Пользовательский поиск

Книга Первый Линзмен-1: Трипланетие (Союз трех планет). Страница 16

Кол-во голосов: 0

Однако три недели спустя он стал старшим химиком, отвечавшим за взрывчатые вещества. По этому случаю было устроено пышное празднество, которым руководил «Блондин» Ваначек, занимавшийся тетрилом во Втором квадрате. Киннисон ожидал увидеть хотя бы тень зависти или неприязни, но, к его радости, ничего подобного не было и в помине. И уже в новом звании он взялся за работу в Шестом, пытаясь создать двадцатифунтовую разрывную бомбу. Помогали ему Таг и еще двое; одним был «Док» или «Барт» Бартон, которого, как гласила молва, Кэп хотел сделать своим помощником. Этот парень напоминал Рики-Тики-Тави — вечными метаниями и беготней, во время которых он успевал выяснить и продумать массу вещей. Он был очень неплохим химиком; ничуть не хуже зарекомендовал себя и второй помощник «Карли» Каривокс, седоволосый, но очень молодой эксперт, недавно влившийся в содружество сибиряков.

А еще через несколько месяцев Киннисона вызвал в свой офис сам Кэп Самнер. Ральф шел, размышляя, по какому поводу будет крик в этот раз, ведь все знали, что подобный вызов означал только одно — выволочку.

— Киннисон, мне нравится, как вы работаете, — начал главный химик, и его посетитель застыл с открытым ртом. — Вы получили степень в институте Монтроза, значит, вы знаете все о взрывах, а по данным ФБР у вас есть мозги, способности и невероятное упрямство. Эти качества полностью искупают вашу склонность решать конфликты с начальством при помощи кулаков. Мне интересно, как вы так легко управляетесь с этими чертовыми сибиряками. Я хочу сделать вас своим помощником, ответственным за всю лабораторию. Формально, я имею в виду, — на самом деле вы исполняли эти обязанности уже много месяцев.

— Да… но я… А как насчет Бартона? Он слишком хороший парень, чтобы подставить ему ножку.

— Я уже это заметил. — Замечание шефа сильно удивило Киннисона. Он даже не думал, что такой самоуверенный и раздражительный человек как Самнер, способен признавать свои ошибки. Такого Кэпа он еще не знал. — Я обсудил с ним этот вопрос еще вчера. Он чертовски хороший парень, но я сомневаюсь, что в нем есть то, что заставило бы этих бандитов работать семьдесят два часа без отдыха, засыпая вповалку на скамьях, питаясь бутербродами и кофе — до тех пор, пока бомба не была создана.

Самнер не упомянул, что все это время с ними был сам Киннисон. Это было очевидно.

— Я, право, не знаю… — Киннисон покачал головой. — Сначала мне бы хотелось самому поговорить с Бартоном. Ладно?

— Я ждал этого. Хорошо.

Киннисон нашел Бартона и сразу отвел его в сторону.

— Барт, Кэп собирается сделать меня своим помощником, а ты, по его словам, одобряешь эту идею. Одно твое слово, и я скажу ему, куда засунуть это предложение и объясню, где этим стоит заниматься.

— Я ожидал от вас именно этого. Я невероятно рад, — Бартон улыбнулся и пожал Ральфу руку. — Я бы реагировал так же, если бы подобное предложили мне. Кое-что в этой истории мне не нравится, но поймите, в этой конторе я единственный независимый человек. Я могу уйти в любую минуту и ничего от этого не потеряю. Мне нравится работать с вами. Соглашайтесь, и я во всем вас поддержу. — Бартону незачем было добавлять, что он будет работать на совесть.

— Я согласен, — заявил Киннисон, вернувшись к Самнеру.

— Возможно, а теперь утрясите все вопросы со своими сибиряками.

— Это не будет слишком сложно.

И действительно, сложностей не было. Реакция сибиряков заставила Киннисона проглотить комок в горле.

— Ральф Первый! Царь Всея Сибири! — орали они. — Да здравствует его величество! Кланяйтесь, рабы, царю Ральфу Первому!

Щеки Киннисона все еще ярко пылали, когда он добрался к себе домой. Он никогда не забудет событий этого удивительного дня.

— Ну и банда! Ну и банда! Послушай, детка, они работают ради собственного, удовольствия! Этих парней просто нельзя вытащить из лаборатории. Ну как я могу отвечать за то, что они натворят?

Шли месяцы работы, работы тяжелой и напряженной — не стоит вникать в детали, они не важны. Пол Джонс, крупный медлительный мужчина, обустроил Четвертый квадрат. Фредерик Хилтон перешел к сибирякам и начал работу с противопехотными минами.

Последовало новое повышение — Киннисон стал главным химиком. Они с Самнером не были друзьями, и Ральф даже не пытался узнать, почему Самнер ушел или был уволен. Это повышение не изменило ничего; Бартон, став его помощником, взял в свои руки все, кроме лаборатории, избавив Киннисона от административных дел, а Ральф остался царем Сибири.

Противопехотные мины доставляли массу неприятностей. Слишком много людей погибало при испытаниях, а никто не понимал почему. И вот, как и обычно, неразрешимую проблему передали сибирякам. Хилтон радостно взялся за дело, потерпел поражение и позвал на помощь. Сибиряки бешено заметались. Киннисон заряжал и испытывал мины с помощью Тага, Пола и Блондина.

Во время одного из многочисленных испытаний Ральфа пригласили на совещание руководства. Пришлось вызывать себе замену; неисправимый оптимист Хилтон с радостью сменил его. Но Киннисон еще не успел выехать за ворота, когда его остановила патрульная машина.

— Простите, сэр, несчастный случай в Пятом, и требуется ваше присутствие.

— Несчастный случай! Фред Хилтон! Он…

— Боюсь что да, сэр.

Нет ничего страшнее, чем собирать останки своего друга, который еще недавно хохотал вместе с тобой, работал бок-о-бок и жил теми же интересами. Бледный и дрожащий, Киннисон вернулся на огневую позицию как раз вовремя, чтобы услышать слова шефа службы безопасности:

— Очевидное разгильдяйство и недостаток аккуратности! Я уже не раз предупреждал этого Хилтона, что…

— Разрази вас гром! Разгильдяйство!.. — глаза Киннисона метали молнии. — Когда вы предупреждали меня, я тут же забыл половину правил безопасности, запутавшись в ваших инструкциях! Фред был осторожен… и, кстати, если бы не совещание, на его месте оказался бы я.

— Так в чем причина? — шеф службы безопасности держался уверенно, только отступил на несколько шагов.

— Пока не знаю, но обещаю вам, что первый, с кем я поговорю, выяснив истину, будете вы.

Он вернулся в Сибирь, где и нашел заплаканных Тага и Пола, уставившихся на крошечный кусочек провода.

— Вот оно, — пробормотал Таг. — Не понимаю, как все могло случиться, но причина в этом.

— Что такое? — голос Ральфа прозвучал резко и требовательно.

— Кусочек чеки — очень, очень хрупкий. При попытке поставить снаряд на предохранитель, эта штука ломается в самом тонком месте.

— Черт возьми, Таг, это не играет никакой роли. Это напряжение… но постой, здесь должна быть еще часть, вот тут… И чтобы сломаться, эта штука должна быть хрупкой, как стекло…

— Вот именно. Кажется, эта мелочь не имеет значения. Но мы там были, и разбирали эти чертовы мины своими руками. Больше не может быть никакой причины для взрывов.

— Ладно, займемся проверкой. Вызывайте Барта, пусть прихватит с собой дюжину парней. Надо поискать другие осколки от чеки… и пусть кто-нибудь сгоняет на полигон.

Они проверили сотню предохранителей — и пять сломались при малейшем усилии. Еще сотня — и сломано три. Сибиряки собрались на совет.

— Причина найдена, — объявил Киннисон. — Но для начальства это не доказательство. Надо сделать тысячу испытаний. Из этой тысячи сломались тридцать две.

— Барт, продиктуй Джине рапорт и отправь его в первый корпус как можно быстрее, а я пойду и побеседую с Маултоном. Думаю, шеф службы безопасности мне обрадуется, — улыбка Киннисона не предвещала ничего хорошего.

Майор Маултон был, как обычно, «на совещании», но у Ральфа не было желания ждать в приемной.

— Сообщите ему, — заявил Киннисон пытавшейся преградить дорогу личной секретарше майора, — или он немедленно меня примет, или я пойду прямиком к его начальству. У него есть шестьдесят секунд, чтобы подумать.

Маултон решил все же побеседовать с назойливым посетителем.

— Я очень занят, доктор Киннисон…

16
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru