Пользовательский поиск

Книга Что там, за дверью? (“Фантастика 2006” сборник). Содержание - Повести

Кол-во голосов: 0

— Пошли, пошли отсюда… — миролюбиво заворковал старый колдун, подталкивая остальных к выходу. На пороге оглянулся. — А ты, милок, не серчай… — успокоил он тяжело дышащего самородка. — Это ограбление. Просто видим: взять у тебя нечего — ну и…

Во дворе раззявившая было пасть шавка увидела Незлобина и, поджав хвост, юркнула в конуру. Не залаяла она и после того, как серая дощатая калитка закрылась со стуком за незваными гостями. Пёс его знает — вдруг вернётся!

— Спасибо вам! — обессиленно выдохнул Поликрат Поликратыч и, повернувшись к старичку колдуну, принялся с благодарностью трясти его хрупкую ручонку. — Какой вы всё-таки психолог…

— Это ты о чём? — подозрительно осведомился тот.

— Ну как же! Я-то грешным делом думал: нажмёт сейчас, не дай Бог… — Представитель власти содрогнулся и с ужасом оглядел курган обломков и заросли бурьяна, видимо, представляя, как всё это погружается в бездну мирового хаоса.

— Позвольте, — озадаченно сказал Незлобии. — То есть вы тем не менее полагаете, что установка действующая?

— Нешто я знаю? — благодушно усмехнулся Ефрем Нехорошев. — Может, и действующая…

На вершине бугра колдун с учеником, приотстав, задержались.

— Сам-то не боишься? — вполголоса спросил Портнягин.

— Чего?

— Ну… хаоса там…

— Эх, милай! — развеселившись, отвечал старый колдун Ефрем Нехорошев. — Нашёл, чем пужать! Да по сравнению с нашим бардаком ихний хаос — это почти порядок!

Глеб ошарашенно оглянулся на тусклое радужное стекло в окошке домика.

— Тогда, может, вернуться да самим кнопку нажать? — неуверенно подначил он.

— И думать не моги, — сурово оборвал наставник. — Сколько раз тебе повторять: всё должно идти своим чередом… И потом, знаешь, Глебушка, — признался он вдруг с неловкостью. — Как ни крути, а чужой он, хаос-то, пришлый. А к бардаку вроде привыкли уже, можно сказать, душой прикипели…

© Е.Лукин, 2005

Повести

Юрий Манов

БЛИН ЛОХМАТЫЙ тчк, или You are in the army now

Вертолеты — это души погибших танков.

В Янг. “Философия Дао в век компьютерных технологий”

В армию я попал случайно, из-за моего приятеля Белкина. Если бы не он, военкоматчики, наверное, и поныне продолжали бы слать повестки по месту моей прописки в городке Зареченске, что на реке Оке, а моя двоюродная тетка привычно объясняла бы почтальону, что Влад Мамичев уехал в город учиться и до сих пор не возвращался. Она умная, моя тетка Маня, всегда знает, что и когда правильно сказать.

Это Белкин надоумил меня учиться на права, он, видите ли, очень нервничает, когда при вылазках на природу все пьют вкусное пиво, а ему приходится трезвым крутить баранку. С подлой мыслью усаживать меня за руль в подобных случаях он и решил осчастливить вашего покорного слугу халявными водительскими правами. У него какой-то бартер с автошколой, так что за обучение и бензин мне платить не пришлось. Но халява, как правило, всегда имеет обратную сторону…

Вот в областном ГИБДД меня и сцапали прямо в кабинете, где эти самые права выдаются. А я — то сначала удивился, почему за столом рядом с угрюмым ментовским капитаном сидит улыбчивый армейский майор.

— Что же вы, молодой человек, по повесткам не являетесь, — ласково пожурил меня майор, погрозив пальчиком, — образование высшее бесплатное получили, значит, соображаете, что пора и Родине долг отдать. Тем более права водительские у вас теперь имеются, следовательно, вполне можете военным автомобилем управлять. Ракету боевую возить или генерала какого. Опять же, живете в областном центре без прописки, непорядочек получается.

Я хоть в армию и не рвался, но особо не возражал и тут же подписал повестку. А что оставалось делать? Платить зажратым военкоматчикам за отсрочку или покупать у врачей-мздоимцев справку, что я латентный гомик, а посему в общую армейскую душевую меня запускать нельзя по причине неуставных вожделений? Нет уж, увольте. Опять же, я совершенно не собирался скрываться пять лет от призывной комиссии до заветного возраста, чтобы спеть на мотивчик популярной группы “Руки вверх”:

Вы целуйте меня в же…
Двадцать восемь мне ужо…

(исполняется перед окнами областного военкома, сопровождается пляской вприсядку.) Люблю, знаете ли, спать спокойно, никакой вины за собой не чуя. Двух детей заводить, да и жениться вообще я тоже как-то не собирался, лучше уж два года в сапогах, чем с ярмом на всю жизнь.

За день я успел уведомить хозяев съемной жилплощади, что в течение минимум полутора лет не смогу проживать в их уютном доме по обстоятельствам от меня не зависящим (ключи я отдал Белкину для его похотливых похождений), получил на работе расчет и созвал коллег на проводы. Проводы удались, мои сослуживцы и сослуживицы в особенности горько сожалели, что наше издательство будет обходиться без моих талантов, обещали скучать. Маринка заливалась горючими слезми, а девчонки ей сочувствовали и по очереди лезли ко мне целоваться. Пьяненький Белкин, изнывая от чувства собственной вины, тайком сунул мне визиточку и попросил обязательно позвонить, если я не хочу весь ближайший год рыть окопы, драить полы и строить дачи старшему офицерскому составу. Сказал, что моего звонка там будут ждать.

Про визитку я вспомнил только следующим вечером, когда уже упаковывал комп для сдачи на хранение. Достал ее из кармана, набрал номер и выслушал механический голос, сообщивший электронный адрес, по которому я должен был скинуть свою анкету. Здрасьте, опять бумажки, ну нигде без этого. Благо различных анкет и резюме у меня было в достатке (набил руку, пока работу искал), я снова распаковал машину, в последний раз вошел в сеть и скинул требуемое. В результате с утра в мою дверь позвонил хмурый армейский прапор, внимательно меня рассмотрел и кивком головы пригласил спуститься вниз с вещами, служить в армии.

Это была какая-то неправильная армия. Во-первых, никто не ругался матом, во-вторых, прапорщик, что вез нас в военную часть на постоянное место службы, водки не пил, денег не вымогал и оказался не идиотом, что меня несказанно удивило. Судя по отечественному сериалу “ДМБ”, все прапорщики доблестной расейской армии либо идиоты и алкоголики, либо расхитители армейского имущества, а большей частью и то, и другое, и третье одновременно. Больше про современную армию мне узнать было неоткуда: НВП в школе давно отменили, в институте мы были сплошь пацифисты, Белкин и старшие товарищи по работе, вспоминая срочную службу, рассказывали большей частью про озорные “самоходы” по девкам и бегства от патрулей. А программу “Служу отечеству” и “Армейский магазин” я не смотрю принципиально, несмотря на то, что последнюю ведет довольно сексапильная телка с классной задницей, которую не Раз демонстрировала обнаженной в забавном шоу “Последний герой”. Причем вся физия у теледивы была искусана злыми москитами, а задница — наоборот, чистая и гладкая. Видимо, каждый бережет самое дорогое…

Впрочем, о гладкой и чистой женской заднице мне, видимо, придется на время забыть. Я ж теперь солдат, и все мысли мои должны быть сфокусированы на защите Отечества от супостата и на выполнении приказов непосредственного начальства. А отцы-командиры почему-то считают, что общение с нежным полом отвлекает солдата от вышеназванных патриотических мыслей. Причем сами они от общения с дамами отнюдь не уклоняются, видимо, по секретной армейской директиве солдат-срочник — иной вид мужской особи, нежели офицер или какой-нибудь гражданский.

Всю дорогу прапор молчал, напряженно перелистывая страницы наших личных дел, так что о конечной точке маршрута можно было только гадать. Но то, что в армию нас везут на автобусе, — меня порадовало. Не иначе как таинственный армейский знакомый Белкина приготовил мне уютное местечко поблизости от дома. И непыльную работенку типа писаря или библиотекаря в клубе. Но когда автобус выехал на взлетную площадку, где солидно начинал раскручивать винты здоровенный армейский вертолет, я взгрустнул. Далековато служить придется-то. Успокаивало лишь то, что в просторном салоне вертолета нас было шестеро, не считая прапора, причем ребята совсем не походили на ту бритую, пьяную, орущую и блюющую толпу, что встретилась нам в облвоенкомате. Двое — примерно моего возраста, тоже после института, очкастому Николаю — 26 (вот смешной, не мог, что ли, годик где-нибудь перекантоваться), еще двое — молоденькие гривастые пацаны в черных майках с фотопортретом Кипелова. “Арию” уважают, сойдемся…

46
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru