Пользовательский поиск

Книга Пепел наших костров. Содержание - 65

Кол-во голосов: 0

И ее действительно привязали и водрузили столб на обрыве над рекой – так, чтобы он был виден и с воды и с обоих берегов.

У подножия столба курились какие-то благовония, и это было первое, что стало доставлять Жанне неприятные ощущения. Человеку, распятому на столбе, и без того трудно дышать, а тут еще этот дым, вызывающий надсадный кашель и заставляющий слезиться глаза.

Но гораздо страшнее было солнце, которое как раз только что перевалило зенит. И Жанна не знала, радоваться ей или огорчаться, осознавая, что солнечный удар неминуем и вместе с ним придет спасительное беспамятство.

Однако она была еще в сознании, когда у подножия столба поставили на колени первую девушку, согласившуюся произнести ритуальную фразу:

– Пусть это будет лишь меч и позволь мне умереть быстро.

Обнаженная, со связанными за спиной руками и завязанными красной тряпкой глазами, она стояла на коленях лицом в сторону реки, и со столба было видно, как она дрожит. Ей тоже было страшно умирать.

И Жанна поймала себя на мысли, что мгновенная смерть даже страшнее медленной.

Распятую предводительницу валькирий все еще не покидала надежда на спасение, которая только усиливалась от осознания того, что Григораш жив и где-то рядом. В том, что Дарью освободил именно он, Жанна нисколько не сомневалась, и это доказывало, что рыцарь Вереска и Трилистника вполне боеспособен.

А у девушки с завязанными глазами, над которой Пантера занес свой меч, никакой надежды уже не было. Тонкий свист клинка, и голова, пролетев несколько метров по воздуху, падает на крутой склон и катится по обрыву вниз к воде.

Жанну передернуло, к горлу подступила тошнота, голова закружилась, и она потеряла сознание.

65

Так вообще-то не бывает и по теории вероятностей такого случаться не должно, однако в жизни случается и не такое, в связи с чем ученые изобрели гипотезу, согласно которой законы теории вероятностей неприменимы для разумных существ. А теологи немедленно взяли эту гипотезу на вооружение в качестве доказательства бытия Божия.

В самом деле – каждый, наверное, может припомнить такие случайные совпадения, которые при ближайшем рассмотрении выглядели весьма странными и в корне противоречили теории вероятности.

Именно это и произошло с обладательницей выдающегося бюста после того, как Григ о'Раш, славный рыцарь Вереска и Трилистника, раненый в грудь настолько удачно, что не был задет ни один жизненно важный орган, прикончил пыхтевшего на ней боевика и разрезал путы на ее руках и ногах.

Григораш порывался искать Жанну, но быстро понял, что после того, как Дарья своим воплем подняла на ноги весь отряд Пантеры, эти поиски могут иметь только один конец – он и Жанну не спасет, и сам погибнет. Поэтому Григ обратился в бегство и утащил Дарью за собой.

В джунглях их ждала лошадь. Королева вынесла двоих, и они долго скакали по лесу в кромешной тьме. Преследователи давно отстали, но Григораш даже не помышлял об отдыхе. Хуже того – чтобы не загнать лошадь, рыцарь Вереска и Трилистника заставил Дарью спешиться и бежать бегом. Он, впрочем, бежал рядом, держа Королеву под уздцы.

На рассвете, когда Дарья уже падала с ног от усталости, они встретили первых людей.

И надо же такому случиться – среди этих людей был старый любовник Дарьи Саня Караваев, бывший дальнобойщик, а ныне караванщик, который с отрядом и грузом направлялся в сторону Москвы. Он должен был доставить в город золото, а оттуда привести новую партию девушек, похищенных в Москве и ее окрестностях.

Дарья, разумеется, кинулась ему на шею, и Караванщик, выслушав ее сбивчивый рассказ, охотно согласился помочь валькириям. Но, конечно, не из чистого альтруизма, а с выгодой для себя.

Доставлять девушек из Москвы тяжело и опасно. Вечно случаются какие-то эксцессы.

То какая-нибудь красавица соблазнит охранника и он подрежет ей веревки, то не в меру стыдливая пленница доползет до края плота и назло всем утопится несмотря на отчаянные попытки ее спасти. А еще изредка – но чем ближе к Москве, тем чаще – попадаются банды отморозков, которые не признают никаких авторитетов и плевать хотели на Шамана. И в стычках с ними случаются потери, а иногда приходится даже бросать добычу, чтобы сохранить своих бойцов.

– Я же не камикадзе, – оправдывался в таких случаях Караванщик, и Шаман принимал его оправдания, потому что другого караванщика у него не было. Этот по крайней мере был верен и умел держать в узде многочисленных подчиненных.

А тут вдруг такая удача. Больше десяти девушек совсем рядом, на своей территории. И Пантера, как пить дать, порубит им головы, если не что-нибудь похуже.

Этого никак нельзя допустить!

– Ты ведь спасешь их, правда? – с надеждой вопрошала Дарья.

– Здесь ничто не делается даром, – честно ответил ей Караванщик. – Спасение придется отрабатывать. Иначе меня просто не поймут.

– Мы отработаем, – пообещала Дарья. – Сделаем все, что захочешь.

– Да нет, тебя я к себе возьму. Ты ведь не против, правда? А вот насчет остальных…

Он не договорил. Дарья пыталась расспрашивать, что же будет с остальными, но Караванщик ограничился неопределенным ответом:

– Там посмотрим. Сначала надо забрать их у Пантеры.

Григораш, который слышал весь этот разговор, и перебросился парой слов с людьми Караванщика, вскоре исчез куда-то вместе с лошадью.

Поначалу он принял Пантеру за обычного похитителя женщин или охотника за золотом, и уходил от погони без всякой задней мысли. После неудачной попытки спасти Жанну без всякого плана – за счет быстроты и натиска – он решил все получше обдумать и найти подмогу.

Подмогу он нашел, но, поговорив с несколькими людьми, понял, что времени нет совсем. Тем более, что Караванщик намекнул, что даже его многочисленному отряду понадобится подмога, чтобы наверняка справиться с Пантерой. И это при том, что Караванщик не собирался с Пантерой драться, а хотел лишь дипломатическим путем убедить его отдать девушек.

А еще Григораш гораздо лучше Дарьи понял намеки относительно того, что ленчей даром не бывает. И сообразил, что Жанну придется спасать не только от маньяка Пантеры, но и от местных рабовладельцев.

Он во весь опор скакал назад, к тому месту, где ночью был лагерь Пантеры, а Караванщик в это время посылал гонцов к Шаману.

– Шамана нет в ставке, – заметил кто-то. – Он еще не вернулся из города.

– Тогда к Клыку, – сказал Караванщик не без сожаления. С Шаманом он еще мог договориться, чтобы не ставить валькирий на торги, а назначить им отработку прямо в ставке, и когда выручка достигнет размеров, сопоставимых с ценой средней пленницы, отпустить девчонок с миром. Но Клык на это ни за что не согласится. Тут даже говорить не о чем. А без помощи Клыка с Пантерой не совладать.

Оставив золото под охраной небольшой части отряда, Караванщик повел весь свой караван налегке туда, куда указывала Дарья. Найти дорогу было просто – река служила превосходным ориентиром.

Шли пешком. У Караванщика были лошади, целых три, но на одной гонец ускакал в ставку, а на двух других люди Караванщика поскакали вперед, чтобы объявить Пантере приказ остановить казнь. Караваев рискнул воспользоваться именем Шамана, зная, что это единственный человек, чей авторитет Пантера хоть немного, но признает.

Однако всех обогнал Григораш. Он издали увидел Жанну, висящую на столбе, и попытался прорваться к ней, используя внезапность. Со стороны это было похоже на схватку одного из трех мушкетеров с двадцатикратно превосходящими силами гвардейцев кардинала.

Но люди Пантеры умели правильно реагировать на внезапную атаку. Они мгновенно рассредоточились, поставив Григораша в крайне уязвимое положение. Будь он пешим – его убили бы в первую же минуту. Будь он менее ловким наездником и метателем ножей – убили бы во вторую. Но даже при всех его достоинствах – не будь у него одного серьезного недостатка, который не в обиду ему можно назвать разумной осторожностью и причислить к достоинствам – его наверняка убили бы на третьей минуте схватки.

55
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru