Пользовательский поиск

Книга Страхи академии. Содержание - Глава 16

Кол-во голосов: 0

Лишь через тридцать тысяч лет хаоса и смерти все начнет возвращаться к стабильности и порядку. Появится новый, централизующий фактор.

Что-то подобное настоящей Империи? Он не знал.

Все прояснится, если хорошенько вникнуть и проработать детали. Применить академические навыки…

Какая-то идея промелькнула в его сознании. Академия? Что-то в этом есть…

Но Клеон продолжал говорить о его обязанностях. Идея погасла.

— Вместе мы многое сделаем, Гэри. Что ты думаешь о…

Вот так всегда, стоит Клеону позвонить — и вся работа насмарку.

Он никогда бы не сработался с Ламерком. Но теперь попался в ловушку власти. И как из нее выбраться?

Глава 16

Два выходца из далекого седого прошлого парили в холодном электронном пространстве, дожидаясь возвращения своего спасителя.

— Я верую, что он придет, — сказала Жанна.

— Я больше полагаюсь на расчеты, — ответил Вольтер, поправляя свой наряд. Он сделал шелк своих узких парадных штанов более эластичным. Для этого просто пришлось поправить коэффициент натяжения, и ничего больше. Алгоритмы сводили сложные законы к обыкновенной арифметике. Даже смысл жизни был просто еще одним параметром.

— И все же меня возмущает эта погода.

Над пенными волнами завывала буря. Они парили над бушующим океаном и нежились в потоках теплого восходящего воздуха.

— Это твоя идея — побыть птицами. — Вольтер был белым орлом.

— Всегда завидовала им. Такие легкие, беспечные, один на один с воздухом.

Он сложил крылья и поправил оперение на груди. Даже здесь жизнь состояла из сплошных мелочей.

— Почему эти чужаки решили превратиться в погоду? — спросила Жанна.

— Человек — спорит, природа — действует.

— Но они вовсе не природа! Они — это странные создания…

— Настолько странные, что мы вполне можем считать их природным явлением.

— Мне трудно поверить, что Господь сотворил нечто подобное.

— Точно так же я думал о многих парижанах.

— Они представлялись нам бурями, горами, океанами. Если бы они объяснились…

— Хочешь быть скучным — все объясняй.

— Смотри! Он идет.

Покачиваясь на крыльях, Жанна обросла доспехами. Эффект оказался неожиданным — представьте себе огромного стального сокола.

— Моя дорогая, — сказал Вольтер, — ты не перестаешь удивлять меня. С тобой даже вечность не покажется пресной.

Неподалеку в воздухе появился Гэри Селдон. Он еще не приспособился к изменившимся условиям и потому попытался найти почву под ногами. Потом бросил бесплодные попытки и посмотрел на симов, которые парили рядом с ним.

— Я пришел, как только смог.

— Ты, наверное, стал виконтом или герцогом? — предположила Жанна.

— Что-то в этом роде, — согласился Гэри. — Пространство, в котором вы находитесь, я постарался… э-э…

— Сохранить? — спросил Вольтер, хлопая крыльями рядом с изображением Гэри. Какое-то облако подплыло поближе, словно прислушиваясь.

— Мы называем это «утвержденным периметром» в виртуальном пространстве.

Господи, как поэтично! — приподнял бровь Вольтер.

— Что-то сильно похоже на зоопарк, — нахмурилась Жанна.

— Здесь и вы, и чуждые сознания могут находиться и жить спокойно, никто вас не потревожит.

— Я не хочу быть запертой в клетку! — возмутилась Жанна. Гэри покачал головой.

— Вы сможете связаться с любой точкой. Но больше никакого общения с тиктаками, идет?

— Это не к нам, это к погоде, — ответила Жанна. Целый каскад ярко-желтых молний сорвался с неба.

— Я только рад, что мемы не уничтожили всех роботов до единого, — вздохнул Гэри.

— Похоже на англичан, которые убили провинившегося генерала, чтобы подбодрить остальных, — заметил Вольтер.

— Мне ничего не оставалось, — сказал Гэри.

Жанна расправила крылья и зависла напротив лица Гэри.

— Ты расстроен.

— Вы знали, что эти создания натравят тиктаков на роботов?

— Нет, — ответила Жанна.

— Хотя такое экономичное решение внушает уважение. Солидные ребята, ничего не скажешь.

— Коварные, — добавил Гэри. — Не знаю, что еще они выкинут.

— Надеюсь, они успокоились, — сказала Жанна. — В погоде чувствуется покой.

— Я хочу поговорить с ними! — крикнул Гэри.

— Как и короли, они любят, чтобы их упрашивали, — сказал Вольтер.

— Я чувствую, как они собираются вместе, — обнадежила его Жанна. — Нужно помочь нашему другу разогнать досаду.

— Мне? — спросил Гэри. — Мне не нравится убивать людей, если ты об этом.

— В трудные времена не бывает безопасных путей, — сказала она. — Мне тоже пришлось убивать за правое дело.

— Ламерк был слуга народа, и ценный…

— Чепуха! — возмутился Вольтер. — Он умер, как и жил, — от удара исподтишка, честного поединка он не заслуживал! Он никогда бы не смирился, если бы ты пришел к власти. И даже если бы ты отступил — мой милый математик, вспомни, как опасно быть правым, если правительство ошибается!

— И все же я до сих пор не могу успокоиться.

— Ты должен, ведь ты человек праведный, — сказала Жанна. — Молись и не думай о себе.

— А еще лучше загляни в себя, — посоветовал Вольтер. — Все дело в том, что твои вторичные сознания вступили в спор. Это так присуще человеку.

Жанна махнула крылом на Вольтера, который вильнул в сторону.

Гэри нахмурился.

— Скорее это присуще механизму. Вольтер рассмеялся.

— Если порядок — ты ведь приверженец порядка, правда? — означает предсказуемость, а предсказуемость значит предопределенность, а это порождает принуждение, а принуждение — не что иное, как несвобода, — тогда единственный путь к свободе — это беспорядок и хаос!

Гэри свел брови. Вольтер сообразил, что если для него самого идеи просто игрушки, а парадоксы лишь заставляют кровь быстрее бежать в жилах, то для этого человека абстракции значат очень многое.

— Наверное, ты прав, — сказал Гэри. — Люди чувствуют себя неуютно, если порядок слишком строг. Все эти иерархии, нормы, академические… — Он моргнул. — Какая-то интересная идея, я уже и не помню, о чем…

— Даже ты, разве хотел бы ты быть орудием собственных генов, физики, экономики? — мягко спросил Вольтер.

— Как мы можем быть свободными, если мы всего лишь механизмы? — спросил Гэри, словно обращаясь к самому себе.

— Никто не хочет полного хаоса или полной предопределенности, — сказал Вольтер.

— Но есть законы детерминизма…

— И много их? Вмешалась Жанна.

— Наш Господь даровал нам свободу выбора.

— Свобода выбора заключается в том, чтобы выбирать не то, что тебе нравится, — ничего себе подарочек! — возмутился Вольтер.

— Вы, господа, говорите о судьбе, не понимая смысла этого слова. Все существенное для человека — свобода, значение, ценность — все это исчезает при любом выборе.

— Любовь моя, ты должна помнить, что Гэри математик. — Вольтер закружился, вероятно, находя приятным, что ветер ерошит его перья. — Порядок-беспорядок находит отражение в других дуэлях: природа-человек, естественное-искуственное, животные и природа — человек вне природы. Это так естественно.

— То есть? — удивился Гэри.

— Как мы определяем контраргумент? Мы говорим: «с другой стороны», так?

Гэри кивнул.

— Мы считаем, что лицо и изнанка отражают весь мир. Например, у нас две руки, и обе разные.

— Хорошо. — Вольтер закружился вокруг стальной Жанны.

— У Творца тоже две руки, — вмешалась Жанна. — По правую руку Всеблагого Отца сидит…

Вольтер закаркал, как ворон.

— Но вы оба забываете о своих "Я", которые можете увидеть в электронном отображении. Смотрите глубже — и вы увидите бесконечное множество деталей. Они объединяются в одно целое "Я", которое не может одинаково повиноваться каким-то определенным законам. Ты состоишь из множества связанных друг с Другом "Я".

И Вольтер создал в воздухе трехмерное сообщение:

— Сложные нелинейные системы непредсказуемы, даже если и предопределенны. Информационно-пропускная способность не в состоянии предсказать решение единого сознания, которое не менее сложно, чем сама Вселенная! Расчет последующего события займет больше времени, чем само событие. Именно эта особенность, определенная для нас Вселенной, и делает нас свободными.

135
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru