Пользовательский поиск

Книга Дар – Земле. Содержание - 4

Кол-во голосов: 0

– Конец – чего? – отозвался Валерг, как эхо.

– Резервации, конечно…

Валерг помолчал, по-прежнему глядя куда-то сквозь Олгерда.

– Я хочу посмотреть, что там внутри… – сказал он наконец. – Пока они там есть…

– Иди… – Олгерд пожал плечами и насупился.

– А ты?

– Я – нет… Уволь. Насмотрелся за три года, – и почти умоляюще добавил. – Вертайся быстрее… Мы же выпить хотели…

Было что-то кощунственное в той простоте, с которой Олгерд говорил о выпивке, но Олгерд все эти годы жил подле смерти и привык к ней, как привыкают к неприятным запахам, шуму, неудобной обуви. Это была его работа, грязная тошнотворная поденщина, за которую обещан ему, в конце концов, угол на старушке-Земле.

– Я скоро вернусь, – проговорил Валерг, опуская голову, будто внезапно чего-то застыдился.

4

Бело-голубой фарп со светящимся золотым изображением руки, сжимающей цветок, въехал в резервацию дарвитов. Здесь было так же тихо, как и снаружи. Белая дорога, черные стволы вокруг. В небе неярко блестели звезды. Фарп выехал на открытую площадку и остановился. Деревья отступили и на поляне возникло несколько белых домиков. В темноте Валерг их различил как пятна тусклого света. Лишь в одном доме горело окно, остальные казались безжизненными и это тревожило. Валерг пошел на свет. При его приближении дверь бесшумно раскрылась, а светлые нити, что свисали с потолка подобно водорослям, подобрались наверх, мелодично позвякивая. Мягкий желтый свет усилился, сделавшись почти естественно-солнечным, золотым.

– Иди сюда, – раздался глуховатый голос из глубины комнаты, будто кто-то уже давно ожидал Валерга.

Он отдернул прозрачную, мягкую портьеру и вошел. Желтый шар, похожий на спелый плод, теплился на столе, наполняя комнату золотистым светом, который так поразил Валерга. Комната была довольно обширной и казалась пустой. Стол и кровати, сделанные заодно с полом и стенами, были прикрыты той же мягкой призрачной тканью, из которой была соткана портьера. За столом, подперев голову руками, сидел старик в белой тунике и накидке из темно-коричневой ткани. Светлые пушистые волосы ореолом вставали вокруг его лица, что придавало старику сходство с земным одуванчиком.

– Я пришел сказать… – начал Валерг с порога и запнулся, встретившись взглядом с черными неподвижными глазами дарвита.

«Он все знает…» – мелькнуло в мозгу техинспектора вовсе не догадкой, а вполне отчетливой ясной мыслью.

– Ты устал с дороги, – сказал старик тихо. – Присядь, отдохни… Поешь… – он пододвинул в сторону Валерга крупный светло-коричневый плод, похожий на земную дыню…

Валерг опустился на скамью и подлокотники тут же изменили свою форму, приспосабливаясь к слишком длинным для дарвита рукам Валерга. Техинспектор достал из кармана нож и с силой всадил его в плод. Спелая мякоть треснула, потек густой сок, образовав на столе прозрачную лужицу. Старик не отрываясь смотрел на руки человека…

– Нужно? – спросил Валерг излишне громко и, подавшись вперед, протянул нож старику, но тот лишь отрицательно покачал головой и спрятал крошечные, будто детские, ладошки под темную ткань плаща.

– Я сломал сегодня ветку, – сказал старик печально. – И боль, как мне показалось… была слабее, чем обычно… в таких случаях… – в голосе его мелькнул почти человеческий страх.

– Послушай, старик, завтра, когда лимгардисты ворвутся в круг, они сметут все на своем пути: вас, ваши дома и деревья вокруг… Не время будет подсчитывать сломанные ветки… Но сегодня у вас еще есть шанс спастись… Я приехал…

– Подожди, – старик остановил его усталым жестом. – У нас нет ни одного шанса, даже если мы уйдем…

– А могли бы? – нетерпеливо прервал его Валерг.

– Могли бы… – кивнул головой старик. – Но это ничего не дает… Дар умирает… Его ничто не может спасти…

– Но почему вы не защищаетесь?! – взорвался Валерг. Бесконечная покорность дарвита взбесила его. – Вы позволяете себя убивать, как стадо животных… Я видел голограмму вашего уничтожения и не мог вынести и примчался сюда… А вы… – он на мгновение задохнулся. – Вам ничего не стоит связаться с системой управления любой машины, выключить компьютер, ведь вы…

– Не надо… – вскрикнул дарвит и заслонился рукой.

Лампа на столе вспыхнула белым ослепительным светом и легкая ткань портьеры заколебалась, будто неожиданный порыв ветра приподнял ее.

Валерг невольно отшатнулся. Ему показалось, что он чем-то до глубины души оскорбил старика, но чем – он не мог понять.

– Роберт, прошу тебя, не говори так, – проговорил наконец дарвит глухим голосом. – Ничего не делай, не помогай нам. Уходи!.. Только не требуй, чтобы мы изменились.

– Я этого и сам не хочу! – воскликнул Валерг и замолчал, сообразив, что старик назвал его по имени. – Но надо же как-то сопротивляться! – против воли в голосе мелькнуло что-то жалобное, и Валерг вдруг почувствовал себя глупым ребенком перед этим посвященным в великую тайну стариком.

– Нет такого положения, из которого не найдется выхода, – Валерг сжал кулаки. – Так или иначе любую задачу можно решить…

– Мы не можем иначе…

– Почему, черт, возьми?!

Старик взглянул на него, как на непонятливого ребенка.

– Послушай, Роберт, мы не можем управлять машинами людей против их воли, мы не можем повернуть их корабли и фарпы против их воли… Это та же боль. Тот же вред… И, возможно, чья-то смерть. И значит – зло…

– Что ты понимаешь в добре и зле? – вспылил Роберт. – Зло – убивать? А умирать, как бараны – добро?

– Не будем говорить о добре и зле, поговорим лучше о злобе и доброте…

Валерг отвернулся. В самом деле, что-то похожее на злобу шевельнулось в глубине его души. Неужели дарвит почувствовал даже это?

Валергу стало не по себе. Постоянное чувство наготы утомляло. Человек разоблачается лишь периодически, и даже в минуты откровения он чаще хочет казаться, чем быть. А здесь не защищали слова и улыбки, невольно хотелось что-то делать, чтобы заслониться от убийственного понимания.

– Что же ты предлагаешь?.. Какой выход?.. – спросил Валерг, понимая, что все его вопросы безнадежны и обречены.

– Сходи посмотри на наше озеро. Искупайся. Там сейчас прекрасно, – отвечал дарвит. – А завтра озера уже не станет. Оно умрет вместе с нами. Хотя внешне останется таким же голубым и прохладным.

Гнев Валерга прошел, его больше не возмущала покорность и беззащитность дарвита. Гнев растаял, осталось сожаление.

– Прости, – пробормотал Роберт и, взяв со стола нож, поспешно сложил и засунул в карман. – Прости, – повторил и двинулся к выходу.

«Пойду и напьюсь с Олгердом», – подумал он с тоской, но пошел вовсе не в сторону поста охраны, а к озеру.

Ночь была чудесной. Облака медленно клубились, собираясь для утреннего дождя. Мелкая россыпь, звезд то появлялась, то исчезала, но белый камень, светясь, не давал темноте завладеть Даром. Валерг прошел мимо фарпа, на ходу погладил бок машины и стал спускаться к озеру. Его не оставляло чувство, что он по-прежнему на Земле и не покидал ее никогда, а это озеро, поселок и заросли – лишь невиданный прежде таинственный уголок.

Была какая-то тревога в этих зарослях и воде, что светилась и от которой в холодеющий воздух поднимался пар, как от большого и теплого животного. Но опасность и манила. Хотелось заплыть под темные ветви, затаиться и ощутить себя среди неведомого. Валерг разделся и бросился в воду, подняв волну. Через несколько минут он уже был в темноте нависших ветвей, хотел схватиться за ветку, но она подобралась… Массивное многорукое животное запрыгало прочь, издав короткий жалобный крик.

Валерг расхохотался. Вот и вся опасность! Дар на большее не способен. Бедный Дар! Валерг поплыл обратно к берегу и, выбравшись, долго лежал на песке…

«А ведь прав старик… – думал он. – Здесь так хорошо… Будто кто-то огромный держит тебя на ладони… Неужели Олгерд этого не чувствует?!..»

И ему сделалось жаль Олгерда…

3
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru