Пользовательский поиск

Книга Рама Явленный. Содержание - 6

Кол-во голосов: 0

— Полагаю, что так, — ответил Ричард. — Возможно, когда мы достигнем Тау Кита, наша роль в их эксперименте будет окончена. Наверное, когда все сведения о существах, ныне находящихся внутри Рамы, поступят в Великую Галактическую базу данных, Рама будет разгружен. Кто знает, быть может, вскоре этот огромный цилиндр появится в иной планетной системе, где обитает другая раса космоплавателей, и начнет новый цикл исследований.

— Это возвращает нас к моему прежнему вопросу, на который ты не ответил… Что же будет с нами тогда?

— Быть может, нас или наших отпрысков отошлют малой скоростью к Земле… или же утратившие ценность образцы будут уничтожены, дав всю необходимую информацию.

— Ни один из этих вариантов не привлекает меня, — проговорила Николь. — Признаюсь, что, хотя я согласна с тобой в том, что мы направляемся к Тау Кита, все прочие твои гипотезы кажутся мне притянутыми за уши.

Ричард ухмыльнулся.

— Я многому научился у тебя, Николь… Моя гипотеза основывается на интуиции. Просто я исхожу из тех сведений о раманах, которыми располагаю.

— Разве не проще предположить, что у раман имеются путевые станции, разбросанные по всей Галактике, а две самые близкие к нам находятся возле Сириуса и Тау Кита?

— Возможно, — ответил Ричард, — но я нутром чувствую, что это маловероятно. Узел представляет собой потрясающее инженерное сооружение. И если такие гиганты разбросаны по Галактике через каждые двадцать световых лет, тогда их в ней миллиарды… А ведь Орел вполне определенно упомянул, что Узел способен передвигаться.

Николь подумала, что подобная перспектива действительно маловероятна. Учитывая невероятную сложность Узла, трудно представить, что его можно миллиарды раз продублировать в каком-то огромном космическом сборочном цехе. Гипотеза Ричарда имела определенный смысл. «Как, однако, печально, — промелькнула недолгая мысль, — что в Галактической базе данных нас запомнят по столь негативной информации».

— А как же птицы, сети и наши старые приятели октопауки укладываются в твою схему? — спросила Николь минуту спустя. — Или они наряду с нами часть того же самого эксперимента?… Тогда выходит, что на борту Рамы находится и колония октопауков, с представителями которой мы еще не встретились?

Ричард кивнул снова.

— Этот вывод неизбежен. Если каждый эксперимент завершается наблюдением за репрезентативным образцом расы космических путешественников, находящимся в управляемой ситуации, то и октопауки, конечно, должны оказаться здесь… — Он нервно расхохотался. — Быть может, кто-то из наших старинных приятелей с Рамы II и сейчас разделяет наше общество на этом корабле.

— Какая очаровательная идея, особенно перед сном, — сказала Николь с улыбкой. — Если ты прав, у нас с тобой впереди еще пятнадцать лет, которые придется провести на корабле, населенном не только людьми, стремящимися поймать нас с тобой и убить, но также огромными и скорее всего разумными пауками, природы которых мы не знаем.

— Конечно, — проговорил Ричард с ухмылкой, — я могу и ошибаться.

Николь встала и направилась к двери.

— Куда ты идешь? — спросил Ричард.

— В постель, — объявила Николь со смехом. — По-моему, у меня началась головная боль. Обращаться в мыслях к бесконечному я могу лишь конечный отрезок времени.

6

На следующее утро, когда Николь открыла глаза, Ричард уже склонялся над ней с двумя полными рюкзаками.

— Давай сходим и поищем октопауков, — взволнованно проговорил он, — за черный экран… я оставил Тамми и Тимми еды и питья на два дня и запрограммировал Жанну и Алиенору, чтобы они отыскали нас в случае необходимости.

За завтраком Николь внимательно разглядывала своего мужа. В его глазах светились энергия и жизнь. «Таким Ричарда я помню лучше всего, — сказала себе она. — Приключения всегда составляли самую важную часть его жизни».

— Я был там два раза, — сказал Ричард, как только они нырнули под приподнятый экран, — но никогда не доходил до конца прохода.

Экран закрылся позади них, оставив Ричарда и Николь в темноте.

— А мы не застрянем по эту сторону навсегда? — спросила Николь, пока они проверяли фонарики.

— Ни в коем случае, — ответил Ричард. — Экран не может подниматься и опускаться чаще чем раз в минуту. И если кто-нибудь или что-нибудь приблизится к нему, он поднимется сам собой. — Через несколько секунд он продолжил: — А теперь я должен предупредить тебя, прежде чем мы стронемся с места. Этот ход очень долог. Я углублялся в него не менее чем на километр, но ни разу ничего не видел… Даже поворота. В коридоре нет абсолютно никакого освещения. Поэтому начало пути окажется очень скучным… однако мы непременно куда-нибудь придем, поскольку биоты, приносящие нам припасы, безусловно, ходят этим путем.

Николь взяла его руку.

— Только не торопись, Ричард, — непринужденно проговорила она. — Мы с тобой не так молоды, как прежде.

Ричард посветил фонариком на волосы Николь, теперь уже совершенно седые, потом на собственную седую бороду.

— Вот старые дураки, не так ли? — весело произнес он.

— Только ко мне твое прилагательное не относится, — Николь стиснула его руку.

Коридор оказался куда длиннее километра. На ходу Ричард и Николь разговаривали о его удивительных приключениях во втором поселении.

— Я был совершенно потрясен, когда дверь лифта раздвинулась и мирмикоты впервые оказались передо мной, — сказал Ричард.

Он уже во всех подробностях описал Николь свое пребывание среди птиц и добрался в хронологии до того момента, когда спустился на дно цилиндра.

— Я просто застыл от страха. Они были лишь в трех или четырех метрах от меня и оба глядели на меня. Жидкость молочного цвета в их огромных овальных нижних глазах перетекала из стороны в сторону, а пара глаз на стебельках склонялась, чтобы лучше видеть меня. — Ричард поежился. — Никогда не забуду этого мгновения.

— Давай проверим, правильно ли я представляю их биологию, — проговорила Николь несколько мгновений спустя, когда они как будто бы обнаружили развилку в конце коридора. — Мирмикоты развиваются в манно-дыне, их ждет недолгая, но активная жизнь, потом они умирают внутри сети и отдают ей весь накопленный в жизни опыт. Их жизненный цикл завершается, когда внутри сети вырастает новая манно-дыня. Количество созревающих существ в какой-то мере ограничивается числом активных мирмикотов.

Ричард кивнул.

— Быть может, это не совсем правильно, но достаточно правдоподобно.

— Однако мы, наверное, упускаем из виду единственное условие, без которого манно-дыня остается бесплодной.

— Я надеялся, что ты поможешь мне решить эту загадку. В конце концов, доктор, у меня нет твоих познаний в биологии.

Коридор впереди разделился надвое. Обе ветви направлялись под углом в 45ь к длинному прямому проходу, идущему из убежища.

— Ну, мадам де Жарден, куда пойдем? — улыбаясь, Ричард посветил фонарем в обе стороны. Тоннели казались совершенно одинаковыми.

— Давай сперва налево, — проговорила Николь, как только Ричард набросал контуры карты в своем переносном компьютере. Лишь через несколько сотен метров левый проход начал меняться: коридор расширился, превратился в наклонный пандус, огибавший чрезвычайно толстую сердцевину, и опустился по крайней мере еще на сотню метров в глубь оболочки Рамы. Спускаясь вниз, Ричард и Николь заметили впереди свет. Наконец перед ними оказался длинный широкий канал с отлогими берегами. Слева на противоположном берегу канала обнаружилась пара крабовидных биотов, немедленно заторопившихся прочь от людей; за биотами маячил мост. Справа по каналу двигалась баржа, нагруженная разнообразными предметами неизвестного назначения; она увозила в подземный мир черные, белые и серые вещи.

Обозрев окрестности, Ричард с Николь переглянулись.

— Ну что ж, Алиса, мы вернулись с тобой в Страну чудес, — коротко рассмеялся Ричард. — Давай-ка перекусим, пока я введу всю информацию в мой верный компьютер!

13
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru