Пользовательский поиск

Книга Формула гениальности. Содержание - 12

Кол-во голосов: 0

– Мой повелитель! – яростно и, озверев от пыла битвы, кричит Кансю. – Я же говорил, что мы победим! Мы победили!

Тут неприятельская стрела вонзается в глаз Кансю. Двумя руками он выдергивает ее и, сделав последние в своей жизни шаги, падает со словами: «Мы победили!»

В наступившей затем тишине император Такеда, уже оправившийся от последней жестокой битвы, в своей резиденции, с насмешливой улыбкой вспоминает Кансю:

– Он думал покорить весь мир. Глупец! Глупец! Глупец!

Этим трехкратным рефреном и заканчивался фильм «Знамена самураев».

В наступившей после фильма глубокой тишине Наркес и Баян молча вышли из зала, потом из кинотеатра.

– Ну как фильм? – спросил Наркес у юного друга.

– Фильм-гигант. Нет, супергигант, – ответил юноша.

– Я видел его раньше, – медленно произнес Наркес, – но я хотел, чтобы и ты посмотрел его. И увидел человека, который жертвует всем и всегда и, наконец, приносит в жертву свою жизнь. Не будем далеко ходить за примерами. Наш современник, спортсмен и психотерапевт Ханнес Линдеман, один из последователей И. Шульца, создателя системы аутогенной тренировки, трижды в одиночку пересекал Атлантический океан в надувной лодке. Ему пришлось пережить океанские штормы, галлюцинации, приступы бреда, возникавшие из-за острого дефицита сна, не раз приходилось всю ночь лежать на скользком днище перевернутой волнами лодки. Ты знаешь, что ему помогло среди всех этих трудностей? Ему помогла формула цели: «Я справлюсь!» Он зубрил ее днем и ночью, перед сном и утром, проснувшись, пока уверенность в успехе предприятия не захватила его целиком, не оставляя ни тени сомнения. Тебе тоже надо повторять эту формулу постоянно. Она должна стать не только смыслом жизни, но и самой жизнью, содержанием твоей личности, твоим вторым «я». Только когда идея цели проникнет в каждый орган, в каждую клетку, в самые глубокие подкорковые слои мозга, когда все в тебе будет твердить: «Я справлюсь!», только тогда ты справишься с любыми трудностями. Люди готовятся к свершению выдающихся дел всю свою жизнь, тебе же – первому – надо форсировать этот путь в кратчайшие сроки.

Наращивай силу психики. Великое дело нуждается в необыкновенно крепкой психике. Чем ярче индивидуальность и чем сильнее воля человека, тем меньше он подвергается воздействию извне, в том числе 'и воздействию индуктора. Так что, дружок мой, если ты поверишь мне и проявишь немного воли, ты тоже совершишь большие открытия.

Баян шел молча, чувствуя себя немного неловко рядом с Наркесом. Ученого узнавали. С разных сторон оборачивались то молодые ребята, то девушки, то пожилые люди. Под многочисленными взглядами Баян чувствовал себя неважно. Но Наркес словно не замечал внимания окружающих. Он шел спокойно, о чем-то размышляя.

Баян взглянул на водную площадь. Фонтаны уже не выбрасывали султаны воды. Обширная тихая гладь серебрилась от мерцающего света зеленых прямоугольников фонарей. Лебеди спали у маленького островка посреди воды. Влюбленные пары медленно прохаживалось у самой кромки воды.

Наркес и Баян если в метро и вернулись домой. Дома уже все спали. Друзья тоже разошлись по своим комнатам.

12

Кризис был близок. По предположительным расчетам Наркеса, апогей его должен был наступить в ближайшие десять-пятнадцать дней. Каждый день теперь он исподволь и внимательно наблюдал за Баяном. Юноша настолько похудел, что казалось чудом, что он еще держится на ногах. В психике его наблюдались временные, но ярко выраженные психопатологические симптомы, такие, как гипертрофированная возбудимость и агрессивность, чередующиеся с неистовствующей властностью – Это объяснялось максимальным содержанием в крови специфических токсических веществ, родственных фолликулину. Одновременно было ясно, что апогей чрезмерно интенсивной психической жизни приходился на период максимального сужения всех кровеносных сосудов.

Теперь надо было наблюдать за юношей особенно тщательно, ибо было неизвестно, чего следует ожидать от бурно развивающейся наивысшей фазы кризиса. В обеденное время Наркес стал регулярно приезжать домой, стараясь как можно больше быть рядом с Баяном. И приезжал с работы уже не в пять часов, а гораздо раньше.

В один из таких дней Наркеса вызвали на заседание биологического отделения Академии. К трем часам дня он подъехал из Института в Академию.

Карим Мухамеджанович встретил его на этот раз особенно радушно. Чем любезнее вел себя Карим Мухамеджанович, тем большего подвоха ожидал Наркес.

Заседание, посвященное разным текущим вопросам, окончилось без четверти пять. Академики стали неторопливо расходиться. Карим Мухамеджанович попросил Наркеса немного задержаться. Подробно расспросив его о самочувствии Баяна и почти с отеческой заботой интересуясь ходом эксперимента, он крепко пожал на прощанье руку Наркесу. И снова Наркес ощутил неприятный холодок в сердце. Не слишком ли хорошо Сартаев осведомлен о трудностях кризиса? Он знал, что бывают не только простые и честные люди, но бывают и люди-барометры, умеющие безошибочно определять духовное и физическое состояние человека, степень его материальной обеспеченности, его социальное положение в обществе и его перспективы в этом плане. Зачастую они знают о человеке больше, чем он сам о себе, потому что они лишены питающих его иллюзий. Барометры, предсказывающие погоду, могут ошибиться, но люди-барометры – никогда. В этом их сила и их величие.

И Карим Мухамеджанович, без сомнения, был самым совершенным из них. Ибо величайший подъем его любезности на шкале всегда приходился на самую трудную для Наркеса пору. Не последнюю роль в этом играл индуктор. Возвращаясь с заседания в Академии домой, Наркес думал о разном.

Как ни странно, есть люди, которые в угоду своим мелким, корыстным расчетам и низкой зависти готовы погубить самую большую славу своей нации и самое большое из всех открытий человека. Люди эти не безобидные гетевские Вагнеры, роющиеся в пыльных пергаментах и радующиеся, находя червей. Нет. Не обладая ни граном таланта, они тем не менее хотят быть законодателями в науке. Это уже современные Вагнеры, Вагнеры, двинутые вперед цивилизацией. Они могут работать на разных постах, но от этого суть их, естество их души не меняется. Желая сохранить за собой крохотные места в науке и общественном положении, они готовы на смертный бой с гением.

Да… Много ничтожеств хотело бы обломать крылья гению, если бы это было в их власти. Но гений побеждает все. И величайшую, ни с чем не сравнимую инерцию человеческого мышления, все болезни и трагедии личной жизни, зависть и подлость всех Сальери, которых он встречает на своем пути. Он думает о славе и престиже нации, даже если о нем не думает никто. Он совершает подвиг своей жизни, несмотря ни на какие препятствия, если потребуется, то и ценою своей жизни. Даже после смерти он продолжает побеждать всех бездарей в сфере своего искусства или науки. Идеи и мысли его побеждают века. Всегда и во все времена он утирал и будет утирать нос всем лже-гениям и лже-талантам. Такая уж у гения судьба. И с нею подлым и гнусным завистникам ничего не поделать. Победит и он, Наркес. Он победит, даже если их будет не один и не два, а целая армия Сальери. Он сам пойдет навстречу им, чтобы показать, что может сделать Гулливер с лилипутами. Ибо они так же великолепно, как и он, знают, что в своей сфере творчества он непобедим…

Приехав домой и немного отдохнув, Наркес, чтобы полностью избавиться от неприятных впечатлений, оставшихся у него после встречи с Каримом Мухамеджановичем, снова обратился мысленно к самому любимому предмету своих исследований – проблеме гениальности. Так он делал всегда в самые трудные дни своей жизни, стараясь противопоставить ее тяготам и неудачам науку, находя в ней одной забвение, утешение и радость поиска.

Во всем естествознании при всех его самых фантастических современных достижениях нет области более трудной, а потому и менее изученной, чем область мозга. Наука о мозге, бесспорно, самая великая из всех наук. Гениальность же как ярчайшее проявление разума – самая сокровенная из всех известных ранее и ныне тайн природы, окруженная почти мистическим ореолом. Сколько легенд, посвященных этому редчайшему свойству человеческой натуры, создано людьми во все времена. Сам он к этим легендам, рожденным ярчайшей творческой фантазией разных народов, добавил «Легенду о крылатом человеке».

26
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru