Пользовательский поиск

Книга О черном археологе замолвите слово. Содержание - Яна Алексеева О черном археологе замолвите слово

Кол-во голосов: 0

Яна Алексеева

О черном археологе замолвите слово

____________________

Докладная записка капитана Сергея Мирного, эсминец "Красотка".

12 марта 529 года, преследуя катер контрабандистов, сошел со струны у планеты за номером 23-678 по стандартному каталогу, именуемой Черная Земля. На нижних орбитах происходил бой между двумя катерами класса "Стремительный" и звеном внеатмосферных истребителей. Преследуемый катер попал под встречный ракетный залп и был уничтожен. Все находящиеся на нем люди погибли. В данном случае захват категорически невозможен. Эсминец одновременно с гибелью катера атаковало крыло истребителей с орбитальной базы. После приказа сложить оружие и соответствующего предупреждения, противник был уничтожен. Под залп главного калибра попали три яхты, стартующие с местного космодрома. Две уничтожены мгновенно, одна – ушла на струну прямо из атмосферы.

Считаю оправданным применение главного калибра, ибо в свалке, царящей на орбите этой планеты, невозможно маневрировать. Приближение орбитальной базы одного из неподконтрольных местным властям кланов, вооруженной планетарными мортирами, создавало определенные трудности при проведении маневра разворота. Статистические расчеты показали большую вероятность нанесения эсминцу критических повреждений (распечатка прилагается).

Петицию правительства Черной Земли о нанесении ущерба космодрому и гибели мирных граждан считаю невразумительной попыткой откреститься от безобразий, происходящих на планете. Ибо известно, что повреждения нанесены катерами класса "Стремительный" при посадке, а так называемые мирные граждане – сплошь контрабандисты и убийцы.

Сергей Владимирович Мирный, капитан, эсминец "Красотка".

В канцелярию Главного управления космофлота, орбитальная база 1-1, Метрополия.

Приписка командующего Первого флота:

Почему такой молодец – да всего капитан? Повысить за усердие. А насчет "гражданских" – туда им и дорога!

* * *

Я с обалделым интересом обозревала окрестности через внешние сенсоры катера. Куда это меня вынесло? Звезды, звезды, звезды, на глаз все – абсолютно типичные. Медленно вращаясь вокруг своей оси, наблюдаю… Звезды, звезды… Нижние и брюшные каналы обожжены и информация не пробивается на сетчатку. Двигатели молчат, заблокированы в автоматическом режиме. Обзорные экраны погасли сразу же после прыжка. Так, это катер, а я? Сознание разделилось. В затылке и висках пульсировала боль. Импланты, через которые происходило подключение к системам катера, явно перегрелись…

Без координатной сетки никак не определюсь. Переход на визуальное опознание невозможен из-за перегрузки информационных каналов. Вот ведь обещала сама себе еще год назад, что после первого же удачного дела поставлю на переходники новые импульсники! Так ведь нет! Передумала! Катер, мол, сам справится! Ой, идиотка! Вот теперь он в шоке, и в ближайшее время никуда двинуться не сможет. Нежный, дери его Полковник! В прошлый раз, помнится, почти неделю просидели на орбите! Так то у обитаемой планеты, с запасом топлива и продовольствия, и, что самое главное, полными компрессорными баллонами. А сейчас… Ой, как болит голова! Сейчас половина сенсоров выбита при атмосферном рывке, покрытие обгорело, половина энергии утекла через пробоину в защитном кожухе. Схай, конечно, восстановится, но на это нужно время, причем много! Но его нет! И запасов никаких нет! Я же собиралась на орбиту Маарики, за заказами! А попала! Слов нет, одни эмоции!

В эфире царила подозрительная тишина… Причем на всех частотах! Уж на что у меня схема мощная, расширенная, ловящая даже переговоры Метрополии. А тут… ой, плохо. Вздохнула и открыла глаза, переключаясь на собственное зрение. Здесь, кажется, все в относительном порядке, разгерметизации нет. И все равно я умница, что таки одела защитный комбез! Потому что холодно. Вся энергия уходит на латание поломок, не до обогрева. Передняя панель мерцала фиолетовыми огнями тревоги. Да, да, раздраженно дернув лежащими на подлокотниках пальцами, подумала я, знаю. У нас проблемы. Унифициант, подключенный к блокам катера, судорожно перебирал варианты координат. У… этому тоже надо было мощности добавить! И памяти… и подключение к сети не помешало бы. Вот выберусь отсюда…

Почему, интересно, на выходе так тряхануло? Врезались во что-то? Во что?? Каким должно быть мое невезение, чтоб наткнуться при выходе со струны на нечто крупное. Прыжок был случайный, по свободному вектору, да еще и прямо из атмосферы! По всем законам он должен был быть коротким и окончиться на стыке полей двух ближайших звезд. Ну-ну, что-то не похожи эти места на окрестности Черной Земли… Ух, как вставать не хочется, а придется! С чем – то мы намертво сцепились, судя по динамике вращения… причем в мертвой зоне. И теперь проще вручную запустить стыковочный узел и посмотреть, чем разойтись. Та-ак, отключаемся…

Тонкие шнуры нейроконтактов послушно отсоединились от висков и затылка и скользнули в подголовник. Я поднялась с ложемента, потягиваясь и раздраженно шипя. Спина ныла… Давно надо было поменять этот ложемент на стандартный, да все руки не доходили. Схеениджи, все-таки не совсем гуманоидны, и форма лежанки с выемкой для спинного гребня, скажем, не совсем удобна! Да вот блин, уж года три, как я на Схае этом летаю, а все никак! А почему никак? Потому что для перенастройки и подключения стандартного ложа потребуется полное десятичасовое погружение. А откат после этого такой, что врагу не пожелаешь. До сих пор меня от одной мысли в дрожь бросает… в прошлый раз не меньше двух суток корежило. Вот после того случая я даже при раскопках полного погружения стараюсь не допускать. При моей работе слишком опасно терять контроль над ситуацией.

Пальцы нервно подрагивали, тело не желало приходить в себя после нейрошока неконтролируемого полета. Ну и свалка случилась!! Еле ушли! Эти кланники совсем обнаглели, выяснят отношения под носом эсминца Метрополии! Не зря я по большей части работаю в одиночку.

Сделав шаг, поняла, что все еще хуже. Ноги не слушались, заплетались одна за другую, не желая выполнять простейшие команды мозга. Мне только командного замедления для полного счастья не доставало! Это такая вредная штука, в основном происходящая с нейропилотами после перегрузок или… сражений. Нервная система, через которую были пропущены огромные массивы информации о состоянии корабля, в основном весьма болезненно воспринимаемой организмом, хотела отдохнуть, и доносила команды от мозга к органам и обратно с заметным замедлением. После такого шока надо не меньше суток в себя приходить! И не будь мне вживлен нанорегулятор насильственных сердечных сокращений и дыхания, лежала бы сейчас и остывала. Вообще-то не обязательно, конечно, я на подсознательном уровне контролирую все процессы организма. Но это не моя специализация, могу и начудить чего-нибудь. Так что страховка не помешает.

Мда… оглядевшись, поняла, что деваться-то некуда. Придется идти. Веретенообразную рубку освещали только тревожные огни пульта, унифициант, единственное чудо человеческой техники, которое получилось подключить к катеру, уже погас, огорченно пропищав нечто нецензурное в качестве извинений. Нет, он не разумен, просто программу раскодировки с языка схеениджи я составляла лично, а потом забыла подчистить словарный запас.

Обзорные экраны, занимающие все пространство над ложементом, были темны. Ну да, проецирующие сенсоры тоже накрылись. Угу… и панель ручного управления на подлокотниках потускнела. Полетели какие-то биосхемы, наверное… Оставалось надеяться на чудо регенерации. Если энергии хватит. Ну-ну, оптимизмом от меня так и веет! Встать… Медленно шагнуть с помоста на пружинящий губчатый пол рубки. Еще шаг, еще… миновать ложемент пассажира. Мембрана сыто хлюпнула, выпуская меня в короткий, залитый красным светом коридор. Герметизация в норме… кажется. Направо – маленькая каютка с кухонькой, налево – проем, ведущий в святая святых, двигательный и центральный отсеки. Миновала пустой зальчик с бело-голубым кристаллом посередине. Это мозги катера, одновременно компьютер, база данных и черт знает еще что. В двигательный я даже и заглядывать не стала, потому что над мембраной мерцала тревожная фиолетовая полоса. Излучение, причем жесткое, разгерметизация, утечка из компрессоров, пробоина в кожухе компрессоров и корпусе… Похоже, именно этим боком мы и приложились обо что-то куда более крепкое, чем наше покрытие. Брр, ощущения при этом были, будто меня в кипяток окунули. Жуть…

1
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru