно попрощаться.Адреналин распирает, как динамит шахида, вот-вот взорвусь отликования. Габриэлла вышла, не дожидаясь, пока выскочу и, обежавмашину, открою перед нею дверцу.

Я понимал, что не успею, потому и не пытался, так получилосьзначительнее и достойнее. Да и как бы намек, что мы – друзья, а несамец с самочкой, перед которой обязательны ритуальные танцы сраспусканием перьев.

В следующий раз я выловил ее только через неделю. То ли неходила на лекции, то ли есть другой выход, я уже проклинал себя,что упустил в тот раз, а вдруг вообще перевелась в какой-нибудьзачуханный Лондон по какому-нибудь дурацкому обмену, как будтогде-то в Галактике может отыскаться ей достойная замена, и когданаконец увидел, сердце подпрыгнуло в ликовании и тут же рухнуло впропасть: вдруг решило, что я дурак и у меня глюки.

Габриэлла все так же сбежала по ступенькам, легкая и грациозная,одухотворенная, как святая в ранней юности, когда еще не знает, чтостанет иконой, я так же подкрался сбоку на машине и распахнулдверцу:

– Привет! Карета подана.

Она вздрогнула лишь чуть-чуть, но подошла к машине, с легкостьюпроскользнула, словно компьютерный персонаж, на соседнее сиденье иулыбнулась:

– Здравствуйте, Вячеслав.

– Рад вас видеть, Габриэлла! Даже не могу выговорить,насколько рад.

Она посмотрела на меня с недоверием во взгляде.

– Глядя на вас, можно поверить, что в самом деле рады.

– Я в самом деле, – заверил я. – Еще в какомсамом! Ехать к вашему дому или…

– Что? – спросила она чуточку настороженно.

– …или по дороге заскочим в кафешку на ваш выбор? –закончил я, словно у меня не было других мыслей. Самое странное,что в самом деле не было. От ее присутствия такой кайф, что даже непытаюсь вообразить ее голой и с задранными мне на плечиногами. – Я видел, там есть два, а еще открывается третье…

– Уже работает, – ответила она.

– Как там?

– Не заходила. Но хожу мимо, слышно музыку, народ входит ивыходит…

Я перевел дыхание, чтобы голос не выдал, спросил как можнонейтрально-дружелюбнее:

– Зайдем проверим? Заодно и перекусим. А то я, честноговоря, в обед успел только чашку чая с булочкой.

– Бедненький, – пожалела она. – Бутербродноепитание, говорят, чревато боком.

– У меня здоровый желудок, – похвастался я.

– Наверное, вы оптимист?

– Сейчас да, – ответил я. – Но кем бы я стал,если бы вы отказались…

Она удивилась:

– Я вроде бы еще не согласилась…

– Ну вот, – сказал я убито, – уже чувствую язвужелудка, коронарные спазмы и артрит…

– Бедненький, – повторила она участливо. – Как выэто делаете?

– Что?

– Вы в самом деле побледнели…

– Я же в артистическом мире трусь, – ответил я сгоречью. – От них каких только блох не подхватишь.

Она улыбнулась, после паузы сказала тихо:

– Ладно, сворачивайте. Там удобная парковка прямо передкафе.

29
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru