Пользовательский поиск

Книга Разбитая Сфера. Содержание - 19. Ори сходят с ума

Кол-во голосов: 0

— Да, сэр, — сказала она. — На практике эту систему пока не испытывали. Мы создавали ее в спешке, а ОРИ… Я полагаю, что…

— Что?

— Что ОРИ хватит мощности, чтобы успеть уничтожить ловушки, а потом догнать и сам корабль. К тому же ОРИ не ограничен числом попыток.

Лицо Бернхардта помягчело.

— Спасибо, Белли, — сказал он. — Считайте, что я высоко оценил вашу искренность. И все же будем надеяться, что вы ошибаетесь.

Глубокий космос. Борт СС43

Соколова разбудил внезапный шум. Корпус корабля заметно вибрировал. Издалека доносился слабый стук, словно что-то вываливалось из грузового отсека наружу. Что за чертовщина?

Вдруг раздался сигнал тревоги, и бесстрастный голос предупредил:

ТРЕВОГА. ТРЕВОГА. ОПАСНОЕ УСКОРЕНИЕ. ВКЛЮЧАЕТСЯ ПРОТИВОПЕРЕГРУЗОЧНАЯ СИСТЕМА. ПРОВЕРЬТЕ РАСПОЛОЖЕНИЕ РУК И НОГ.

Сейчас его придавит к лежанке воздушным мешком, как таракана каблуком.

Едва Соколов успел спрятать руки в специальные углубления, как оказался скованным этим чертовым приспособлением. Корабль вновь дрогнул, засвистели двигатели. Коррекция курса, догадался Соколов. Что стряслось? Кровь прилила к голове, застучала в висках, ступни ног, напротив, будто парили, потеряв свой вес. Ага, кораблик-то раскручивается.

Взревел главный двигатель, Соколова вдавило в дно пермода. Перегрузка была как минимум восьмикратной. Какого черта могли понадобиться такие рывки? Он отметил, что коррекционные двигатели замолчали, не останавливая вращение корабля. Обычно в таких случаях главный двигатель включать запрещалось. Сейчас начнутся бешеные кувырки — держись! Кто управляет кораблем? Что они, с ума посходили?

И вдруг Соколов догадался, что происходит.

Странно, но он тут же успокоился. Совершенно успокоился.

Спокойствие. Неземное спокойствие. Соколов удивился самому себе. Так безмятежен он был в последний раз очень давно, до Похищения.

Значит, смерть?

Цель вдруг скрылась в странном облаке, ослепившем Пастуха. Огромное облако сверкало, словно тысяча солнц. Пастух был ошарашен. Если это твердое тело (но откуда оно взялось?), то он, врезавшись в него, разлетится на мелкие кусочки. Пастух резко затормозил, готовясь изменить траекторию, чтобы избежать столкновения.

Однако облако расплывалось в пространстве, в нем появились разрывы, и наконец оно распалось на несколько частей. Пастух сообразил: напугавший его объект состоит из множества легких фрагментов, хорошо отражающих радиоволны. Опасности для Пастуха он не представлял. Но где же цель? Теперь Пастух не сомневался: это наверняка Противник. Безобидный астероид не сумел бы столь искусно одурачить его. А раз так, цель должна быть уничтожена любой ценой. И Пастух нырнул в облако.

Он внутренне подготовился к столкновению с мелкими объектами, но ничего не почувствовал. Так и есть: элементарная маскировка! Пастух бросился вперед… и оторопел. Вместо одной цели перед ним было семь — точные копии друг на друга, они разбегались в разные стороны. Неужели враг размножается прямо на поле боя? А что, если его снова пытаются обмануть?

Впрочем, это не имело значения. Какая разница, один объект или семь? Пастух уничтожит все семь. И хитрые маневры им не помогут. В скорости им с Пастухом не тягаться, это совершенно очевидно.

Оценив ситуацию, Пастух решил начать с ближайшего объекта. На огромной скорости он протаранил его и… снова практически ничего не почувствовал. Ах, это тоже фантом! Просто-напросто ловушка. Поистине, Противник неистощим на выдумки.

Теперь Пастуху все стало окончательно ясно. Между миражом и действительной целью существовали чуть заметные отличия, и различить среди шести оставшихся изображений истинного шпиона не составило большого труда.

Ему не будет пощады.

Земля. Космодром Куру

— Проклятие! — Бернхардт задыхался от собственного бессилия. Джоанна, замерев у экрана, ничего не слышала. Красная точка ОРИ—326 сближалась прямо с кораблем Соколова, не обращая внимания на разбросанные в пространстве цели-ловушки.

— Он слишком быстро учится, — пробормотал Бернхардт и упал в кресло. Развязка была близка. Скрестив руки на груди и не отрывая взгляда от экрана, Бернхардт потерянно тряс головой. Потом повторил, ни к кому не обращаясь:

— Слишком, слишком быстро…

Пастух включил радары в режим максимальной мощности, чтобы не упустить цель. Он немного перестраховывался, но это не помешает — объект оказался очень хитер, сложно маневрировал, пытаясь уйти. Но этому не бывать! Пастух резко набрал скорость и спустя считанные секунды был рядом с целью…

Снова включились корректировочные двигатели, хотя маршевый работал на полную мощность. Ничего себе прогулочка! Доктору Юрию Александровичу Соколову казалось, что его внутренности превратились в месиво. Интересно было бы потом посмотреть на себя в зеркало — небось синяк на синяке, как у чемпиона по боксу. Но похоже, о зеркале можно забыть. Соколов, общепризнанный специалист по ОРИ, хорошо понимал, что если уж ОРИ решил атаковать, то никакие маневры корабль уже не спасут. К чему обманывать самого себя?

Картины прошлого встали перед глазами, быстро сменяя друг друга. Соколов о многом сожалел, во многом раскаивался. Он вспоминал, что сделал и что не успел, он вспомнил любимых женщин и близких друзей. Жаль, что он со многими расстался после пустяковых ссор. Но, в общем, ему грех жаловаться — он прожил неплохую жизнь.

Корабль резко накренился, все двигатели на несколько секунд замолчали, а потом взревели снова. Соколов нахмурился. Ну к чему, скажите, накручивать эти адские спирали? Чтобы на несколько секунд отсрочить неизбежное? Юрий Соколов всегда терпеть не мог бессмысленные действия.

Значит, пора. Ничего страшного. Многотонный ОРИ расправится с кораблем в долю секунды. Соколов улыбнулся. Что-что, а боль он почувствовать не успеет.

Пастух на полной скорости врезался в жертву, и его оглушило страшным ударом. Да, тело-то оказалось тяжеленькое, да и скорость у него была приличная…

В эту секунду цель взорвалась.

Пастуха отбросило в сторону. Некоторое время он ошеломленно кувыркался под шрапнелью бьющих по его поверхности обломков, что-то вспыхивало, горело, снова взрывалось. Спустя несколько минут он пришел в себя, огляделся. Полученные раны оказались пустяковыми, не стоили даже внимания. В жизни Пастуха случались вещи похуже. Он остался в строю. Мысль об этом доставила Пастуху неподдельное удовлетворение. Ему удалось уничтожить агента Противника.

Он был абсолютно убежден в этом.

19. Ори сходят с ума

Этой ночью мы с Джеральдом Макдугалом сформулировали новую точку зрения на природу харонцев. А что может быть важнее, чем знание врага, ведь это путь к победе. Джеральд заявил, что рассматривать отдельного харонца как индивидуум нужно с изрядной долей осторожности. Гораздо правильнее считать ОРИ, кольцевые ускорители, транспортные системы и другие формы харонцев, как особые функциональные группы особей. Джеральд предложил аналогию с пчелами или муравьями. Кстати, некоторые теоретики в ИИМе утверждают, что харонцы обособлены друг от друга даже в меньшей степени, чем муравьи.

Я не стала бы утверждать столь категорично. Многие годы я наблюдала различные виды харонцев и полагаю, что они гораздо более разнятся в поведении, чем снующие по своим делам муравьи.

У Джеральда была собственная теория на этот счет. Он заявил, что харонцам, кажется, и впрямь чужда идея личности, что, впрочем, не мешает им быть личностями. Неверно, сказал он, будто идея индивидуализма противоположна идее коллективизма.

49
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru