Пользовательский поиск

Книга Конец радуг. Содержание - 17 АЛЬФРЕД ВЫЗЫВАЕТСЯ ДОБРОВОЛЬЦЕМ

Кол-во голосов: 0

– Таким образом исследования не профинансировать.

– Не поймите меня неправильно, лекарства широкого спектра действия все еще приносят большой доход. Но даже их приходится подвергать индивидуальным анализам для предотвращения побочных эффектов. Лечение Альцгеймера иногда бывает неполным, но неудачи носят идиосинкрастический характер. Нет на свете другого великого поэта, у которого та же проблема, что у вас. И на сегодня лечения нет.

Этот шут хорошо умел перемежать грубые щелчки по носу с не менее грубой лестью.

– Но мы живем в век расширяющих лекарств, профессор, и многие из них – разового действия. Есть шанс, и очень хороший шанс, что лаборатории можно заставить найти лечение для вас.

Магия. Но что, если такое па самом деле возможно? Мы же в Будущем, и я снова жив, и может быть… Роберт почувствовал, как зарождается в нем надежда, и не мог ее подавить. Я у этого гада в руках. Я знаю, что он меня использует, но мне плевать.

– И с кем же я заключаю сделку, о Таинственный Незнакомец?

Вопрос был на проигрыш, но Роберт не удержался.

– Таинственный Незнакомец? Гм… – Пауза. Наверняка этот параграмотный смотрел справку. – Слушайте, да вы же с первого разу угадали мое имя! Таинственный Незнакомец. Очень удачно.

Роберт скрипнул зубами.

– И я так понимаю, что за вашу помощь я должен буду расплатиться чем-то незаконным или опасным.

– Определенно незаконным, профессор. И в чем-то опасным – для вас. То, что может вас вылечить, станет прорывом на неизвестную пока медицине территорию. Но в то же время оно того весьма стоит, как по-вашему?

Да!

– Возможно. – Роберт старался говорить небрежно и спокойно глядеть в пустоту рядом с собой. – И какова цена? Чего вы от меня хотите?

Незнакомец рассмеялся:

– Да вы не беспокойтесь! Мне просто понадобится ваша помощь в проекте, в котором вы и без того участвуете. Продолжайте встречаться со своими друзьями из библиотеки университета Сан-Диего. Следуйте их планам.

– И держать вас в курсе этих планов?

– Нет-нет, друг мой, в этом нет необходимости. Я всеобъемлющее облако знаний. Считайте себя дроидом, который когда-то был поэтом. Так что, профессор, договорились?

– Я подумаю.

– А после этого, я уверен, подпишете.

– Кровью, наверное?

– Как же вы старомодны, профессор! Не кровью. Пока что.

Подполковник Роберт Гу-младший принес с собой работу домой. Дело в том, что все равно он думал о ней, работая в то время, которое, как они с Эллис считали, будет принадлежать им двоим и Мири. Но Мири сегодня самой нужно поучиться, а Элис… в общем, последнее ее задание было еще хуже. Она бродила по дому с суровым каменным лицом. Любой другой на ее месте давно бы умер или сошел с ума. Она же как-то держалась, иногда имитируя нечто вроде своей естественной личности и продолжая готовиться заданию. Вот почему Корпус давит на нее все сильнее и сильнее.

Боб отогнал эту мысль. Для такой жертвы есть причина. Чикаго был больше десяти лет назад. Успешного ядерного нападения на США или на любую из стран договоров не случалось уже более пяти лет. Но угроза существовала всегда. Ему все еще снились кошмары с ракетами в этом сиротском приюте в Асунсьоне и то, что он едва не сделал, чтобы их обезвредить. И как всегда, паутина гудела слухами о новых технологиях, от которых классическое оружие устареет. Вопреки вездесущей службе безопасности, вопреки усилиям Америки, Китая и Индо-Европейского Союза, риск возрастал. И еще будут места, которые светятся в темноте.

Боб пробежался по последним своим назначениям на угрозы. Что-то такое ощущалось в воздухе, и это может быть ближе Парагвая. По-настоящему плохие новости содержались в двух следующих абзацах: группа аналитиков ЦРУ считает, что индоевропейцы каким-то образом сотрудничают со злоумышленниками. Господи Боже! Если великие державы не способны толком договориться, как может человечество дожить до конца века?

Сзади послышалось движение. Это пришел отец и остановился в дверях.

– Папа?

Старик молчал. Боб сделал общий обзор своей работы видимым.

– Ох. Прости, сын. Ты работаешь? – Он прищурился на стол Боба.

– Ага. Кое-что принес с работы. Ты не волнуйся, если оно нечетко видно, его в домашнем меню нет.

– А. Я… я как раз подумал, не могу ли задать тебе пару вопросов.

Боб надеялся, что у него не слишком удивленный вид. Этот новый подход был первой попыткой. Он махнул рукой, указывая на стул:

– Конечно.

– Сегодня в школе я с кем-то говорил. Только голос. Это мог быть человек с другой стороны земного шара?

– Да. Но если бы он был очень далеко, ты мог бы заметить.

– Да. Дрожь и запаздывание.

Он что, попугайски повторяет жаргон? Отец был технически невежествен до потери рассудка. Боб вспоминал, как в дни очень-тупых-телефонов отец настаивал, что его новый беспроводной телефон – дешевая замена сотового. Мать доказала ему, что он не прав, послав Боба с трубкой на улицу, чтобы он оттуда позвонил на ее рабочий телефон в доме. Такие ошибки она совершала редко. Старик потом неделями из нее кровь пил.

Отец кивнул каким-то своим мыслям.

– Я думаю, анализ временных характеристик мог бы многое сказать.

– Да. Любой средний школьник вполне справляется по обе стороны этой игры.

А если бы ты сам все не испортил, мог бы научиться у Мири. Старик смотрел в сторону, углубившись в себя. Он волнуется?

– Тебя кто-то в школе достает, па? – Мысль об этом подавляла воображение.

Роберт зловеще засмеялся, как он умел.

– Кто-то пытается меня достать.

– Гм… а не стоит ли об этом поговорить с твоими учителями? Можешь показать журнал своей «Эпифании» с записью инцидента. Это для них стандартная проблема, они с такими все время работают.

Ответного выстрела не последовало: старший Гу серьезно кивнул.

– Я знаю, что надо было. Я так и сделаю. Но понимаешь, это тяжело. И я подумал о твоей работе… ты годы провел, решая такие проблемы, когда речь идет о жизни и смерти. И у тебя – самые профессиональные из всех возможных ответов.

Впервые за все годы жизни Боба старик сказал что-то положительное о его работе. Не иначе, как подстава!

Повисло молчание. Отец ждал с очевидным терпением, а сын думал, что сказать. В конце концов Боб рассмеялся.

– О'кей, но ответы армейских бывают излишне сильными, па. Не только потому, что мы умнее миллиардов подростков, но потому что у нас – Безопасная Аппаратная Среда. На нижнем уровне мы управляем всем железом.

Если не считать подпольных фабрик и тех, кто употребляет аппаратуру не по назначению.

– Тот, с кем я говорил сегодня, описал себя как «всеобъемлющее облако знания». Это блеф? Что он мог обо мне узнать?

– Если этот хмырь готов нарушить некоторые законы, узнать о тебе он мог много. В том числе твою историю болезни и все, что ты говорил Риду Веберу. А изучить твою ежедневную жизнь он тоже мог, следя за тобой в общественных местах, хотя это зависит от твоих настроек по умолчанию и плотности покрытия местности. Если у него есть конфедераты или зомби, он может узнать даже то, что ты делаешь в мертвых зонах, хотя информация и не придет к нему в реальном времени.

– Зомби?

– Испорченные системы. Помнишь, как было, когда я был маленьким? Почти все гадости, которые появлялись тогда на домашних компьютерах, теперь есть на носимых. И без БАС ситуация была бы абсолютно невыносимой. – Лицо у отца сделалось отрешенным – а может, он в Гугль полез. – Отец, ты не волнуйся. Аппаратура твоей «Эпифании» так же надежна, как и удобна. Ты только помни, что другим людям не стоит слишком доверять.

Роберт переваривал услышанное.

– А нет ли других возможностей? Может быть, мелкие устройства, которые на тебя способен прилепить… ребенок?

– Это да. Маленькие остолопы сейчас точно такие же, каким был я, только у них больше возможностей проказничать.

42
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru