Пользовательский поиск

Книга Корабли времени. Содержание - 21. Состояния нестабильности колебания

Кол-во голосов: 0

20. Город на орбите

Огней тем временем становилось все большее, светили они все ярче и располагались все более упорядоченно. Штук восемь выступали ярким созвездием, опоясывая небо, а остальные, очевидно, прятались за горизонтом.

Тонкие лучи ощупывали пространство, протягиваясь к земле точно длинные чуткие пальцы. Их движения были ровными, так что за ними можно было проследить — и тут я понял, что становлюсь свидетелем грандиозного инженерного проекта.

Через несколько секунд (пока я размышлял) они исчезли в мутном тумане на горизонте, словно свечи, задутые ветром. Я смотрел в небеса и гадал, что там могло случиться — может быть, катастрофа на борту станции? Но не успел я подумать об этом, как новая станция заняла это место, вспыхнув ровным свечением.

— Глазам своим не верю, — сказал я морлоку. — Неужели они протянули кабели с самой поверхности Земли до Космоса?

— Похоже, — отвечал морлок. — Если перед нами не способ беспроводной передачи энергии на расстояние. Помнится, такими опытами занимался Тесла. Видимо, перед нами конструкция космического лифта, связывающего Землю со станциями на орбите.

При мысли об этом я усмехнулся:

— Космический лифт! Представляю себе зрелище: подниматься сквозь облака, а потом среди звезд, созерцая молчаливое великолепие Космоса. Думаю, там все устроено так, что голова не закружится.

— Да уж, наверное.

Тут я стал замечать, что и между станциями пересекаются какие-то лучи. Вскоре они соединились прямо у меня на глазах с кольцо, опоясывающее земной шар по орбите. К сожалению, пролетая сквозь время, мы не могли увидеть подробностей этого увлекательного зрелища.

Тем временем на земле, в отличие от небес, не происходило каких-либо заметных или впечатляющих изменений. Первый Лондон словно бы застыл, закоснел, приняв свою окончательную форму. Отдельные здания замерли, очевидно, становясь многовековыми и фундаментальными, в то время как другие исчезали бесследно или ежесекундно перестраивались. Воздух стал плотным, море — серым, и Земля, похоже, окончательно опустела, ибо небеса стали более удобным и надежным приютом человеку.

Я обсудил такую возможность с морлоком.

— А что, — пожал он плечами, — вполне может быть. Не забывайте, что прошло более миллиона лет со времени основания колонии Хилари Бонд и ее людей. Народа. За такое время могли произойти глобальные изменения — причем не только в социуме, но и в анатомии существ. Называющих себя людьми. — Хм, проговорил я. — Вообще-то, конечно, да, но…

— Что — «но»?

— "И все же Солнце по-прежнему светит" — ручаюсь, он не сразу понял. Откуда цитата. — Все же не надо так сближать человека с морлоком. Пусть у них и есть аппараты для космических путешествий, но солнца они не прятали под колпаком.

— Конечно, — и он воздел бледную ладонь к небесам. — Они устроили кое-то почище того.

Я повернулся, чтобы посмотреть, на что он показывал. Это был тот же орбитальный горд, но уже за время, пока мы перебрасывались словами, он успел увеличиться в несколько раз, более того, он разрастался прямо на глазах. Гигантские скорлупы — вразброс, по тысяче миль в поперечнике отросли от линейного города, точно плоды на ветке. Потом они эти скорлупы стрельнули в землю огнем и исчезли, свет этот продолжался несколько тысяч лет, по моим представлениям.

А скорлупки, само собой, были большими космическими кораблями.

— И куда же они собрались? На Марс, Юпитер или… Для таких путешествий не нужно столько энергии. Думаю, амбиции у Нового Человечества значительно шире. С такими двигателями, наверное, для них не только земля, но и Солнечная система оказались уже пройденным этапом.

Я посмотрел вслед удалявшейся цепочке кораблей и космических станций, которыми теперь был, наверное, наводнен весь космос.

— Что скажешь, старина? — едко я спросил морлока. — Они заткнули вас за пояс?

— Думаю, просто наши амбиции ограничивались Сферой. Мы раса библиотекарей, каталогизаторов, хранителей знания. У каждой расы свое предназначение. И, потом, ограниченные ресурсы Солнечной системы. У нас столько ушло вещества и энергии на построение кокона…

Останки Нового Лондона между тем на глазах становились дотлевающим музеем, в котором уже никто не жил. К тому же было нестерпимо жарко, расстегнул рубашку на груди.

Нево заерзал:

— Мне кажется, — промямлил он, — только что-то уж слишком быстро…

— Что такое?

Он не ответил. Нас вдруг обдало горячей волной, как из раскрытой духовки — такого нестерпимого зноя не бывало даже в палеоцене. Руины покинутого Лондона задрожали, становясь нереальными…

И затем, ярко, затмевая солнечный свет, город плеснул огнем в небеса!

21. Состояния нестабильности колебания

Пожирающий огонь поглотил нас на долю секунды — и снова жара — невыносимая жара запульсировала над Машиной Времени, и я закричал. Но к счастью — все это длилось мгновения — город лежал вокруг тонким слоем пепла. Разнесенный ветром.

Он исчез за миг в пожаре — древний, античный город с многовековой — и даже многотысячелетней историей. Первый Лондон оказался стерт с лица Земли. Тут же на арену борьбы за существование выступили новые формы жизни — какая-то зеленая слизь выступила из-под развалин — и вскоре я понял, что это зелень начинает завоевывать окрестности. Затем на берегу моря, поближе к воде и подальше от пепла, выступили карликовые деревья с кратким циклом существования. Новая жизнь пробивалась медленно, словно не спеша выбраться из небытия и первобытности. Вскоре все обволокло перламутровым туманом, заслонив Город на орбите вместе с его смутным сиянием.

— Вот оно как, — удивленно я пробормотал. — Короткая же судьба оказалась у колонии. Как думаешь, это не война? Огонь, через который мы пролетели, бушевал здесь несколько десятилетий, пока не испепелил все дотла.

— Это была не война, — буркнул Нево. — Но катастрофа, к которой человек, несомненно, приложил руку.

Странно. Деревья, появлявшиеся рядом, быстро отмирали, буквально на глазах. Они вспыхивали и сгорали как гигантские спички и в мгновение ока исчезали. И все вокруг земля покрывалась дымом, а потом под дымом перестал пробиваться зеленый ковер из трав и цветов.

Тем временем дымные облака становились все гуще и плотнее, понемногу заслонив им Луну и Солнце.

— Что это?

— Крах экосистемы, — отвечал морлок. — Перед тем как покинуть планету, твои друзья разрушили ее окончательно.

Меня сотрясал пронизывающий холод: словно все тепло из этого мира ушло через какую-то трещину. Сначала, после такой жары, это даже освежало, но когда мороз доходит до костей, это уже не радует.

— Мы проходим фазу избыточного насыщения кислородом, — сообщил Нево, — Дома, растения, трава, даже сырая древесина в таком состоянии легко воспламенимы. Но это не надолго. Этот тлишь переход к новому равновесию среды. Пока не совершится переход от нестабильности к равновесию экосистемы.

Температура повысилась — и окружающий воздух задышал прохладой ноября. Я застегнул рубашку и запахнул куртку. У меня в глазах зарябило — это мелькали хлопья снега покрывшего землю. Вскоре вся земная поверхность исчезла под коркой инея и льда, не сменяясь сезонами — мир стал незыблемой зимней пустыней.

Земля менялась на глазах. На западе, севере и юге лежал снег. Лишь на востоке палеоценовое море заметно отступило от берегов — на несколько миль. На берегу лежал тоже лед и выброшенные на берег айсберги. Солнце и бледно-зеленая Луна по-прежнему кружились на небосклоне, а в море посверкивали приближающиеся к берегам айсберги.

Нево съежился в комок, запустив длинные пальцы под мышки, чтобы отогреться. Ноги он тоже поджал под себя, став похожим на пассажира в зале ожидания на занесенном снегом вокзале. Я тронул его плечо — оно было ледяное. Шерсть у него встала дыбом, и сам он нахохлился как птица.

78
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru