Пользовательский поиск

Книга Властелин молний. Содержание - XXVI. Скучно быть улиткой!

Кол-во голосов: 0

«Только бы не камни!» – подумала я, падая. И тотчас же очутилась на траве. Больно ушиблась. Слышала, как испуганная лошадь быстрым аллюром, галопируя, убежала от меня. Я осталась лежать в мокрой траве. Встать и идти было бы с моей стороны неосторожностью. Потом услышала, как очень далеко лошадь заржала тонким нетерпеливым ржанием…

Наступало утро. Туман исчезал. Где-то лаяли чужие собаки. А я надеялась на своих, что они найдут меня. Все равно мне было трудно идти. Туман промочил платье до нитки. И оно плотно облепило меня.

Утомленная, закрыла глаза. Разбудил меня влажный поцелуй в щеку. Это милый Анод нашел меня и, нежно повизгивая, лизал мое лицо.

XXVI. Скучно быть улиткой!

Не знаю, какое поручение дал Леонид Грохотову и о чем просил его. Но вскоре после завтрака Грохотов в сопровождении Луки отправился на лошадях в Саялы.

Леонид вызвал меня к себе.

На столе перед ним лежали большой фотоснимок и маленькая овальная коробочка, похожая по форме на разрисованную пудреницу или табакерку, какие делают под Москвой, в Федоскинской артели.

Леонид протянул мне фотографию. Я слышала, как он пробормотал:

– Лучше и нельзя… Портрет хорош.

Такое начало разговора мне не понравилось. У Леонида взгляд был жестокий, острый и чужой. Но я успокоила себя тем, что Леонид сейчас раздумывает над новыми затруднениями, которые возникли в связи с ночным происшествием.

С фотографии на меня смотрело лицо человека, который тогда (помните?) обмахивался парусиновой кепкой, потом обрывал лепестки роз на пароме и ехал со мной через Зеленое озеро.

– Видели вы когда-нибудь этого человека раньше? До того, как он похитил вас? – спросил Леонид.

Мне показалось, что лучше не быть уверенной настолько, чтобы сказать твердое «да». Подумала и решила – пусть сначала Леонид узнает меня. Успею еще заняться узнаваниями малознакомых мне людей.

– Нет, – ответила я, глядя прямо в лицо Леониду.

Тот кивнул головой.

– Вполне вероятно.

Леонид отобрал у меня фото и показал пальцем на овальную коробочку.

– А это видали когда-нибудь?

– Нет.

– До настоящего момента не видали?

– Да, не видала до настоящего момента.

– Тогда возьмите в руки и внимательно рассмотрите.

Я взяла коробочку. Она раздвигалась, как пенал. Две крошечные кнопки на поверхности делали ее похожей на карманный фонарь.

– Обратите внимание на отверстие сбоку, – сухо выговорил Леонид. – С виду очень невинная, хотя и странная вещица. Ее вчера принес мне Анод.

– Что это? – спросила я.

Леонид насупился. Никогда раньше не замечала я, чтобы он мог смотреть таким, почти злым, взглядом. И голос его показался неприятным и чужим.

Нет, это не он! Это не прежний мой знакомый незнакомец!

Леонид ответил на мой вопрос очень официально, как обвинитель или следователь:

– Из этой маленькой вещицы в вас стреляли…

– Кто стрелял? – прошептала я, вздрогнув, будто от неожиданности.

– Тот, кто напал на вас вчера ночью. Тот, чью фотографию вы сейчас видели.

– Как стрелял? – невольно еще раз спросила я, хотя и знала, что огненная струйка, просвистевшая ночью мимо моего уха, вряд ли была игрушечным фейерверком.

– Очень просто, – произнес Леонид уже спокойнее. Аппарат примитивен, но не безопасен. Электронный разрядник, – так можно бы, пожалуй, назвать эту вещь.

Леонид не вдавался в подробности, а я считала излишним добавлять что-либо к тому, что уже было мною рассказано о похищении. Леонид не спросил даже, как это я ухитрилась сделать фотоснимок нападавшего. По-видимому, Леонид считал это вполне естественным даже в том положении, в каком я тогда очутилась. Втайне я гордилась, что сумела использовать маленький фотоаппарат Симона.

Но Симон, не говоря ни слова, отобрал его у меня, лишь только я вернулась из невольного ночного путешествия.

В ту минуту я внезапно осознала, что события, происшедшие со мною и описанные выше, тесно связаны между собою. А человек, которого я впервые увидела в Светлом, владеющий, как я теперь узнала, оружием нового типа, играл во всей этой истории не последнюю роль.

Незаряженный или, вернее, разряженный странный пистолет я держала сейчас в руках. Вероятно, из этого самого электронного пистолета человек убил там, на скамье, моего знакомого незнакомца. Может быть, незнакомец и Леонид – близнецы? Здесь начиналась тайна, в которую ввязываться было для меня, как мне тогда показалось, излишним.

Человек в кепке пытался застрелить меня!

Вдруг я вспомнила смерть Альфы.

Ведь у меня тогда создалось впечатление, что Альфа убита. А она умерла только на некоторое время и затем воскресла. Значит, и я могла очутиться в положении временно умершей.

– Вы не слушаете? – прервал мои размышления голос Леонида. – Очень жаль. Я надеялся, что это должно было бы заинтересовать вас…

– Простите, – пробормотала я. – События вчерашней ночи взволновали меня…

– Отлично понимаю, – тихо, как бы стараясь излишне не беспокоить меня и смягчаясь, произнес Леонид. Мы с Симоном подняли вас внизу и принесли сюда в очень плохом состоянии. Как вы чувствуете себя сейчас?

Мне хотелось скривить губы в озорной усмешке.

– Прекрасно, – пробормотала я. – Совершенно замечательно. Безумно заинтересована нашим разговором.

Леонид не обратил внимания на иронический тон моих слов. А я скрыла улыбку и, придавая голосу серьезность, добавила:

– Но в таком важном деле, по-моему, не следует уделять особого внимания деталям личного порядка. Если все существенное для вас ясно…

– Что вы предлагаете? – договорил за меня Леонид.

– Задержать человека, – самыми естественным тоном ответила я. – Потом поговорить с ним начистоту.

Леонид постучал карандашом по столу.

– Это было бы слишком просто и не очень дальновидно. Представьте себе, что этот субъект, – Леонид при этом показал на фото, – может быть, только и мечтает, как бы встретиться со мной и поговорить начистоту. А разговор этот пока преждевременный.

Он задумался, не обращая больше на меня никакого внимания. С моей стороны было бы бестактностью прерывать его и высказывать свое мнение. Я не смела сказать ему, что мне хочется знать все о взаимоотношениях этих людей. Становилось очевидным, что я уже не должна произносить более ни одного слова о человеке в парусиновой кепке и о тех обстоятельствах, при которых увидала его впервые. Это надо было со всей искренностью рассказать раньше. Момент упущен, и я кляла себя за наивную скрытность. Теперь, казалось мне, надо было продолжать молчать. Молчать еще упорнее и настойчивее.

Леонид посмотрел на меня.

– Скрытность хороша до поры до времени, – неожиданно выговорил он тоном, в котором я уловила мягкие нотки дружеского участия.

Я вздрогнула: Леонид совершенно точно отвечал на мои мысли.

– Искренность прекрасна всегда, – добавил он.

Я молчала. И тогда он сказал еще так:

– Но все-таки хорошо, что вы не знаете многих деталей нашей работы, планов и возможностей…

Я вскочила с табурета и воскликнула:

– Если б и знала, то смолчала бы!

Мне хотелось сказать Леониду, что я знаю гораздо больше, чем он полагает.

– Неужели вы сомневались? – вырвалось у меня.

И я укоризненно покачала головой.

Мне показалось в этот момент, что Леонид имел какие-то свои особые соображения, которыми не считал возможным делиться со мной. И мой похититель, человек в парусиновой кепке, тоже представился мне вдруг как некоторый объект эксперимента, который проводил Леонид.

Леонид посмотрел на меня снизу вверх:

– Вы сделали снимок в совершенно невероятных условиях. И этим оказали нам большую услугу.

Я решила не поддерживать разговора больше, потому что Леонид ускользнул от прямого ответа на мой вопрос.

Как скучно быть улиткой, замкнувшейся в свою скорлупу!

25
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru