Пользовательский поиск

Книга На море и на суше. Содержание - Евгений Бенилов На море и на суше

Кол-во голосов: 0

Евгений Бенилов

На море и на суше

1

Я прихожу в себя и слышу громкий, ровный гул – открываю глаза и вижу песок. Он почему-то в сантиметре от моего носа. Ага, понимаю: я лежу ничком, уткнувшись лбом в подвернутую руку… кажется, на пляже.

На пляже?

Я поднимаю голову и вижу полоску желтого песка, отороченную вереницей шевелящихся на ветру пальм. Справа от меня бьются волны, выбрасывая длинные пенистые языки. Сверху висит темно-синее, южное небо. Яркое солнце жжет спину.

Я встаю на ноги и с удивлением рассматриваю свой купальник: красный треугольник внизу, два лоскутка наверху. Совершенно не в моем стиле… как я могла такое купить?

А где Димка?

Я смотрю по сторонам, но на пляже – до самого горизонта – никого. Оборачиваюсь, но моего жениха нет и там… зато я вижу Арабеллу. Стрекоза парит перед моим лицом: полуметровые крылья слились в кисейную пелену, в огромных фасеточных глазах блестят солнечные блики. Я хлопаю в ладоши, и она послушно садится мне на плечо… от прикосновения цепких лапок становится щекотно.

И тут, словно по волшебству, в памяти оживает целый пласт событий: вот мы с Димкой приезжаем на курорт, вот грузим чемоданы и клетку с Арабеллой в такси, вот селимся в отель…

Но как я оказалась одна на пустынном пляже?

На мгновение задумываюсь, и в памяти всплывает еще один пласт: мы уже неделю отдыхаем, таскаясь каждый день на городской пляж, – и вокруг люди, люди, люди… прямо как сельди в бочке. Тогда я предлагаю съездить в южную часть полуострова. Мы берем напрокат машину: Димка ведет, я смотрю по карте и говорю, куда ехать; Арабелла стучит крыльями в своей клетке. Наконец мы приезжаем на место, выпускаем стрекозу, оставляем машину на обочине и пробираемся по дюнам к пляжу. Купаемся у самого берега (нас предупредили, что здесь, на юге, водятся водомерки и прочая морская нечисть). Потом закусываем бутербродами, пьем холодный сок из термоса и идем гулять вдоль моря.

А что дальше?..

Арабелла трется о мою щеку, ласково покусывает за ухо. Ветер ерошит волосы, небольно бьет песком по ногам. Легкие перистые облачка летят по синему небу. Я в растерянности выдергиваю из памяти разрозненные картинки: вот Димка от избытка сил встает на руки и идет, оставляя на мокром песке смешные лапчатые следы. Вот он пытается научить меня ходить на руках: я отбиваюсь и пронзительно визжу – Арабелла мечется над нами, не зная, нужно ли защищать хозяйку…

А что потом?

Потом произошло что-то плохое…

Сердце мое замирает, словно сжатое чьей-то холодной, костлявой рукой, – я опускаюсь, почти падаю на песок. Арабелла взлетает, затем опять пристраивается мне на плечо.

Закрываю глаза, вспоминаю.

Взявшись за руки, мы с Димкой идем по пляжу, и вдруг на горизонте возникает точка. Мы подходим ближе – точка превращается в катер: он стоит у самого берега, с высокого борта на песок брошен трап. По трапу спускается статная высокая брюнетка в ярко-синем платье и идет навстречу. Взгляд ее прикован к Димке – я немедленно беру его за руку и, склонив голову, касаюсь виском его плеча (что на женском языке означает: «Руки прочь от моего жениха!»). Однако бесстыжая брюнетка продолжает таращиться на Димку. Я скашиваю глаза и обнаруживаю на лице последнего глупую ухмылку: рот до ушей, хоть завязочки пришей… ну, погоди – вечером на дискотеке назло пойду с тем спортсменом танцевать, что вчера домогался. Тут-то ты и сгоришь от ревности, женишок!.. Димка оборачивается ко мне, и я поспешно отвожу глаза.

Брюнетка приближается, так что я могу разглядеть ее как следует: надменное холеное лицо, длинная шея, шикарное платье (совсем простое, но видно, что стоит кучу денег); крошечные босые ступни с фиолетовыми ногтями тонут в песке. Руки она держит как-то не по-женски: левая прижата к телу, правая – за спиной.

А когда до нас остается метров пять, правая рука брюнетки выныривает из-за спины: я вижу направленный на меня пистолет. Вернее, не пистолет, а парализатор, ибо заканчивается он не дулом, а двумя электродами.

Мы с Димкой врастаем в песок… краем глаза я замечаю на его лице недоумение.

Тр-р-р…

С электродов парализатора слетает молния и ударяет меня в грудь: ноги подламываются, я валюсь вперед, лицом вниз. Слышу Димкин голос: «Вы что, рехнулись?..» Но тут еще один разряд бьет меня в спину, и поток воспоминаний обрывается.

Я открываю глаза, и мой взгляд натыкается на отпечаток ноги на влажном песке. Отпечаток больше моего: здесь ступил Димка. А вот еще один, поменьше… от злости у меня кружится голова. Проклятая брюнетка!.. Я иду по ее следу, как ищейка, – но вскоре тот теряется. Ага, здесь они поднялись на катер.

Я поднимаю взгляд, но катера нет: пока я валялась без сознания, тот, ясное дело, уплыл. Я всматриваюсь в море и вижу остров; рядом – маленькое белое пятно. У меня на глазах катер приближается к острову, сливается с белой полосой прибоя и исчезает. Наверное, причаливает к берегу.

Неужто брюнетка столь глупа? Неужели не побоялась, что я приду в себя и прослежу за ней?..

Наверное, она остановилась на этом острове ненадолго – ну, там подобрать сообщника или еще что-нибудь. А потом двинется дальше… надо немедленно оповестить полицию! Пока брюнетка не скрылась!

Но как я доберусь до полицейского участка? Ведь я не умею управлять машиной! И позвонить не могу – мобильный остался в гостинице… да и сигнала здесь, скорее всего, нет.

В глазах у меня закипают слезы: дура я, дура, дура, дура! Ведь предлагал же Димка научить меня водить!

Что ж, придется идти к дороге и голосовать.

Делаю несколько шагов… и останавливаюсь. Пытаюсь вспомнить, много ли видела машин по пути сюда, – две—три, не больше. Насколько я помню карту, в этой части полуострова селений нет.

В отчаянии валюсь на песок. Пока я буду мотаться за полицией, ненавистная брюнетка увезет моего жениха неизвестно куда. И убьет его, наверное… или соблазнит! Ведь мужики такие слабые: увидят смазливую бабенку и сразу пускают слюни, – отчаяние у меня сменяется злостью. Я представляю, как подкрадываюсь к гадине и, прежде чем та хватается за парализатор, вцепляюсь ей в волосы!..

Господи, на что я теряю драгоценное время?!

Я вскакиваю на ноги, пытаюсь оценить расстояние до острова – может, километр, а может, и все три: ориентиров нет, понять трудно. Ладно, разберемся – ведь я хорошая пловчиха, даже выступала за сборную МГУ… в любом случае выбора нет: если бежать за подмогой, брюнетка улизнет – и кто тогда спасет Димку?

Я подхожу к линии прибоя и пробую ногой воду.

2

Я открываю глаза и медленно, с усилием сажусь – в задницу впивается что-то острое. Внутри черепа бьют колокола… пытаюсь встать, но голова кружится, и я валюсь на бок.

Черт!.. Что со мной?!

Упираясь руками в битый кирпич, встаю на четвереньки. Справа от меня высятся развалины церкви, слеза – выгоревший сквер (от деревьев остались обугленные пеньки: видать, кто-то поработал огнеметом). Прямо по курсу я вижу кучу мусора и, на самой верхушке, муравья. Несколько секунд тупо разглядываю его… наконец понимаю: это – Чапай.

– Чапай! – зову я хрипло. – Иди сюда, насекомый!

Муравей подбегает и, негромко стрекоча, тычется мне в лицо.

Преодолевая головокружение, встаю, ощупываю череп. На лбу обнаруживается огромная шишка.

А где Нюта?..

С кряхтением сажусь на поваленный столб, закрываю глаза и массирую веки. Пытаюсь вспомнить… в голове мелькают лишь разрозненные картинки: вот мы с Серегой копаемся в развалинах музыкальной фабрики, вот находим почти не поврежденную арфу… нет, это было утром. Вот обмениваем арфу на мешок турнепса и двух копченых улиток… в памяти всплывают бородатые рожи крестьян и запах навоза – ага, это на Тамбовском рынке, ближе к вечеру, часов в пять.

1
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru