Пользовательский поиск

Книга Сумеречный мир. Содержание - Глава 2

Кол-во голосов: 0

Глава 2

У вертолета стояли двое мужчин. Пилот оказался худым молчаливым пареньком в военной форме. Из кобуры на его поясе выглядывала рукоятка автоматического пистолета. Второму перевалило за сорок, хотя он выглядел намного старше. Его фигуру облегал строгий изысканный костюм. И неизвестно, что больше вызывало восхищение у горожан — одежда чужаков или чудесная воздушная машина, которая могла парить под самыми небесами. Судя по возгласам и взглядам, предпочтение вес же отдавалось одежде. Плотный эластичный материал, его высочайшее качество, цвета, вырезы и невидимые швы — все это казалось абсолютным совершенством для молодежи и пробуждало милые, почти забытые воспоминания у стариков. В их поселке давно уже не видели довоенной одежды, а та, что когда-то имелась, превратилась теперь в оборванное тряпье.

Солнце клонилось за вершину горы. В окнах начинали зажигаться свечи. Теплый ветер раздувал густые тени и гнал их вниз по склонам тихих печальных холмов. Из бескрайнего леса донесся слабый крик совы, а чуть позже раздался унылый вой одичавшей собаки. Ночь и тишина вступали в свои права.

Вполне естественно, что прием почетных гостей проводили в доме мэра. По такому случаю в длинной мрачной столовой зажгли камин, и веселый огонь, потрескивая, бросал дрожащий свет на тусклые картины, клыкастые пасти чучел и скудную корявую мебель. Старшие дети суетились вокруг стола, подавая блюда. На домотканую скатерть выставляли рыбу, оленину и суп, картофель, черный хлеб, масло и самый лучший сидр, который нашелся в городе. Жена мэра — необъятная, рыхлая ворчливая карга — на глазах превратилась в смиренное радушное создание и в присутствии дородного мужа за весь вечер не произнесла ни одного худого слова. Колли чувствовал себя ужасно неловко — о нем еще никогда не говорили так много. Праздничная одежда сжимала горло и грудь. Он робко сидел на краешке стула и покорно слушал мэра Джонсона.

— Да, джентльмены, мы неплохо устроились. Лет пять после войны жизнь казалась сплошным кошмаром, но, как я слышал, такое творилось везде. В ту пору поселок совсем опустел. Многие из нынешних жителей пришли сюда позже. Мы даже приютили несколько вражеских солдат, которые годами скитались вокруг, выпрашивая хлеб и одежду. По совести говоря, они оказались неплохими ребятами. Мы поднакопили оружия и силы, дали отпор бандитам, отогнали дикое зверье и снова начали растить зерно. Пасли скот, охотились — да вы и сами знаете. Пришлось переходить на все свое. Мы ведь до сих пор так живем, хотя и ведем небольшую торговлю с другими поселениями. Случалось, и беда приходила — то засухи, то ливни, то мор, то недород. А однажды всех наших овец слизнула какая-то чертова болезнь — наверное, одна из тех, которую занесли при бомбежке.

— Вряд ли, — ответил правительственный посланник Темпл. — Те искусственные бациллы свирепствовали недолго. Я думаю, во всем виновата мутация какой-нибудь обычной болезни. Такое, знаете ли, происходит время от времени.

— Одним словом, Господь защитил наш маленький город. В общем-то жить можно. Хотя, откровенно говоря, нужда большая, и во многом. Как бы там ни было, мы заботимся о наших мути. В других местах этого нет, я знаю, — мрачно добавил он.

Темпл вздохнул:

— Вы правы. Кое-где еще убивают детей. Недавно по стране прокатилась волна мятежей. Мутантам устраивали погромы. Но это ничего не изменит. Новое поколение имеет право на жизнь. И вскоре мы станем свидетелями зарождающейся расы. Ход событий можно замедлить, но сам процесс уже необратим.

— А мы долго голову не ломали, — сказал Джонсон. — У нас для каждого нашлась работа. Глупые мути роют землю, собирают жуков на полях или валят лес. Уродики работают ткачами, плотниками и тому подобное. У нас тут родилась девочка без глаз, так из нее получилась портниха — лучше некуда.

— Я рад за вас, — прошептал Темпл.

— Здесь почти нет моей заслуги, — сказал Джонсон, раздуваясь от гордости. — Просто нам не нравится то, что происходит в других местах. Мы решили придерживаться демократии. Люди зовут меня мэром, но я тут что-то вроде судьи, председателя на городских собраниях или вожака во время стычек с бандюгами. Вот и все.

— Кстати, Колли… Э-э, Джим, — добавил он, — можешь не беспокоиться о тех дикарях, которых ты сегодня встретил. Я послал наших следопытов, и они не заметили никаких признаков боевого отряда. Скорее всего это была просто пара бродяг.

Темпл печально улыбнулся.

— Мистер Коллингвуд, мы едва не совершили свое путешествие зря, — сказал он. — Если бы вас убили…

Колли почесал ногу, поерзал на стуле и виновато отвел глаза.

— Вы еще не объяснили, зачем вам понадобился наш парень, — заметил Джонсон. — Я-то надеялся, что вы прилетели наладить регулярную связь, торговлю и воздушное сообщение… Черт, мы даже не голосовали на выборах.

— Зато вы не платите налогов, — ответил Темпл. — А это в наше время не так и плохо. Конечно, мы ведем работу по восстановлению и объединению страны. И к вам обязательно прилетят наши сотрудники. Но, по правде говоря, вы прекрасно обошлись бы и без цивилизации.

Мэр прищурился и внимательно осмотрел собеседника. Жизнь научила его уму и терпению.

— Мне не совсем ясны ваши намеки, сэр, — проворчал он.

— Хорошо, не будем темнить, — ответил Темпл. — Мне очень понравилось ваше отношение к мутантам, и я могу сказать вам правду. Но мои слова должны остаться в пределах этой комнаты.

— Можете быть в этом уверены, — заверил его Джонсон. Он взял из корзинки огромное яблоко и впился в него зубами.

— Наша скороспелка. Не хотите попробовать? Мутационная порода с запахом каштана.

Темпл покачал головой и начал рассказ:

— Страну опять захлестнуло насилие. Многие люди относятся к мутантам со страхом и отвращением. Это не раз приводило к убийствам, судам Линча и ужасным расправам. Я уверен, что вам тоже известны такие истории. Мы пытаемся восстановить порядок, но у нас не хватает людей и ресурсов. Нам просто не вытянуть организацию полиции на всем континенте. Основная доля средств идет на воссоздание индустрии в наиболее перспективных регионах страны. Остальные территории находятся на голодном пайке, и люди там едва сводят концы с концами. От Юкатана до Рио-Гранде разбросано несколько тысяч мелких поселений, похожих на ваш городок. Война их почти не коснулась, но развал экономики и транспортных систем отрезал людей от мира. Выжили те, кто вернулся к сельскому хозяйству и обеспечил себя собственными ресурсами. Многим из них угрожают хорошо вооруженные банды, и некоторым городам приходится содержать свои армии. Сначала мы помогали им всем, чем могли. И у правительства хватило бы средств на дальнейшие поставки. Однако мы свернули субсидии, оставив несчастных на произвол судьбы.

В комнате воцарилась тишина. И только в камине весело потрескивали дрова.

— Но почему это происходит? — спросил Джонсон.

— Потому что по всей стране начались убийства мутантов, и правительство не может сдержать эту вспышку социальной истерии. Однако история показала, что при угрозе извне поселения забывают о внутренних раздорах и тогда начинают ценить каждого человека — мутант он или не мутант. При виде врага люди вдруг понимают, что им невыгодно проводить дискриминацию своих сограждан, поскольку для работы и сражений нужна каждая пара рук. Да, мы оставили города без поддержки. Но люди перестали устраивать погромы. И мутантов все чаще принимают в общество.

Джонсон мрачно откашлялся. Ему не понравились слова столичного гостя — в некотором роде они звучали как оскорбление.

— Если вы уже поели, джентльмены, мы могли бы перейти в гостиную, — холодно произнес он.

До войны этот дом принадлежал зажиточной семье, но время прошлось по нему своими жерновами. На голых стенах виднелись грязные подтеки, пол трещал, а старая покосившаяся мебель несла на себе следы неумелой починки. Единственной хорошей вещью было резное кресло. Темпл замер, завороженно разглядывая бесподобное произведение искусств.

21
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru