Пользовательский поиск

Книга Конец радуг. Содержание - 10 ОТЛИЧНАЯ ТЕМА ДЛЯ ДИССЕРТАЦИИ

Кол-во голосов: 0

Чамлиг все еще распространялась, как оформлять результаты в вопросы, не замечая отсутствия Хуана.

Кто следующий? Роберт Гу. На миг Хуану показалось, что он взял не тот вьюпойнт. Он покосился вправо, где сидели раз-ватины из «обучения взрослых». Роберт Гу, докторская степень по литературоведению. Поэт. Он сидел с этими клячами, но выглядел не старше семнадцати лет! Хуан снова прикинулся, будто внимает миз Чамлиг, а сам взял крупный план новичка. Гу был худой, почти тощий, и высокий. Кожа гладкая, без пятен. Но вид у него был такой, будто он потеет. Хуан рискнул заглянуть наружу, в медицинские справочники. Ага! Симптомы лечения Венна-Куросавы. Доктор Роберт Гу оказался счастливчиком, одним на тысячу, кто полностью отзывается на магию омоложения. С другой стороны, Хуану показалось, что на этом его везение и кончилось. Доктор Гу был совершенно непингабелен. На столе у него лежала смятая обзорная страница, но он ею не пользовался. Много лет назад этот человек был куда известнее, чем Сю Сянь, но сейчас он куда больший неудачник… А что такое «Деконструктивный ревизионизм»? Ага, ну точно не из списка Большого Ящера. Хуан отправил имя в мусорную корзину. Стоп, погоди-ка, он еще не проверил семейные связи Гу. Он дал запрос – и вдруг беззвучное сообщение огненными буквами повисло у него перед глазами:

Чамлиг – » Ороско: «sm» Tы целый день играешь в игрушки, Хуан! Если не хочешь следить за уроком, можешь отказаться от курса! «/sm»

Ороско – » Чамлиг: «sm» Простите! Я больше не буду! «/sm»

Он тут же приостановил запрос, прервал сеанс внешней связи и повторил последние несколько минут ее речи, отчаянно стараясь их отрезюмировать. Обычно Чамлиг задавала каверзные вопросы, но сегодня она впервые одернула его смингом.

И что самое интересное, сделала это в краткой паузе, когда все остальные думали, будто она просто глядит в свои записки. Теперь Хуан смотрел на нее с возросшим уважением.

– Ты не думаешь, что слегка пережал с мальчишкой?

Кролик сегодня пробовал новую внешность на основе классических иллюстраций к «Алисе в стране чудес», дополненных гравировальными штрихами. Эффект на трехмерном теле получался дурацкий.

На Большого Ящера это не произвело впечатления.

– Тебе там делать нечего. Хуан мой непосредственный аффилиат, а не твой.

– Тебе не кажется, что ты слишком чувствителен? Я просто проверяю на местах глубину моей аффилиации.

– Ну так не лезь. Хуану эти уроки нужны.

– Разумеется, я разделяю твои благородные мотивы. – Кролик осклабился ящерице самым жульническим образом. – Но ты его отрезал как раз тогда, когда он глядел на нечто, особо для меня интересное. Я тебе дал превосходнейшую аффилиацию. И если хочешь, чтобы я и дальше тебя поддерживал, будь добр сотрудничать.

– Слушай, ты! Я хочу, чтобы мальчик искал сам, но чтобы ему при этом влетело, мне не надо.

Голос ящерицы замер, и Кролик подумал, не решила ли Чамлиг все-таки передумать. Впрочем, не важно. Кролик развлекался, распространяясь по общественной сцене Южной Калифорнии. Рано или поздно он сообразит, с чем все-таки связана порученная ему работа.

05

«БАС» ДОКТОРА СЯНЬ

Урок труда – самый любимый урок Хуана Ороско. Мастерская – как призовая игра, где можно потрогать реальные устройства, подключаться к ним. Такие штуки, за которые в «Пирамид-Хилл» надо платить деньги. А мистер Уильямс – это вам не миз Чамлиг. Он позволял ученикам следовать собственным склонностям, но никогда не нудил потом, что ты ничего не сделал. Однако получить «А» у Рона Уильямса практически невозможно – он был на удивление старомоден.

Для Хуана урок труда был еще и самой удачной возможностью продвинуться с проектом Большого Ящера, по крайней мере – со старперами и фриками, помешанными на своей «прайвеси». Он бродил вокруг большой палатки устройств с видом последнего идиота. В дипломатических играх Хуан никогда не преуспевал, а сейчас ему приходилось охмурять стариков. Или хотя бы пытаться.

Сю Сянь действительно оказалась приятной дамой, но сейчас она сидела за стендом аппаратуры и читала свою обзорную страницу. Перед ней лежал список деталей, отформатированный как печатный каталог.

– Когда-то я эти штуки знала, – сказала она. – Посмотри вот на это. – Она показала на раздел своих музейных страниц. Там было написано: «Безопасная аппаратная среда Сянь». – Вот эту систему я проектировала.

Хуан только подал реплику:

– Вы – специалист мирового класса, доктор Сянь.

– Да, но… я даже принципов этих новых компонентов не понимаю. Они больше похожи на дерьмо, чем на уважающие себя оптические полупроводники. – Сянь стала читать описание продукта и запнулась на третьей строке. – Что такое избыточное заграждение?

– А! – Он просмотрел тему, увидел указатели в джунгли понятий, лежащих в основе. – Вам не нужно знать про «избыточное заграждение», мэм. Для этого курса – не нужно. – Он показал на описание продукта на обзорной странице у Сянь. Изображение лежало камнем, не отвечая на его жест. – Перейдите на несколько страниц вперед, и там вы найдете то, что у нас в классе доступно. Смотрите в разделе… – ну и противно же формулировать навигацию словами! – …в разделе «развлекательные функциональные композиции», и оттуда дальше. – Хуан показал, как с помощью визуальной страницы идентифицировать локальные детали. – Все понимать для этого не нужно.

– А! – Несколько секунд она поиграла с возможностями, потом загрузила с полдюжины компонентов. – Это как в детстве: делать, не понимая.

Но потом доктор Сянь стала складывать детали конструктора, и у нее получалось отлично, когда Хуан показал ей, как находить спецификации интерфейсов. Некоторые описания вызывали у нее смех.

– Сортировщики, сдвигатели. Полупроводниковые роботы. Ей-богу, я бы из этого могла резак сделать.

– Я этого не вижу. – Резак? – Вы не волнуйтесь, вы ничего не испортите.

Не совсем правда, но почти. Хуан сидел и смотрел, сделал пару предложений, хотя на самом деле не очень понимал, что она задумала. Но достаточно, чтобы установить раппорт. Он поставил птичку в своем дипломатическом списке и перешел к следующему этапу.

– Доктор Сянь, а вы поддерживаете связь с вашими друзьями в «Интеле»?

– Это было давно. Я ушла в отставку в 2010 году. А во время войны я даже работу консультанта получить не могла. Просто чувствовала, как ржавеют мои умения.

– Альцгеймер?

Он знал, что Сю Сянь намного старше, чем выглядит, даже старше Уинстона Блаунта.

Сянь помолчала, и Хуан на миг испугался, что он ее всерьез рассердил. Но она всего лишь тихо и грустно засмеялась:

– Нет, не Альцгеймер, не слабоумие. Вы… вообще сегодняшние люди просто не знают, что это значит – быть старой.

– Я знаю! И мои дедушки и бабушки еще живы. И у меня есть прадед в Пуэбла. Он много играет в гольф. А прабабка – вот у нее слабоумие, знаете, из тех, что до сих пор лечить не умеют.

На самом деле прабабушка выглядела не старше доктора Сянь, и все считали, что ей здорово повезло. Но в конечном счете это значило только одно: она живет достаточно долго, чтобы нажить что-то такое, чего точно не умеют лечить.

Доктор Сянь только покачала головой.

– Даже в мои времена не все становились сенильными – в том смысле, в котором вы это понимаете. Я просто отстала в своей профессии. Моя возлюбленная умерла. Какое-то время мне было все равно. У меня сил не было переживать. – Она посмотрела на устройство, которое пыталась собрать. – Сейчас у меня сил не меньше, чем когда мне было шестьдесят. Может быть, даже остался тот же природный ум. – Она хлопнула ладонью по столу. – А гожусь я только, чтобы играть в кубики «Лего»!

Казалось, она вот-вот заплачет прямо посреди урока. Хуан посканировал вокруг – никто, кажется, не смотрел. Он потянулся, чтобы взять Сянь за руку.

Он не дал ей ответа – миз Чамлиг сказала бы, что он не дал правильного вопроса.

15
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru