Пользовательский поиск

Книга Осколок Вселенной [Песчинка в небе]. Содержание - Глава двадцать вторая Лучшие годы еще впереди

Кол-во голосов: 0

– Послушайте, мне доложили, что ваши люди идут на форт Диббурн. Мы так не договаривались. Мы не хотим кровопролития, но наше терпение имеет предел. Можете вы заставить их мирно разойтись?

– Если захочу, Ваше Превосходительство.

– Если захотите? Тогда захотите и поскорей.

– Ну уж нет, Ваше Превосходительство! – с дикой насмешкой, которая наконец-то вырвалась наружу, взвинтился секретарь. – Глупец! Ты слитком долго тянул и поэтому умрешь. Или живи рабом, но помни – это будет нелегкая жизнь.

Энниус не дрогнул. Даже в этот миг, получив самый сокрушительный удар за всю свою карьеру, имперский дипломат сохранил свою выдержку. Только серая бледность легла на лицо и как будто глубже запали глаза.

– Значит, я напрасно осторожничал? Вся эта история с вирусом – правда? – довольно безразлично поинтересовался он. – Однако вся Земля и вы вместе с ней у меня в руках.

– Ничего подобного. Это вы у меня в руках – вы и ваши люди. Вирус, который сейчас распространяется по всей Вселенной, не минует и Землю. Он уже введен в атмосферу всех имперских гарнизонов Земли, в том числе и на Эвересте, У нас, землян, иммунитет! А как чувствуете себя вы, прокуратор? Слабость? Сухость в горле? Жар? Ничего, страдать придется недолго. Антитоксин же вы можете получить только от нас.

Энниус долго молчал, и его худое лицо приобрело неожиданно надменное выражение.

– Доктор Арвардан, – холодно, с интонациями воспитанного человека заговорил он, – кажется, я должен извиниться за то, что усомнился в ваших словах. Доктор Шект, госпожа Шект, примите мои извинения.

– Спасибо, – оскалился Арвардан. – Много нам проку от ваших извинений.

– Я заслужил ваш сарказм. С вашего позволения, я вернусь на Эверест, чтобы умереть вместе со своей семьей. Ни о каком компромиссе с этим… человеком, разумеется, не может быть и речи, Прокураторские солдаты, я уверен, успеют отплатить за свою смерть, и немало землян отправится освещать нам дорогу на тот свет. До свидания.

– Подождите, подождите. Не уходите. Энниус медленно обернулся на этот новый голос. Медленно-медленно, чуть пошатываясь от усталости, через порог переступил хмурый Джозеф Шварц.

Секретарь отскочил и с внезапным подозрением уставился на человека из прошлого.

– Ну нет, – проскрежетал он, – секрет антитоксина ты от меня не получишь. Его знают всего несколько человек, и только они умеют правильно им пользоваться. Тебе их сейчас не достать, а тем временем вирус сделает свое дело.

– Не достать, – согласился Шварц, – но вирус не успеет сделать свое дело. Потому что никакого вируса нет.

Никто не понял, о чем он говорит. Арвардану пришла в голову ошеломляющая мысль. А вдруг он действительно был одурманен? Вдруг это какой-то гигантский розыгрыш, в который был втянут не только он. Арвардан, но и секретарь? Только кому это было нужно?

– Говорите скорее, – приказал Энниус. – Что вы имеете в виду?

– Очень просто. Прошлой ночью я понял, что если буду сидеть тут и слушать вас, то ничего не выйдет. Тогда я стал потихоньку внушать секретарю то, что мне было нужно… осторожно, чтобы он этого не обнаружил. Наконец он попросил, чтобы меня вывели из комнаты. Я того и добивался, дальше все было легко. Я вывел из строя конвоира и пошел на аэродром. В форте была объявлена суточная боевая готовность, и все самолеты стояли заправленные горючим и боезапасом. Пилоты ждали рядом с машинами. Я взял одного, и мы с ним полетели в Сенлу.

Секретарь хотел что-то сказать, но только беззвучно двигал челюстями. Заговорил Шект:

– Но как же вы сумели заставить пилота вести самолет, Шварц? Балкиса вы с трудом заставляли идти.

– Да, потому что делал это против воли Балкиса. Но по настроению доктора Арвардана я знал, как сириане ненавидят землян, поэтому искал пилота из сектора Сириуса. И нашел – лейтенанта Клауди.

– Лейтенанта Клауди? – вскричал Арвардан.

– Да. Вы его знаете? Впрочем, что же я спрашиваю. И так ясно.

– Еще бы. Продолжайте, Шварц.

– Этот офицер ненавидел землян так, что даже мне было трудно понять почему, а я ведь был внутри его мозга. Ему хотелось бомбить. Хотелось уничтожить их. Его сдерживала только дисциплина, не то он уже поднял бы свой самолет в воздух. Так это же совсем другое дело! Немножко внушения, маленький толчок – и дисциплина перестала сдерживать лейтенанта. По-моему, он даже не понял, что я сижу рядом с ним в самолете.

– Но как вы нашли Сенлу? – прошептал Шект.

– В мое время был такой город Сент-Луис, который стоял у слияния двух больших рек. Мы нашли Сенлу. Была ночь, но он выделялся темным пятном в море радиации, а доктор Шект говорил, что собор находится в оазисе посреди радиоактивных зон. Мы сбросили световую ракету – я, во всяком случае, так распорядился – и увидели под собой здание с пятью башнями. Оно совпадало с картиной, которую я видел в уме у секретаря… Теперь на том месте дыра глубиной в сотню футов. Это произошло в три часа утра. Никакого вируса – Вселенная спасена.

У секретаря вырвался звериный вой – такой звук мог издать разве что демон. Он подобрался, как для прыжка, и упал. С его нижней губы медленно стекала струйка слюны.

– Я его и пальцем не тронул, – мягко сказал Шварц. И задумчиво продолжал: – Я вернулся еще до шести, но знал, что нужно подождать, пока не пройдет установленный срок. Балкис неминуемо выдал бы себя. Я знал из его мыслей, что он сделает это, и ждал, чтобы он сам осудил себя, И вот он лежит.

Глава двадцать вторая

Лучшие годы еще впереди

Тридцать дней прошло с тех пор, как Джозеф Шварц взлетел с военного аэродрома в ночь, назначенную для уничтожения Галактики, а за спиной у него бешено выли сирены, и эфир трещал от приказов вернуться назад.

Но он не вернулся, пока не сравнял с землей собор в Сенлу.

Теперь он был официально признан героем. В кармане у него лежал орден «Звездолет и Солнце» первого класса – только двое человек в Галактике, кроме него, получили его при жизни.

Неплохо для старого портного.

Правда, никто, за исключением самых высших чинов, не знал, какой именно подвиг он совершил, но это неважно. Когда-нибудь это на вечные времена запишут в учебниках истории.

Под покровом тихой ночи Шварц шел к дому доктора Шекта. Город был мирным, таким же мирным, как сияние звезд над ним. Кое-где на Земле еще орудовали банды фанатиков, но их лидеры были уже убиты или арестованы, а об остальном здравомыслящие земляне позаботятся сами.

Уже шли к Земле первые гигантские корабли с нормальной почвой. Энниус повторил свое предложение переселить землян на другую планету, но земляне отказались. Благотворительность им не нужна. Земляне хотят заново создать свою планету, заново построить свой отчий дом, где зародилось человечество. Хотят своими руками убрать зараженную почву и заменить ее здоровой, и увидеть зеленый покров там, где все было мертво, и заставить пустыню вновь зацвести.

Это громадный труд, на него уйдет целый век. Ну и что ж? Пусть Галактика даст машины, пусть Галактика поставляет продукты, пусть Галактика обеспечит почвой. При ее неисчислимых ресурсах это пустяк. И потом, все это будет возмещено.

Когда-нибудь земляне снова станут людьми среди людей, будут жить на такой же, как все, планете и на равных, с достоинством, смотреть в глаза всему человечеству.

Сердце Шварца билось при мысли об этом чуде, когда он всходил на парадное крыльцо Шекта. На будущей неделе он улетает с Арварданом в великие центральные миры Галактики. Кто из его сверстников мог вот так улететь с Земли?

И он подумал о старой Земле, своей Земле, которой давно уже нет… Нет уже давно.

А ведь прошло всего каких-то три с половиной месяца.

Шварц помедлил перед тем как позвонить, прислушиваясь, о чем говорят в доме. Теперь чужие мысли звучали в ном, как колокольчики. Вот Арвардан – у него мыслей всегда больше, чем могут выразить слова.

45
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru