Пользовательский поиск

Книга Первый Линзмен-1: Трипланетие (Союз трех планет). Страница 5

Кол-во голосов: 0

— Кажется, наш досточтимый стратег считает, что разбив нам головы, он сумеет по цвету мозгов определить, кто предатель. Простим ему эту милую слабость, — в словах правителя Марконеса звучал неприкрытый сарказм.

— Братья! Коллеги! — запротестовал Арипонидес. — Пусть мы не можем прояснить до конца сущность человека, но всем известно, какую проверку прошел Таломонидес; и вы знаете, что в этом случае не может быть никаких сомнений. Да, есть вероятность измены, но она существует всегда! Однако нам надо верить друг другу, иначе все, что мы делаем, обречено на провал. Обречено заранее! Теперь же, сделав это предупреждением я хочу перейти к своему докладу.

Одобрительный шум подбодрил старого фароса.

— По всему миру распространяется безумие, — начал он, — безумие, возникшее вслед за появлением ядерной энергии. Но, что бы об этом ни говорили, оно не является следствием имперских амбиций Атлантиды. Нельзя возлагать всю ответственность за происходящее на нас одних! Действительно, существующие ныне государства развивались как колонии нашей страны, но мы никогда не пытались навязать им колониальный статус против воли законно избранного их народами правительства. У нас были поистине братские отношения. Атлантида, колыбель человечества, осуществляла общую координацию действий, но она никогда не добивалась права управлять всем и каждым! Решения всегда принимались открытым голосованием.

Но сейчас! К чему мы пришли сейчас! Партии и группировки повсюду — и даже древняя Атлантида заражена этим безумием! Все страны буквально разрываются на части из-за внутренних конфликтов и раздоров. Но это еще не все, далеко не все! Югар завидует богатству Южных Островов, которые завидуют мощи Майя, те, в свою очередь, — Банту, Банту — Екопту, Екопт — Норхейму, а Норхейм — Югару. Порочный круг, полный ненависти и зла! Каждый боится, что его сосед захватит весь мир и, как следствие этого страха, быстро распространяется беспочвенное утверждение, что Атлантида сама собирается превратить остальные государства в данников, а их население — рабов.

Таково, по моему мнению, сегодняшнее состояние мира. И мы не можем использовать силу для решения споров, ибо рамки демократии не позволяют принимать жестких мер. А посему — вот мое предложение: всемерно ускорить подписание всех соглашений и мирных договоров, над которыми мы сейчас работаем. Подчеркиваю: максимально ускорить все наши действия в области внешней политики, — фарос глубоко вздохнул и повернулся к соседу справа:

— А сейчас заслушаем Клето.

— Я согласен с вашей оценкой событий, досточтимый фарос, — политик склонил лысеющую голову. — Однако лично я считаю, что основной причиной всех бед является возникновение большого числа партий, состоящих из экстремистов и сумасшедших. Связь их с атомной бомбой очевидна; теперь любой придурок, заполучивший эту игрушку, считает себя вправе угрожать всему миру. К сожалению, в некоторых странах у власти стоят именно такие личности, и мои рекомендации вытекают прямо из вашего доклада; надо любой ценой повлиять на избирателей Югара и настоять на быстрейшем подписании договора о контроле над ядерным оружием. У меня все.

— У вас есть письменный текст доклада? — вежливо осведомился познаватель.

— Да, конечно, коллега… прошу вас…

Взяв пергамент, Таломонидес подошел к странному ребристому прибору в углу кабинета; его пальцы быстро забегали по клавишам.

— Теперь слова правителю Филамону, — объявил фарос.

— Насколько я понимаю — как, впрочем, и любой разумный человек, — огромная глыба плоти, состоявшая из множества складок и морщин пришла в движение, навалившись на стол, — основным вкладом атомной энергии в затопивший нас хаос является полная деморализация труда. Выпуск продукции увеличивается, ее стоимость уменьшается. Пытаясь нагреть руки, наши руководители надели жесточайшую узду на производство и теперь удивляются, что начала падать производительность, а цены подскочили до небес. Одновременно уменьшаются доходы страны. Выход один: труд должен подчиняться разумным законам. Эти бездельники… эти…

— Я протестую! — тонкий голосок бледного и низкорослого правителя Марконеса, главы департамента труда, заглушил бас Филамона. — Во всем случившемся виноваты промышленники, владельцы заводов! Их жадность, ненасытность…

— Минуту! — Арипонидес резко постучал по столу. — Наше время представляет сейчас исключительную ценность, и нельзя тратить его на перебранки! Стыдитесь! Вы оба носите голубые туники и требуете к себе уважения, но ведете себя, как простые торговцы! Думаю, вам уже нечего добавить?

Оба правителя снова попросили слова, но недовольное сопение стратега заставило их примолкнуть; мало кто рисковал сердить Артоменеса. Передав свои доклады Таломонидесу, они приготовились слушать.

— Вам слово, стратег, — Артоменес мягко улыбнулся. — Начинайте, друг мой.

— Вы, фарос, уже сообщили, что нас обвиняют в имперских поползновениях… — стратег скрестил на груди мощные руки. — Конечно, причиной этих подозрений является наша оборонная программа, за осуществление которой я отвечаю. Надо быть слепцом, чтобы этого не заметить, и упрямцем, чтобы не признать… а я — ни тот, и ни другой! Но скажите, что я могу сделать? От атомной бомбы нет защиты, а бомб у каждого потенциального противника становится все больше и больше. Неужели я должен оставить Атлантиду беззубой среди оскаливших пасти врагов? — Стратег вызывающе оглядел собравшихся.

— Положим, Артоменес, мы не меньше вашего любим Атлантиду, и никто не собирается вас критиковать, — спокойно произнес фарос. — Мы бы хотели услышать ваше мнение, что делать.

— Я думаю дни и ночи, но не могу найти выхода, приемлемого при нашем демократическом режиме, — губы военачальника презрительно изогнулись. — У меня есть только одно предложение. Основное беспокойство внушают Югар и Норхейм — особенно Норхейм, — и пока что у нас бомб больше, чем у них обоих вместе взятых, а их сверхзвуковые истребители уступают нашим. Так почему бы нам не воспользоваться удобной ситуацией? Начали ходить странные слухи о появившемся у них чудовищном оружии — я как раз собираюсь провести проверку, послав туда своего лучшего агента; если эти слухи подтвердятся, надо немедленно их атаковать, иначе Атлантида погибнет! Атака должна быть сокрушительной — все стереть в порошок! Затем мы предложим объединить все страны под руководством сильного правителя… Только не качайте головами — именно так! В случае неподчинения — любое государство, даже сама Атлантида, должно быть уничтожено.

— Вы сумасшедший! — пискнул Марконес, глядя изумленными глазами на самоуверенного стратега. — Это преступление!

— Несомненно. Это преступление против международных принципов и демократии — к тому же, подобная акция может провалиться. Однако, насколько я понимаю, это наш единственный шанс.

— Вы… мы… мне кажется, подобное предложение рождено слабостью и неуверенностью, — фарос замолчал, уставившись на сцепленные пальцы рук. — Вы, Артоменес, утверждаете в своих докладах, что вам известны все базы и центры обороны противника, но многие из них расположены глубоко под землей и добраться до них будет крайне сложно… вероятность же ответного удара очень велика. По данным Познавателя, все остальные страны будут реагировать крайне негативно, и с их стороны возможна упреждающая атака. Властью фароса я отклоняю ваше предложение. Первыми мы не ударим! — Твердый голос и властное лицо Арипонидеса не позволяло усомниться в его решении, но, когда взгляды стратега и верховного правителя встретились, Артоменес понял, что его проект одобрен и поддержан. — А теперь слово Таломонидесу.

— Я уже ввел данные в интегратор, — Познаватель Душ нажал на кнопку, и аппарат начал мигать лампочками и щелкать. — И я добавил только один факт… но весьма важный… имя одного из политиков и его официальное заявление о том, что между Югаром и Норхеймом может быть заключен союз…

Он замолчал, так как механизм перестал щелкать и выбросил длинную и узкую ленту с результатами анализа. Познаватель склонился над ней.

5
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru