Пользовательский поиск

Книга Проект «Барсум». Содержание - ГЛАВА 7 КАСГИК

Кол-во голосов: 0

ГЛАВА 7

КАСГИК

Игроки медленно спускались в долину. Некоторые, не удержавшись на ногах, скатывались со склона, как по детской ледяной горке, оставляя за собой глубокие борозды.

Макс и гвардеец долго сохраняли равновесие, но, в конце концов, одновременно оступились и кубарем полетели вниз. Шарлей, словно гордая королева, прошагала весь свой путь с высоко поднятой головой. Ее сопровождал, не отставая ни на шаг, Пегас, напоминающий верного пажа.

Всю дорогу Эвиана думала о том, что, покинув мир насилия и злобы, она вновь попала в царство жестокости. Почему именно так, а не иначе? В глубине ее души теплилась вера, что все происходящее — лишь сон, ночной кошмар, не имеющий ничего общего с реальностью.

Добравшись до догорающего дома, игроки осмотрели тела убитых. Одним из умерших был очень молодой человек. Раскинув в сторону руки, он безжизненно смотрел на небо.

— Будьте осторожны, — предупредила подругу Шарлей.

— Зачем? — тихо спросила Эвиана, удивляясь своему ужасающему спокойствию. — С нами либо что-то случится, либо ничего. Если случится, мы просто погибнем. Выбор небогат. Пойдем.

Шарлей с удивлением смотрела на подругу. Философия Эвианы вернула высокую душой женщину к жестокой реальности, к миру, где царил закон крови.

Подошел гвардеец, спустившийся в долину с самого дальнего склона. Эвиана хорошо рассмотрела молодого человека, от которого, возможно, будет зависеть многое. Это был обычный чернокожий кадровый военный, с мелкими кудрями-пружинками и большой квадратной челюстью.

Вскоре к ним присоединился Макс Сэндс. Ему Эвиана вполне доверяла. Несмотря на пройденное расстояние и глубокие снега, этот человек, казалось, совершенно не испытывал усталости.

Тяжело было смотреть на сгорбившегося Боулза и на Трианну Ститвуд. Орсон и Кевин до сих пор не сошли со склона. Ну и уж совсем были плохи дела у Джонни Уэлша, в течение последнего часа никто не слышал его шуток.

Наконец подошли Орсон и Кевин. На худой фигуре Кевина зимняя одежда висела, как на огородном пугале. Игроки могли обойтись без пищи и двое суток, но не Кевин. Парня надо обязательно кормить несколько раз в день. Из полуоткрытой скрипящей двери дома вырывались клубы сизого густого дыма. Неожиданно на пороге появился старик эскимос с худым заострившимся лицом. Видимо, он в своей жизни много раз испытывал лишения и голод, однако его глаза, несмотря ни на что, остались живыми и любознательными.

Вслед за стариком из дома выскочила девушка. Не обратив внимания на игроков, она бросилась к телу молодого человека, спустилась перед ним на колени и запричитала:

— Бедный Лесной Филин!.. Глупенький!.. Зачем ты им поверил?..

Старый эскимос отошел от дома и, обращаясь к игрокам голосом, похожим на унылое завывание ветра, сказал:

— Мы должны найти новое убежище. Пойдемте вместе со мной. Ахк-Лут не осмелится осквернить священное иглу.

Эвиана подошла к девушке и помогла ей встать. Все молча поплелись за старым эскимосом.

Стало еще холоднее. Усилившийся ветер скользил по твердому насту и сбивал с ног. Вскоре поднялась такая метель, что один случайный шаг в сторону — и рассмотреть отошедшего на пять ядров человека будет невозможно.

«Интересно, — думала Эвиана, — к какому священному иглу эскимос хочет привести? Что заставляет его туда идти: инстинкт, память или, может быть, хитрость и коварство?»

Через некоторое время пурга утихла, и перед игроками предстал незнакомый ландшафт. Деревьев не было видно, но вокруг громоздились снежные холмики. Скорее всего, деревья засыпало снегом. Не заметили игроки и никакого жилья. Не было вообще ничего, за что мог бы ухватиться взгляд. Вокруг царило снежное безмолвие.

Внезапно ветер окончательно стих, и Эвиана даже услышала тяжелое дыхание своих спутников.

— Интересно, как они этого добиваются? — чуть-чуть отдышавшись, спросила подругу Шарлей. — Неужели вся эта белая пустыня — иллюзия?

— Что здесь особенного? — нахмурилась Эвиана. — Иногда я вас совершенно не понимаю.

Шарлей смутилась и не нашла, что ответить.

«По-моему, она тронулась рассудком, — подумала Эвиана. — Это снежная болезнь. Шок. Видимо, это случится с половиной игроков. Но я должна быть сильнее и выносливее всех».

* * *

Через час утомительного пути игроки добрались до большого снежного холма, круглого у основания.

Остановившись, старик опустился на четвереньки и стал быстро, по-собачьи, рыть перед собой снег, отбрасывая его направо и налево. Через несколько минут он уже полностью исчез в вырытом тоннеле. Игроки, став друг за другом, выбрасывали снег наружу. Дно тоннеля стало ровным и скользким, как зеркало, а сам он получился высоким, но очень узким.

Через десяток метров тоннель пошел в гору.

— Проклятие. Куда нас ведет старик? — послышалось недовольное ворчание комедианта Уэлша.

Вскоре игроки вползли в открытый дверной проем и попали в некоторое подобие снежного убежища. Когда-то, лет пятьсот назад, это было бы настоящим эскимосским иглу, домом из ледяных блоков и деревянных бревен. Теперь же и здесь чувствовалось веяние времени: многие детали были сделаны из современных материалов. Потолок иглу, высотой в девять футов, представлял собой прочный пластиковый купол, а стены были выложены полными пластиковыми пузырями, заполненными льдом.

В лицо игрокам ударил спертый воздух. Эскимос схватил висевший на стене гарпун и прочистил им узкое отверстие в самом центре купола. Оттуда на углубление в полу, где лежали хворост и ветошь, посыпался снег.

Пятнадцать набившихся в помещение человек быстро согрели морозный воздух, и но гладким стенам вниз поползли крупные капли конденсата. Игроки сбросили верхнюю одежду.

Старик внимательно оглядел всех гостей, а Эвиана, в свою очередь, остановила пытливый взор на гостеприимном эскимосе и девушке. Они были облачены в самую обыкновенную эскимосскую одежду, но парка молодой женщины, с большим красным капюшоном, была украшена более изящно и затейливо, чем одежда старика. Рассмотрев парку девушки, Эвиана пришла к выводу, что ее сшили из шкурок самых различных животных: белки, норки и даже ондатры. Красовались на парке и шкурки других зверей, которые не водились на Аляске и были привезены сюда, видимо, за тысячи миль. Эвиане показалось, что на одежду юной эскимоски попала даже шкурка пуделя. Без сомнения, парку шили ручным способом.

Сбросив верхнюю одежду, девушка оказалась в джинсах и таких же современных сапожках. По-своему эскимоска была очень миловидна. Эвиана бросила взгляд на Макса и убедилась, что он того же мнения.

— Зовите меня Мартином Катерлиарак, — сказал старик. — Мартин по прозвищу Полярная Лиса. Ваши христианские миссионеры уже очень давно нарекли меня Мартином. Они были хорошими, добрыми людьми, и я, в знак уважения и памяти, сохранил это имя. Хотя моя дочь называет себя Кандис, для меня она Кангук, то есть Снежная Лебедь. Я почитаю традиции, — старое лицо эскимоса вновь стало печальным. — Только традиции спасут этот мир.

Неожиданно заговорил Орсон:

— От чего именно должен спастись мир?

— Подождите, — загадочно ответил старик. — Мы знаем, как научить вас. Вы уже помогли нам. Но этого недостаточно.

Открылась дверь иглу, и в помещение вошли еще несколько эскимосов. Некоторые из них были облачены в традиционные парки, другие — в одежды, отделанные тюленьими шкурами, а на нескольких эскимосах была надета вполне современная одежда из искусственных материалов.

Новые гости разбрелись по помещению. Эвиана заметила, что уши всех вошедших мужчин и женщин украшали массивные серьги. Похоже, серьги были сделаны из моржового клыка и отделаны цветными стеклышками.

Лица женщин-эскимосок были очень морщинистыми, видимо, сказались прожитые годы и образ жизни. У некоторых на шее висели цепочки с медальонами. У одной эскимоски носовая перегородка была проткнута костяной иглой.

Эвиана попыталась сосчитать вошедших. Один, второй… Их головы стягивали окровавленные повязки. Некоторые представились. От их имен у Эвианы голова пошла кругом: Китнгик, Пингайунельген, Тайарут и другие, которые она не запомнила бы, даже если бы учила их наизусть сутки напролет.

17
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru