Пользовательский поиск

Книга Рама Явленный. Содержание - 11

Кол-во голосов: 0

Николь кивнула, и Патрик, извинившись, ушел, сказав, что ему нужно вернуться в класс.

— Пат-рик, стал хоро-шим учи-те-лем, — произнес Бенджи. — Он очень тер-пе-лив со мной и деть-ми.

Николь улыбнулась, глядя через стол на дочь. «Невзирая на все трудности, — подумала она, — дети у нас хорошие. Следует благодарить Бога за Патрика, Элли и Бенджи. И не тревожиться до безумия за Кэти».

Устроившись в уголке спальни, Наи Ватанабэ закончила свои медитации и произнесла утренние буддийские молитвы, ставшие неотъемлемой частью ее жизни еще с детства. Она вышла в гостиную, намереваясь войти в спальню близнецов, чтобы разбудить их, и к собственному удивлению на кушетке обнаружила уснувшего Патрика. Он спал одетым, а на животе лежало электронное читающее устройство.

Она мягко прикоснулась к нему.

— Просыпайся, Патрик. Уже утро… Ты проспал здесь целую ночь…

Патрик быстро проснулся и извинился перед Наи. Уходя, он сказал, что должен кое о чем переговорить с ней, в том числе и о буддизме, но решил отложить этот разговор до более удобного времени. Наи улыбнулась, чмокнула его в щеку, а потом заявила, что она с мальчишками выйдет к завтраку через полчаса.

«Он такой молодой и открытый, — подумала Наи глядя ему в спину. — Мне нравится его общество… Но разве кто-нибудь сможет заменить мне моего убитого мужа?» Наи припомнила предыдущую ночь. Когда близнецы уснули, у них с Патриком состоялся долгий и серьезный разговор. Патрик торопил ее со свадьбой. Она настаивала, что хотела бы как следует свыкнуться с мыслью и только потом объявить дату. Тогда Патрик неловко попросил не откладывать, как он выразился, «сексуальные взаимоотношения» на столь долгое время. Наи напомнила Патрику, что с самого начала не обещала ему до свадьбы ничего, кроме поцелуев. Чтобы подбодрить Патрика, она заверила молодого человека в том, что находит его очень привлекательным и сама ждет, когда они после свадьбы займутся любовью. Однако по причинам, которые они уже обсуждали дюжину раз, Наи по-прежнему просила его не торопиться с сексуальными взаимоотношениями.

Большую часть вечера они проговорили о близнецах и о буддизме. Наи беспокоилась, что их свадьба может плохо повлиять на Галилея, тем более что мальчик нередко принимал на себя роль защитника матери. Патрик был уверен, что его частые столкновения с Галилеем вызваны не ревностью.

— Просто мальчишка отвергает всякий авторитет, — сказал он, — и сопротивляется дисциплине… Вот Кеплер дело другое…

«Как часто за последние шесть лет, — подумала Наи, — слыхала я эту фразу: Вот Кеплер дело другое…» Она вспомнила, что, когда Кэндзи был еще жив и мальчики только начинали ходить, Галилей постоянно падал и натыкался на предметы. Кеплер же был аккуратен, внимательно смотрел, куда ступает. Он почти никогда не падал.

Гигантские светляки еще не принесли рассвет в Изумрудный город. Отпустив на свободу свой ум, как в медитации, Наи отметила, что теперь все время сопоставляет Кэндзи и Патрика. «Так будет нечестно с моей стороны. Я не должна выходить за Патрика, пока подобное не прекратится».

Она вновь вспомнила вчерашний пылкий спор о жизни Будды и улыбнулась. «Патрик сохранил в себе детскую наивность… чистейший идеализм, — сказала себе Наи. — Это мне нравится в нем больше всего».

— В общем я согласен с философией Будды, — говорил Патрик. — Так… но я все-таки не понимаю… как может мужчина бросить жену и сына, чтобы просто бродяжничать и попрошайничать… Как насчет ответственности за семью?

— Ты вырываешь поступки Будды из исторического контекста, — отвечала Наи. — Двадцать семь веков назад на севере Индии образ жизни странствующего монаха считался приемлемым. Их можно было встретить в каждой деревне, тем более в городах. Когда человек начинал искать истину, первым его шагом был отказ от всех материальных благ… К тому же, ты забываешь, что Будда родом из очень состоятельной семьи. И поэтому его жена или ребенок не могли остаться голодными, лишиться крова, одежды или чего-нибудь необходимого…

Они разговаривали примерно два часа, потом недолго целовались и Наи отправилась в спальню. Патрик уже взялся за толстую книгу по буддизму, когда Наи шепнула ему «Спокойной ночи» из двери.

«Как же трудно, — думала Наи, когда светляки принесли рассвет в город октопауков, — объяснить основы буддизма тому, кто никогда не видел Земли… Но и здесь, в странном и чуждом мире, несущемся среди звезд, желания до сих пор порождают страдания, а люди стремятся к духовному миру. Вот почему, — продолжила она свою мысль, — дух буддизма, христианства и прочих великих религий Земли не исчезнет, пока жив сам человек».

11

Ричард выпрыгнул из постели — даже с энтузиазмом — и сразу начал свой монолог.

— Пожелай мне удачи, Николь, — проговорил он, одеваясь. — Арчи сказал, что мы уезжаем на целый день.

Николь всегда пробуждалась очень медленно и ужасно не любила всякую бурную деятельность в утренние часы; перекатившись на бок, она попыталась насладиться последними мгновениями сна. Чуть приоткрыв глаз, она заметила, что еще темно, и вновь закрыла его.

— Я не волновался так с той поры, когда сделал свои последние изобретения, работая над транслятором, — произнес Ричард. — Я знаю, что октопауки вполне серьезно намереваются предоставить мне работу… только считают необходимым подыскать правильное занятие.

Ричард вышел из спальни на несколько минут. Судя по звукам, доносившимся из кухни, полусонная Николь поняла, что Ричард готовит себе завтрак. Он вернулся, на ходу откусывая от большого розового плода, который здесь предпочитал остальным. Встав возле постели, он шумно жевал.

Николь медленно открыла глаза, поглядела на мужа.

— Полагаю, — сказала она, вздохнув, — ты ждешь от меня каких-то слов?

— Да. Было бы неплохо услышать от тебя что-нибудь приятное на дорогу. В конце концов, этот день может оказаться самым важным из всех, проведенных мной в Изумрудном городе.

— А ты уверен, что Арчи и в самом деле собирается подыскать тебе работу?

— Безусловно, — ответил Ричард. — Для этого и намечается нынешняя встреча. Он намеревается показать мне какие-то сложные инженерные системы и определить, где октопауки могут наилучшим образом использовать мои способности… Во всяком случае, он говорил мне об этом вчера вечером.

— Но почему ты уходишь так рано? — спросила Николь.

— Потому что мне предстоит много увидеть… В любом случае поцелуй меня. Арчи придет через несколько минут.

Николь покорно поцеловала Ричарда и вновь закрыла глаза.

Эмбриобанк представлял собой большое прямоугольное сооружение, расположенное далеко на юге от Изумрудного города — очень близко к границе Центральной равнины. Менее чем в километре от банка начинались три лестницы в десятки тысяч ступенек, восходящие к южному полюсу. Над Эмбриобанком во мраке Рамы проступали впечатляющие очертания Большого рога, окруженного шестью заостренными собратьями, каждый из которых превышал любое инженерное сооружение, созданное на планете Земля.

Ричард и Арчи верхом на страусозавре направились к окраинам Изумрудного города. В сопровождении трех светляков они миновали Альтернативный Домен в считанные минуты. В южных пределах обиталища октопауков обнаружилось очень мало строений. Изредка встречались зерновые поля, но большая часть территории, которую они пересекли по пути на юг, в сумраке напоминала Ричарду Северный полуцилиндр Рамы II, каким он был до того, как в нем построили два поселения.

Ричард и его друг октопаук вошли в Эмбриобанк через пару чрезвычайно толстых дверей, за которыми оказался большой конференц-зал. Там Ричарда представили другим октопаукам, явно ожидавшим его посещения. Ричард пользовался своим транслятором, октопауки читали его речь по губам, хотя ему приходилось говорить медленно и отчетливо, поскольку не все они обладали опытом Арчи в общении с людьми.

После коротких формальностей один из октопауков отвел прибывших к пультам, снабженным чем-то вроде клавиатуры, помеченной цветовыми символами.

70
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru