Пользовательский поиск

Книга Прыжок в ничто. Содержание - Глава V Пещерные жители

Кол-во голосов: 0

Две недели упорного труда ушло на то, чтобы открыть наружные двери ракеты и щиты над иллюминаторами. Но от этого в ракете не стало веселей. В окна по-прежнему смотрела темная ночь с багровыми отсветами.

Прижимая пальцы к вискам, Делькро ходила по кают-компании, ставшей опять местом сборища пассажиров. Леди Хинтон мрачно молчала, сидя в своем троноподобном кресле.

— Это ужасно! — как драматическая артистка, говорила Делькро. — Этот холод, этот вечный мрак… Можно с ума сойти…

— Скучно, как на курорте… — беззвучно отозвалась со своего места возле тетки Эллен.

— На курорте? О, сколько бы я сейчас дала, чтобы быть на курорте! — трагически воскликнула Делькро. — Ницца, Ментона, Биарриц, Лидо… Рай! Волшебный сон…

— Потерянный ррай… — меланхолически вставил барон.

— Машины рай съели! — крикнул Шнирер.

— Смотрите! Розовое пятно! — воскликнула Амели, показывая на потолок.

— Отблеск вулканического огня…

— Нет, нет. Это солнце. Луч солнца…

Все бросились к окнам. Между темными горными вершинами сквозь узкий просвет в тучах прорвался красноватый луч солнца. Совсем такой, как на Земле. Пассажиров охватила истерическая радость. Делькро протянула руки к окну и кричала:

— Солнце, солнце!

Луч внезапно угас, а Делькро так и стояла несколько минут, окаменев, с протянутыми руками.

— Возблагодарим создателя! — послышался голос епископа. — Зиме и нашим мучениям приходит конец.

— Неизвестно еще, какие мучения готовит нам создатель летом, — ответил Стормер.

Глава III

«Первые дни творения»

— Такой, наверно, была Земля в первые дни творения, — сказал епископ, стоя у иллюминатора.

— Когда господь бог еще не отделил сушу от воды, — прибавила Хинтон.

Весна шла с необычайной быстротой. День прибывал, но солнца не было видно. Плотный, белый, как вата, туман закрывал дали. Не видно было даже ближайших гор. Невидимые тучи ежечасно низвергали целые океаны воды. Молнии синей огненной сеткой сплетали небо и «землю». Даже сквозь толстые стенки ракеты слышались глухие удары грома. Ракета вздрагивала от горных обвалов и землетрясений. На короткое мгновение светлело, и тогда было видно, с какой быстротой таял снег, обнажались черные склоны гор.

Бурная горная река текла возле самой ракеты, ворочая и унося обломки льдин и огромные камни. Река быстро вздувалась. Ее темно-бурые волны уже омывали нижние края иллюминаторов.

Цандер распорядился закрыть предохранительные щиты: течение шло под косым углом к ракете. Стекла окна могли быть разбиты камнями. Но не в этом была главная опасность.

— Если вода покроет иллюминаторы доверху, доступ внешнего воздуха будет прекращен, — сказал он Винклеру и Гансу.

Покинуть ракету? Но об этом сейчас нечего было думать!

— Нам надо попытаться сделать трубу и поставить ее повыше.

— Сделать нетрудно, материал есть. Но легко сказать — поставить, — покачав головой, заметил Винклер. — Как только мы выйдем наружу, нас смоет, как мух… И все-таки мы должны попытаться.

— Но выдержит ли труба этот бешеный напор? — спросил Ганс. — Поставить трубу можно и не выходя наружу. Да мы и не успеем выйти: только один иллюминатор на корме еще не залит водой. Пока мы будем изготовлять трубу, зальет и его.

— Что же вы предлагаете? — спросил Цандер.

— Отсиживаться.

— Но ведь нас зальет.

— Пусть заливает. Превратим наш звездолет в «Наутилус» и отсидимся под водой.

— Задохнемся!

— Не задохнулись же мы в пути.

— Да, но у нас был запас кислорода.

— А кто вам сказал, что у нас нет его сейчас? — спросил Ганс и рассмеялся. — Плохой бы вышел из меня капитан звездоплавания, если бы я не был предусмотрительным. Я уже сделал запас кислорода из венерианской атмосферы. Кислородные баллоны полны. Можно хоть сейчас лететь в обратный путь.

Цандер покачал головой:

— Однако, Ганс, вы дали и мне хороший урок предусмотрительности. Но кто же мог предполагать, что весна здесь протекает так бурно и что нас зальет водой вышедших из берегов сезонных горных рек!

— И я этого не ожидал, — откровенно признался Ганс. — Запасы же сделал только потому, что на меня произвел сильное впечатлений случай со Стормером, когда он пытался похитить баллон. Я думаю, мы должны вывести наружу только тонкую водомерную трубку, чтобы знать, когда прекратится этот потоп и можно будет открыть иллюминатор. Сейчас я принесу трубку.

Ганс ушел.

Пассажиры так и не узнали, какой новой опасности они подверглись.

Ганс, Винклер и Цандер дежурили возле трубки всю ночь.

К двум часам утра из трубки полилась вода. Это значило, что уровень реки поднялся по крайней мере на метр над потолком ракеты.

— В этот час, если бы не новые запасы кислорода, началась бы смертельная паника. Ракета напомнила бы безнадежно затонувшую подводную лодку. Но, к счастью, все обошлось благополучно, и пассажиры мирно спят, — сказал Винклер.

— Что это? Пол как будто колышется? — спросил Ганс.

— Вероятно, снова землетрясение, — сказал Цандер. — Почва Венеры еще дышит.

— Нет, это не землетрясение. Мы испытываем не только толчки, но и плавное покачивание. Не всплыла ли ракета?

Медленные колебания перешли в настоящую качку, сопровождаемую толчками. Ракета поворачивалась. Пол то уходил из-под ног, то приподнимался.

— Стихия взбесилась, — нервно сказал Ганс. — Какие титанические силы увлекают ракету?

— И куда? Быть может, в бездну…

— Хорошо еще, если в морскую. Неприятно свалиться на камни со стратосферных высот…

Пассажиры проснулись. Полуодетые, выбегали они в коридор.

— В чем дело?

— Летим.

— Куда летим? На Землю?

Сильнейший удар свалил всех с ног. Послышались стоны, вопли.

— Немедленно ложиться в амортизационные ящики! — распорядился Цандер.

На этот раз все беспрекословно повиновались.

Проходили томительные минуты. Но толчки не повторялись. Утихла и качка. Быть может, ракета застряла в расщелине или ее выбросило на берег…

Ганс первый выбрался из ящика к водомерной трубке. Вода не текла. Ракета была совершенно неподвижна. Ганс рискнул отодвинуть ставень в кают-компании.

Ослепительно яркий луч солнца загорелся на стене, на лице и руках Ганса.

— Черт возьми! Это солнце слепит, как прожектор! — радостно воскликнул Ганс, прищуривая глаза. — А небо! Голубее земного, но немного тусклое, — наверно, от вулканической пыли. Не она ли окрашивает солнце и весь ландшафт в красновато-желтый цвет?..

Ганс вдруг громко запел, разнося радостную весть:

— Вставайте! Воскресайте, лежащие во гробах! Солнце Венеры приветствует вас… земные подонки! — прибавил он тише.

Температура в ракете быстро поднималась.

Это был день большого ликования даже у Стормера, и даже для Ганса у него нашлась ласковая улыбка.

Все столпились у окна. Перед ними среди гор расстилалась каменистая равнина. Многочисленные ручьи перерезали ее во всех направлениях. Всего несколько часов тому назад эта равнина была ложем грозного и могучего потока, который увлекал тяжелую ракету, как щепку. Равнина замыкалась цепью гор со снежными, конусообразными вершинами. Ни растений, ни птиц, ни зверей… Камень и вода…

Ганс попросил пассажиров выйти из кают-компании и открыл окно, держа наготове противогазовую маску. Пахнуло теплым, влажным воздухом.

— Дышать можно, — сказал он, обращаясь к Цандеру и Винклеру. — И серой меньше пахнет. Воздух очень плотный. А кислорода, пожалуй, даже слишком много. Смеяться хочется, словно от вина. Вероятно, весенним потоком нас снесло ниже и подальше от вулканов.

Ганс взобрался на раму открытого иллюминатора и спустил ноги.

— Под окном лежит большой камень, — сообщил он. — Почти правильной эллипсоидальной формы. Словно большая шлюпка, перевернутая вверх дном. Поверхность его покрыта наложенными друг на друга слоями шестигранной формы, как соты.

Винклер влез на стул, чтобы посмотреть.

47
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru