Пользовательский поиск

Книга Танцовщица из Атлантиды. Содержание - 19

Кол-во голосов: 0

— …вот придут завтра корабли с подкреплением, тогда и начнутся настоящие облавы. Может, и ты найдешь ту девку, что сбежала, Гиппомен…

В углу двора лежали двое. Американцу показалось, что они спят. Но потом он увидел, что это критяне. Они лежали в луже запекшейся крови с перерезанными глотками, и праздничные венки увядали на их головах…

Прижимаясь к стене, Эрисса провела отряд к неохраняемому боковому входу. Несколько ярдов по коридору пришлось пройти в полной темноте. Но вот глаз различил другой коридор, пересекавший этот. Там горели светильники. Фрески на стенах изображали быков, дельфинов, пчел, чаек, юношей и девушек. Эрисса кивнула:

— Ариадна приказала осветить путь захватчикам.

По стенам плясали тени. Воздух был благословенно прохладен и чист. Эрисса вела их к известной ей цели. Еще вчера в этих коридорах кипела жизнь!

Голос, доносившийся из бокового прохода, остановил Рейда. Тезей!

— Ну, дело сделано! А я не был уверен в успехе.

Лидра:

— Я говорила, что мое присутствие принесет удачу.

— Верно, я все время слышал, как ты молилась. Но я торжествовал!

— Больше не будешь. Теперь я здесь…

— Довольно!

Рейд решился выглянуть. В нескольких ярдах от него у двери стояли два воина в полном вооружении. Царевич был в тунике и при мече, его желтая крива сияла ярче бронзы, и двигался он походкой человека, овладевшего не то что империей — целым миром. Лидра в одежде жрицы держалась за его руку.

— Вперед, мы убьем их! — выдохнул Ашкель.

— Нельзя, это сам Тезей. — Сбегутся все воины.

— Умереть, прикончив Тезея… — Ризон поднял меч.

— Стойте. Нужно спасти девушку, — сказал Дагон. — Подождем, пока они уйдут подальше от воинов.

Они ждали, а сердца их неистово бились.

— Теперь пошли, — приказала Эрисса.

Рейд выскочил в коридор. Ахеец закричал и метнул копье. Оно вонзилось Харасу в живот. Харас упал, обливаясь кровью, но сдержал крик.

Приблизился второй ахеец. Рейд неуклюже, как дубиной, отбил его копье своим. Раздался треск. Эрисса ухватилась за копье врага. Ахеец бросил его и схватился за меч. Тут на него напал Тилиссон. Ахеец легко парировал удар щитом и атаковал сам. Тилиссон отступил, схватившись за раненую руку.

— На помощь! — вопили часовые.

И тут вмешался Ульдин. Свистнула его сабля. Обрушившийся на него бронзовый меч рассек пустоту: гунн прыгал из стороны в сторону с боевым кличем. Ризон изловчился и схватил ахейца за руки. Ульдин рассмеялся и ударил. Голова ахейца отлетела в сторону и уставилась мертвыми глазами на тело. Длинные волосы намокли кровью. Где-то далеко отсюда заплачут жена и дети.

Дагон сдерживал второго часового. Теперь к нему присоединились Ульдин, Ашкель и Ризон. Ахеец отступал, орудуя щитом и мечом. Звенел металл, воздух с хрипом вырывался из легких. Дверь осталась незащищенной.

Рейд открыл ее и вошел в комнату. Тут был алтарь: статуя Богини из слоновой кости в человеческий рост со своими змеями в руках. За спиной Богини было изображение солнечного быка Астериона, справа от него — осьминог, символизирующий морское могущество, слева — сноп пшеницы, означавший мир и плодородие. Перед алтарем горела всего одна лампада. Возле нее склонилась юная Эрисса. Длинные черные волосы скрывали ее лицо. Праздничную одежду с нее сорвали те же грубые лапы, что оставили синяки на груди.

— Эрисса! — бросился к ней Рейд.

Эрисса-старшая склонилась над девушкой. И на юном лице Рейд увидел ту же пустоту, что была на лицах его команды после гибели Атлантиды. Она не узнавала его.

— Что произошло?

Женщина ответила:

— А как ты думаешь? Ее предназначением было возлечь с тобой. Ее сила заключалась в девственности. Тезей боялся этого, потому и отнял и то, и другое. Лидра его надоумила. Мы знаем теперь, что она помогала Тезею.

«Да, — устало подумал Рейд. — Отцом ее первенца был высокий светловолосый человек».

Судя по звукам, схватка в коридоре закончилась. Эрисса обняла Эриссу и сказала ласково:

— Пойдем. Я попробую умерить твое горе, дитя.

Снова послышался шум.

Рейд выглянул в коридор. Труп второго часового валялся на теле Хараса. Не меньше десятка воинов приближались сюда, а в их отряде ни на ком нет доспехов и Тилиссон ранен.

В двери появился Дагон.

— Скорей, — выдохнул он. — Мы задержим их лишь ненадолго. Ведите ее на корабль.

Ульдин сплюнул.

— Ступай с ними, критянка, — сказал он. — Тебе выпал счастливый жребий. Береги силы, они тебе понадобятся. Я их удержу.

Эрисса, поддерживающая девушку, сказала:

— Мы не вправе требовать от тебя так много.

Афиняне остановились, готовясь напасть. До них, должно быть, доходили какие-то тревожные слухи. Но Рейд знал: для блага того, что осталось от Крита, девушка не должна попасть в руки их господина.

Но они не трусы и через минуту-другую нападут.

Ульдин снова сплюнул.

— Один гунн против десятка колесничих. Прекрасно, — его взгляд остановился на женщине. — Я, конечно, хотел бы умереть в цветущей степи, на солнце, и чтобы подо мной был добрый конь, — сказал он. — Но ты честно исполнила клятву. Прощай.

Он взял щит и встал посередине прохода с обнаженной саблей. Эрисса потянула Рейда за тунику:

— Идем!

Афиняне увидели, что они отступают, и двинулись. Впереди шли четверо, задние прикрывали их щитами. Ульдин позволил им подойти поближе. Внезапно он присел, поднял щит над головой и поразил одного из воинов в ногу над поножами. Тот с криком упал. Ульдин быстро развернулся и ранил другого. Клинки ударились об его щит. Ульдин резко выпрямился и одновременно ударил третьего, рухнувшего рядом с товарищами. Сабля его свистела. Гунн, казалось, не заметил, что его пронзило копье — пробивал себе дорогу, разя направо и налево. В конце концов они свалили его, но понадобилось еще немало времени, прежде чем все было кончено, а те, кто выживет, навсегда останутся калеками.

Галера была уже в море. На борту находились несколько беженцев, которых успел прихватить отряд Рейда. Большего сделать не успели, началась погоня. У самого дока их настиг патруль и пришлось пробиваться с боем в темноте, пока они не добрались до своей лодки. Здесь они удерживали ахейцев до тех пор, пока с корабля не пришло подкрепление и не покончило с врагами. Рейд слишком устал, чтобы осудить эту жестокость.

В открытом море они смогли отдохнуть. Ни одного корабля поблизости не было. Усталые люди улеглись на палубе.

Поднимался ветер. К утру он раздул отдельные пожарища в сплошное море огня — его следы будут найдены при раскопках через три тысячи лет. Теперь несколько дней в море будет сильно штормить. Рейд будет нести вахту: все равно ему не заснуть.

Он был на верхней палубе, там, где они еще утром стояли с Эриссой. (Неужели за это время планета совершила лишь один оборот?). На корме забылись тяжелым сном моряки и беженцы. Корабль раскачивался под ударами волн. Дул южный ветер. Он по-прежнему нес вулканический пепел, но запах не был уже таким резким.

Горящую свечу защищал от ветра обрывок паруса. На соломенном матрасе лежала юная Эрисса. Старшая нашла ей какую-то одежду. Изредка девушка приподнимала голову, но трудно было сказать, видит ли она что-нибудь. Женщина склонилась к ней и приговаривала:

— Отдыхай, отдыхай. Все хорошо, дорогая моя. Мы о тебе позаботимся, мы тебя любим.

— Дункан, — произнесли губы, недавно подобные лепесткам розы, а сейчас разбитые и распухшие.

— Дункан здесь, — женщина поманила его, и Рейд подчинился. Разве можно отказать Эриссе в том, что поможет ей выжить в последующие годы?

Как странно было слушать об этих счастливых днях и ночах, которых не было и не будет. А может, это и к лучшему. Реальность не может быть такой прекрасной.

Дагон не должен знать правду и не узнает ее. Он будет уверен, что этой ночью ее только избили, а до того, на Атлантиде, она и бог по имени Дункан…

Сквозь облака пепла пробился первый рассветный луч. Эрисса поднялась и сказала устало:

35
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru