Пользовательский поиск

Книга Кольцо Харона. Содержание - 8. Плач по Земле

Кол-во голосов: 0

— Черт побери, Тайрон, я видел это своими глазами, и вместе со мной это видели еще двадцать восемь человек.

— Это чушь. Чушь. Оптический обман.

— Докажите. Буду рад, если ошибся, — сказал Люсьен.

— И докажу, — ответил Веспасиан. — Настрой этот пульт на поисковый радиолокатор.

Он нашел кнопку на прикрепленном к поясу приборе внутренней связи. — Поисковый радиолокатор, это Веспасиан, — заговорил он в головной телефон. — Джейни, отложи на минуту другие дела и пошли мощный поисковый импульс на Землю. Да, сейчас же. Мне плевать, какая у тебя загрузка, делай, что велят.

Люсьен настроился наконец на поисковый радиолокатор, появились звук и изображение.

— …адно, вот этот чертов импульс, Веспасиан, — объявил сердитый голос оператора.

На экране промелькнуло сообщение: ПОИСКОВЫЙ СИГНАЛ НАПРАВЛЕН. Сетка поиска была пуста.

И так и осталась пуста. Через десять секунд на экране вспыхнуло новое сообщение: ОТРАЖЕНИЯ НЕТ, ПРЕКРАЩЕНИЕ ПОДАЧИ ИМПУЛЬСОВ.

— Господи, что же там сломалось? — спросила оператор. — Мы должны были получить отражение через 2,6 секунды.

В ее голосе зазвучал страх.

— Мы не знаем, Джейни, — хрипло ответил Веспасиан. — Люсьен говорит, что Земли больше нет. Сделай мне одолжение, проверь аппаратуру и докажи, что он спятил.

Веспасиан отключил линию и нажал другую кнопку.

— Связь, говорит Веспасиан. Каково состояние каналов связи с Землей?

— Не работают, ни один, — ответил в микрофон чей-то голос. — Вероятно, из-за лунотрясения. Мы ищем причину.

Веспасиан согнал Люсьена с кресла у пульта управления и включил внешнюю оптическую линию. На экране возникло изображение космического пространства. Веспасиан запросил в памяти компьютера карту звездного неба, координаты Земли на этот день и ввел эти данные в камеру. Камера стала плавно отслеживать положение, строка в нижней части экрана отмечала настоящие и заказанные координаты. Когда они совпали, картинка замерла, и на ней было то же пустое звездное небо, которое Люсьен видел три минуты назад через другую камеру.

Люсьен склонился над Веспасианом и сказал убежденно:

— Я тоже не поверил бы. Просто я видел, как это случилось. Я не знаю, почему это произошло, кто или что тому виной. Но я знаю, что без земного притяжения, служащего якорем, все орбиты и траектории на миллионы километров вокруг значительно исказились. Мы должны заново вычислить орбиту каждого корабля, спутника и космического дома, пока не случилось никакой аварии. Успокойтесь и попытайтесь трезво, без эмоций посмотреть на вещи. А я пока подумаю, что нам делать дальше.

Веспасиан, казалось, готов был лопнуть от гнева, и вдруг как-то сразу успокоился. Он знал, что он деспот и грубиян, но гордился своей способностью внять голосу разума и, если это необходимо, допустить даже некоторую грубость по отношению к себе.

Земля пропала. На то, чтобы заставить людей поверить в это, у него уйдет, пожалуй, целый день. Он себя-то самого еще не заставил.

8. Плач по Земле

Хирам раз за разом прогонял повтор записи, и, послушная его воле, раз за разом исчезала Земля. Подождите-ка. Под таким углом и при таком разрешении трудно что-нибудь сказать наверняка, но это облако как будто не похоже на объемный предмет, оно скорее напоминает диск, находящийся за планетой, между Землей и Луной. Хирам следил за монитором: облако скользило вперед, в направлении камеры, отделяясь от Луны и унося с собой Землю, а потом пропадало. Пропадало вместе с Землей.

Черт, что же это за облако?

Хирам сидел один в Главной диспетчерской, склонившись над компьютерами, довольный тем, что вокруг тишина и покой и ничто не мешает его работе. Он не очень-то знал и не хотел знать, куда делись Остальные сотрудники. Талантливый физик Хирам Макджилликатти многого не замечал и не понимал.

В какой-то степени это была фамильная черта. Он был потомственным ученым, он родился в знаменитой семье исследователей Марса, и его прадед был одним из пионеров внеземных поселений.

Хирам не унаследовал ни политических талантов своего предка, ни его умения ладить с людьми, но зато старик наградил правнука своим прямодушием. Правда, Хираму в полной мере досталась еще одна, несчастливая, семейная черта — почти полная неспособность прислушаться к точке зрения другого человека.

Все сотрудники Станции были потрясены, никак не могли свыкнуться с тем, что произошло, но Хирам не был в их числе. Его не связывали, как их, тысячи неразрывных связей с Землей, он родился на Марсе и даже ни разу не был на Земле.

К тому же он был ученым-фанатиком. Исчезновение Земли значило для него лишь то, что для науки открывается широчайшее поле деятельности, и это вдохновляло.

Хирам сидел один в Главной диспетчерской, наслаждаясь тем, что все приборы и все записи сейчас в его и только в его распоряжении. Он вновь прокрутил видеозапись и набросал новые столбики расчетов.

Он попробовал просмотреть запись в инфракрасном диапазоне, но не нашел облака. В видимых лучах казалось, что оно возникает из ничего, чтобы потом пропасть вместе с Землей, но в инфракрасных оно вообще не регистрировалось, но тем не менее Земля исчезала в тот же самый момент, что и в видимых лучах.

Хирам перешел в ультрафиолетовый диапазон. Слишком ярко. Но неизвестный объект, несомненно, испускал ультрафиолетовые лучи. Впрочем, ультрафиолетовые детекторы на ВИЗОРе были намного чувствительнее инфракрасных, так что поспешных выводов делать не стоило.

Хирам вернулся в видимый диапазон и в который раз внимательно рассмотрел картинку. Конечно, ВИЗОР был задуман не как астрономическая обсерватория, и дальняя оптика, при помощи которой были получены последние снимки Земли, не обладала высокой разрешающей способностью. Жаль, но придется обойтись тем, что есть. Сверхчувствительные камеры есть на Луне, и рано или поздно он сможет увидеть их снимки.

Хирам менял яркость и контрастность в ультрафиолетовом диапазоне, пытаясь получше рассмотреть явление, но изображение оставалось очень неясным и мало о чем говорило. Черт, нужны более четкие снимки. А приходится довольствоваться снятым с большого расстояния смазанным видом Земли размером с ящик для гольфа. Хирам уже в третий раз просматривал все с начала.

Справа на экране сменяли друг друга и повторялись в различных сочетаниях характеристики излучения в ультрафиолетовом, в видимом, в инфракрасном, в электромагнитном, в радиоизлучении, а слева Земля исчезала снова и снова. Грубая методика — компьютер, без сомнения, сообщил бы результаты сравнения разных вариантов через несколько долей секунды. Позже Хирам воспользуется и компьютером. Но скорость здесь не самое главное. Хирам хотел сначала сам проделать часть работы, почувствовать тонкости, чтобы потом, когда машина выдаст свои результаты, сразу понять что к чему.

Даже без компьютера он уже нашел несколько удивительных особенностей, не заметных при поверхностном наблюдении.

Во-первых, Земля пропала не в то мгновение, когда ее коснулся гравитационный луч, а 2,6 секунды спустя, что само по себе интересно, ибо это как раз время, за которое свет проходит расстояние от Земли до Луны и обратно.

Во-вторых, одновременно с исчезновением Земли родилась первая волна мощных гравитационных импульсов, гораздо более сильных, чем луч, посланный с Плутона; импульсы шли и после того, как планета пропала. Оборудование ВИЗОРа и сейчас обнаруживало гравитационные волны там, где была орбита Земли. Источником их должен быть достаточно крупный объект, ведь для того, чтобы их вызвать, требуется генератор размером с Кольцо Харона.

В-третьих, этот визг на волне 21 сантиметр начался в тот миг, когда Земля пропала, и продолжался еще очень долго. Индикаторы направления указывали, что источник звука находился на Луне, хотя ни один известный лунный передатчик не работает на этой волне.

Все это дает веские основания предполагать, что происшествие как-то связано с Луной.

27
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru