Пользовательский поиск

Книга Страхи академии. Содержание - Глава 18

Кол-во голосов: 0

Гэри хотел бы помочь Дорс, но чувствовал, как сжимается сердце Ясатира, и понимал, что тот вот-вот ударится в панику. Он даже не мог посмотреть, как она плывет. Он просто сидел, чувствуя, как мерные толчки продвигают плот вперед.

Она забила по воде ногами. Его окатило фонтаном брызг. Ясатир дернулся, вскрикнул и дрыгнул ногами, словно пытаясь сбежать.

Толчок! Красотка вскрикнула и захлебнулась водой, а плот быстро помчался вниз по реке. Ее, наверное, скрутила судорога…

Ясатир неуклюже вскочил. И распахнул глаза.

Бушующая вода, плот ходит ходуном. Он посмотрел себе под ноги и обнаружил, что ветки начинают расползаться в разные стороны. Ясатир запаниковал. Гэри попытался было навеять какие-нибудь успокаивающие образы, но страх смел их прочь.

Красотка плыла за плотом, но не успевала — слишком быстро несло его течение. Гэри заставил Ясатира взглянуть на противоположный берег. Это было последним, что ему удалось сделать, прежде чем сатир начал орать и метаться по плоту в поисках устойчивого местечка.

Бесполезно. Ветки разошлись, и на настил хлынула холодная вода. Ясатир заверещал. Он бился всем телом о плот, катался и снова прыгал по веткам.

Гэри никак не мог взять управление сознанием сатира в свои руки. Оставалась единственная надежда — поймать удачный момент. Плот несся по середине реки, и его левый край расползался на глазах. Ясатир отступил подальше от края, и Гэри ловко заставил его продолжать движение — все дальше и дальше, пока животное не свалилось с настила в воду, ближе к нужному берегу.

Ясатир слепо отдался панике. Гэри позволил его рукам и ногам бить по воде, лишь чуть-чуть подталкивая каждое движение. Он-то умел плавать, а Ясатир нет.

Страх заставил Ясатира почти все время держать голову над водой. Он даже пытался плыть сам. Гэри сосредоточился на судорожных движениях, забыв о холодной воде. И тут подплыла Красотка.

Она ухватила его за загривок и подтолкнула к берегу. Ясатир попытался вскарабкаться ей на голову. Красотка засветила кулаком ему в челюсть. Он только рот открыл. Она снова толкнула его к берегу.

Ясатир опешил. Это дало Гэри возможность справиться с его ногами и заставить их равномерно колотить по воде. Он больше ни на что не обращал внимания, ни на хрипы, ни на воду в горле и в легких… и спустя долгую вечность нащупал ногами камни на дне. Ясатир моментально выскочил из воды безо всякой помощи.

Гэри позволил сатиру прыгать на месте и хлопать себя по бокам, чтобы согреться. Красотка устало повалилась на траву, и Ясатир благодарно обнял спасительницу.

Глава 18

Ходьба — тоже работа, а работать Ясатир не любил.

Гэри пришлось постоянно понукать носителя, но вскоре они дошли до пересеченной местности. Бедные сатиры спотыкались на каждом шагу, срывались, карабкались вверх по склону долины, иногда даже ползли. Их чуткие носы улавливали запах звериных троп, и это в немалой степени ускоряло подъем.

Ясатир часто останавливался, чтобы перекусить или даже просто тупо поглазеть в пространство. Мысли в его голове текли вяло, не смешиваясь с эмоциональными потоками, которые бушевали в его душе, подчиняясь собственному ритму. Сатиры совсем не были приспособлены для проработки и исполнения сложных проектов.

Они медленно двигались вперед. Настала ночь, и они залезли на дерево, немного подкрепившись растущими на нем фруктами.

Ясатир заснул, а Гэри продолжал бодрствовать. Спать он не мог.

Жизнь сатиров постоянно подвергалась смертельной опасности, но существа, в которые вселились сознания Гэри и Дорс, Другой жизни не знали. Для сатиров любая ночь в лесу представлялась прежде всего медленным потоком информации, которую они воспринимали даже во сне. И какая-то часть сознания постоянно фиксировала звуки леса, проверяя, все ли в порядке хотя сами сатиры в это время спали.

Гэри не понимал, какие признаки сулят опасность, а какие безвредны, и потому воспринимал каждый ночной шорох или дрожание веток как врага, подкрадывающегося к ним. Но, как он ни бодрился, сон сморил и его.

Едва занялся рассвет, Гэри проснулся. Рядом с ним висела змея. Она обвилась вокруг ветки, как зеленая веревка, с приподнятой головой, готовая напасть. Змея смотрела на него, и Гэри подобрался.

Ясатир очнулся от своего дремотного состояния. Он увидел змею, но остался на месте, хотя Гэри опасался, что он дернется и гадина бросится в атаку.

Прошло немало времени, прежде чем Ясатир осмелился хотя бы моргнуть. Змея замерла, сердце Ясатира заколотилось, но он не пошевелился. Наконец змея соскользнула с ветки и исчезла в листве, отказавшись от молчаливого противостояния. Ясатир не показался ей подходящей дичью, эта змея никогда не встречала раньше таких животных, а потому решила, что сатиры не являются потенциальной добычей.

Когда проснулась Красотка, они спустились с дерева и отправились к ближайшему ручью напиться. По пути они подкрепились несколькими листьями и жучками. Оба сатира постряхивали с себя жирных черных личинок, которые присосались к ним ночью. От одного вида этих толстых, извивающихся червяков Гэри стало дурно.

К счастью, Ясатир есть их не собирался. Он попил, и Гэри отметил, что сатир не испытывает ни малейшего желания помыться. Сам Гэри обычно принимал душ дважды в день, перед завтраком и перед ужином. Он терпеть не мог, когда от него хотя бы слегка пахло потом, — он был интеллигентом до мозга костей.

А здесь он спокойно воспринимал немытое тело. Может, его частые купания необходимы для поддержания здоровья, как необходимы сатирам поиск и выкусывание блох? Или это просто привычка, навязанная цивилизацией? Он смутно помнил, что на Геликоне, когда он был еще ребенком, он целыми днями носился потный и чумазый, а ванны и душа терпеть не мог. Каким-то образом Ясатир вернул его в прошлое душевное состояние, когда весь мир воспринимался более естественно.

Но умиротворение длилось недолго. До тех пор, пока они не увидели на холме рабунов.

Ясатир уловил запах, но Гэри не имел доступа к тому уровню его мозга, который отвечал за ассоциативные связи запахов. Он лишь понял, что Ясатир чем-то сильно встревожен. Зверь принялся морщить горбатый нос и принюхиваться. Когда он увидел хищников так близко, его прямо затрясло.

Толстые туши, подпрыгивающие на каждом шаге. Короткие передние лапы, заканчивающиеся острыми когтями. Их крупные головы состояли, казалось, из одних зубов, белых и острых, и блестящих свирепых глазок над зубами. Их тела покрывала густая бурая щетина, которая превращала толстые хвосты в своеобразные пушистые кусты. Хвостами эти твари балансировали.

Несколько дней назад, сидя на высоком надежном дереве, Ясатир видел, как одна такая зверюга растерзала и сожрала большое травоядное на пастбище. Этих было пятеро, они двигались вниз шеренгой и громко сопели. Сатиры стояли с подветренной стороны, поэтому могли тихо ускользнуть.

Высоких деревьев рядом не было, лишь трава и кусты. Гэри и Красотка обогнули холм и отошли подальше, пока не увидели впереди прогалину. Ветерок доносил оттуда слабый запах других сатиров.

Ясатир махнул рукой: «Идем». В эту минуту позади взвыл хор хриплых голосов. Рабуны почуяли запах сатиров.

Их хрюканье и повизгивания приближались. У подножия холма спрятаться было негде, но по ту сторону поляны росло несколько высоких деревьев. Можно забраться на них.

Ясатир и Красотка бросились со всех ног через широкую прогалину, но спрятаться не успели. Всхрапывающие рабуны вломились в кусты у них за спиной, и Гэри шарахнулся в сторону невысоких деревьев. И оказался в центре племени сатиров.

Их было несколько десятков, испуганных и опешивших существ. Он заверещал, не зная, как может Ясатир предупредить их.

Ближайший крупный самец повернулся, ощерил зубы и резко крикнул. Остальные подхватили его клич, заухали, завыли и схватились за камни и дубинки. В Ясатира полетели камни. Круглый голыш попал ему в подбородок, а палка в бок. Он повернулся и побежал обратно, и Красотка оказалась на несколько шагов впереди.

102
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru