Пользовательский поиск

Книга Первый Линзмен-3: Галактический патруль. Содержание - Глава 13 ИСТРЕБИТЕЛИ ЗА РАБОТОЙ

Кол-во голосов: 0

Размышления Гсльмута унеслись в прошлое-к тем необычным обстоятельствам, при которых он стал обладателем этих устройств. Обстоятельства и в самом деле необычны: ведь не пришлось ни похищать мыслезащитныс экраны, ни убивать их изобретателя. Просто в один прекрасный день к нему, Гельмуту, прибыл некто со всеми паролями и верительными грамотами, игнорировать которые было бы не только невозможно, но даже опасно, и вручил тщательно опечатанный контейнер, доставленный, по его словам, с планеты Плур. Посланец лаконично заметил:

— Здесь все данные по мыслезащитным экранам. Вы сами поймете, когда они вам понадобятся. И незнакомец отбыл.

— Хватит воспоминаний, — оборвал себя Гсльмут и принялся снова обдумывать создавшуюся ситуацию. Кто бы ни был эрайзианин (или эрайзиане?), охраняющий подступы к своей планете, он без сомнения наделен мощным интеллектом. Какова вероятность того, что из полной сферы возможных направлений пилот «корабля мертвых» возьмет случайно курс точно на Главную Базу? Она ничтожно мала. И никакая измена здесь ничего не объясняет: пилот, прокладывая курс, был совершенно невменяем, и самое главное-просто-напросто не знал, где находится Главная База.

Объяснить случившееся одной лишь интеллектуальной мощью противника было бы слишком фантастично, но никакого другого объяснения пока нет. В пользу такого объяснения говорит также невероятный, но безусловно категорический отказ обычно бесстрашного Гильдерслива приблизиться к планете. Нужно обладать неслыханной интеллектуальной мощью, чтобы довести закаленных ветеранов до такого состояния.

Гсльмут по принадлежал к числу тех, кто склонен недооценивать противника. Есть ли кто-нибудь под этим куполом (за исключением, разумеется, его самого), кто обладал бы достаточным интеллектуальным потенциалом, чтобы предпринять столь необходимую экспедицию на Эрайзию? Поразмыслив, Гельмут решил, что таких пет. Он сам, несомненно, обладае! наиболее гонким и проницательным умом"а планете, иначе другой обладатель более острого разума давно низложил бы его и сам занял место в центре этого зала. Гельмут также был вполне уверен в том, что ничье мышление по могло вторгнуться извне и подчинить себе его колю. К тому же он располагал мыслезащитными экранами, секретом которых на всей планете владел лишь он один. Теперь настала пора пустить экраны в ход.

Как мы уже успели убедиться, Гельмут отнюдь не был ни дураком, ни трусом. Если он мог сделать что-то наилучшим образом, то все делалось с той холодной и безупречной четкостью, которой в равной мере были отмечены каждое его действие и каждая мысль.

Что следует предпринять теперь? Надо ли принять брошенный ему вызов и отправиться во главе взбунтовавшегося экипажа головорезов Гильдерслива на Эрайзию? Нет. Вероятность полного успеха невелика, а в случае неудачи не хотелось бы терять лицо перед бандой отпетых негодяев. К тому же не слишком уютна даже мысль о том, что под твоей командой находится экипаж, способный внезапно обезуметь. Решено! На Эрайзию отправится только он, Гельмут, и никто больше.

— Вольмарк, зайдите ко мне, — приказал Гельмут. Тот прибыл по вызову незамедлительно.

— Садитесь. Разговор у нас будет серьезным. Должен признаться, что я давно с восхищением наблюдаю за вашей деятельностью и высоко ценю ваши способы сбора информации, хотя некоторые из них кажутся мне довольно забавными, особенно когда речь идет об информации в областях, заведомо не относящихся к компетенции вашего департамента. Должен признать, однако, что они вполне эффективны. Вы всегда находитесь в курсе всех событий.

— Да, сэр, — спокойно подтвердил Вольмарк, несколько удивленный, но отнюдь не обескураженный словами шефа.

— Вот почему вы находитесь сейчас здесь. Я всячески одобряю вашу деятельность. Мне необходимо на несколько дней покинуть планету, и вы — самый подходящий человек в нашей организации, на которого я могу возложить свои обязанности на время моего отсутствия.

— Я предполагал, что вам придется на время покинуть планету, сэр.

— Мне об этом известно, но теперь я официально информирую вас, чтобы вы не строили догадок относительно моего отсутствия, поскольку существуют, по крайней мере, несколько причин, о которых вы не подозреваете. Взять, например, хотя бы этот сейф, — кивнул Гельмут в сторону неподвижно висящего в воздухе мерцающего шара — сгустка силового поля. — Даже ваша, не скрою, весьма эффективная система шпионажа оказалась бессильной разузнать что-либо об этой штуке.

— Пока бессильной, сэр, — не удержался от уточнения Вольмарк.

— Смею заверить вас, что бессильными окажутся любые попытки, — возразил Гельмут, — но вам все равно не следует ослаблять усилия. Это меня забавляет. Разумеется, мне становится известно обо всех предпринимаемых вами действиях, но, прошу вас, продолжайте в том же духе. А теперь к делу. Должен сказать — и для вашего же блага прошу мне поверить на слово, — что мое невозвращение за этот пульт было бы для вас величайшей бедой.

— Не сомневаюсь в этом, сэр. Любой разумный человек принял бы все меры предосторожности, какие только в его силах. Но, сэр, предположим, что эрайзиане…

— Если ваше «принял бы» выражает сомнение, то попытайтесь переубедить меня и поучите уму-разуму, — холодно посоветовал Гельмут. — Пора бы вам знать, что я никогда не теряю головы и не блефую. Я принял все меры, чтобы защитить себя как от врагов, например, от эрайзиан и Галактического Патруля, так и от друзей, например, от честолюбивых молодых людей, которые стремятся подсидеть меня. Если бы я не был на сто процентов уверен в благополучном возвращении, дорогой Вольмарк, я бы не тронулся с места.

— Вы не правильно поняли меня, сэр. Я вовсе не намеревался подсиживать вас.

— Пока вам не предоставится для этого удобный случай. Я отлично вас понял, Вольмарк! И как я уже говорил, вполне одобряю вашу деятельность. Продолжайте осуществлять свои планы. До сих нор мне удавалось держаться на шаг впереди вас. Когда я почувствую, что не являюсь больше лидером, я не смогу говорить от имени Босконии. Разумеется, мне не нужно объяснять вам, что поиски Носителя Линзы имеют сейчас для нас первостепенное значение. Прочесывание планеты Тренко и экранирование систем Галактического Патруля — всего лишь две фазы этой операции.

— Понимаю, сэр.

— Вот и прекрасно. Думаю, что могу положиться на вас. Если случится что-нибудь серьезное, вроде тех событий, которые разыгрались из-за линзмена, немедленно дайте мне знать. Во всех остальных случаях на связь не выходите. А теперь занимайте мое место, — и Гельмут вышел из-за пульта.

Прямо из центра он направился в космопорт, где его поджидал личный сверхскоростной космический корабль, оснащенный многочисленными устройствами, назначение которых известно лишь самому Гельмуту.

Полет к Эрайзии не был для Гельмута ни продолжительным, ни утомительным. Его небольшой корабль полностью автоматизирован. Поэтому, находясь в кабине, Гельмут продолжал не отвлекаясь обдумывать ситуацию по-прежнему трезво и эффективно, как если бы находился у себя за главным пультом управления. Более того, кабину космического корабля обладала тем преимуществом, что его размышлений никто не прерывал. Он многое успел обдумать, принял несколько важных решений, и стопка сделанных им заметок все росла и росла.

Приблизившись к пункту назначения, Гельмут прервал свою работу, включил имевшиеся на борту корабля специальные механизмы и принялся ждать. Когда корабль налетел на невидимый барьер и остановился, на лице Гсльмута появилась слабая улыбка, которая тотчас же исчезла: в его мозг, казалось бы, надежно защищенный мыслезащитными экранами, внезапно вторглась чужая мысль:

— Вы удивлены, что ваши мыслезащитные экраны не действуют? — холодно и отчужденно пронеслось в голове Гельмута. — Мне достоверно известно, что посланец с планеты Плур передал их вам и сообщил, что вы сможете ими воспользоваться в нужный момент. Но он говорил так по незнанию. Мы, эрайзиане, знаем о мышлении многое, о чем ни один из представителей его расы не знает и никогда не сможет узнать.

37
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru