Пользовательский поиск

Книга Пожиратель Пространства. Содержание - 0.0: «Вчера, сегодня, завтра»

Кол-во голосов: 0

Анастасью, которую зубоскалы за её обширные формы насмешливо звали Маленькая, я отыскал в оранжерее. Она сидела на невысоком, длинном металлическом ящике, поверх которого был наброшен съехавший набок чехол. Сквозь стеклянный колпак она наблюдала за красно—коричневым плотоядным растительным хищником, подвергаемым жёсткому рентгеновскому облучению, источником которого служил укрепленный на свисающем с потолка штативе аппарат «Поток—100».

Растение, казалось, жадно тянулось вверх своими тоненькими не то листьями, не то щупальцами, принимая аппарат за какое—то странное солнце, неожиданно жестокое и злое, будто надеясь, что оно смилостивится. Вообще—то растением оно называлось условно: человечество повсюду таскает за собой примитивную классификацию органики, пытаясь любое из обнаруженных им биологических явлений, основой жизни которых является углерод, втиснуть в жёсткую схему «флора—фауна». Уж такие мы, человеки, косные существа: хоть к дьяволу в пасть, а со своим уставом.

Анастасья обернулась на звук моих шагов. Поднялась и направилась мне навстречу.

– Анджей, – сказала Маленькая (почему—то про себя я назвал её этим словечком), – я всё знаю. Мы будем бороться!

Меня неожиданно скрутил жестокий приступ смеха. Я хохотал. Сначала ей в лицо – мне показалось, что Маленькая восприняла это, как вызов; затем отвернувшись, сдерживая судорожные движения живота рукой и утирая ладонью слёзы. А когда подумал, что мелькаю перед её глазами трепыхающейся в разрывах штанов задницей, понял, что разряд может и не понадобиться. И без него помру – от хохота.

Анастасья спросила: – Анджей, эти сволочи тебя били? – и такой дешёвый пафос был в её словах (а ведь не виновата она: глаза—то искренностью так и сверкают!), что хохот стал переходить в спазматические всхрипывания. Как лживо вдруг прозвучали её слова!.. Может, и раньше они звучали так же, но для того, чтобы услышать, необходимо было пройти адов подлесок, круг первый. Прошёл – и услышал. Меня разрывало на части.

«Ма—а—аленькая, – по—особому нежно мысленно произнёс я, когда неостановимый хохот прервался на полузвуке, – ведь не смогу я теперь с тобой ни пить вместе, ни шуточки всевозможные придумывать, ни говорить по—челов… по—нормальному. Маленькая, это всё не то, не то…

„Боро—оться!“ – фальшивочка; и слова твои, и вы все. И я. И цивилизасьон наш тоже фальшивочка, крупномасштабная. Инфузория Фельдмана – и та поближе мне будет, чем видок наш. Ну и видок у нас!».

– Настуся, – сказал я вслух, – не надо за меня бороться. Я сам… наверное…

– Анджей, – ответила Маленькая, – я не обиделась. Вот моя рука, – и она протянула свою большую мягкую ладонь.

– Пожалуйста, хватит театра. Я умоляю!!

…если бы в оранжерею попадАли, открывая тяжёлую дубовую дверь, я бы захлопнул её с грохотом, рождающим ударную волну, от которой все растения перестали бы плодоносить. Это явилось бы достойным и логичным, подобно опусканию занавеса в конце пьесы, действием.

Но в оранжерею вели лёгкие прозрачные мембраны. Надеяться, что они способны произвести грохот, не стоило. Поэтому я ушёл, не попрощавшись, и без звуковых эффектов.

Ушёл, не ведая, куда идти, не имея ни малейшего представления, как идти. Но с абсолютной уверенностью в том, что на этой лживой планете мне места нет. И что не останусь я на ней. Даже если Обезьян лично падёт на колени и будет со слезами на глазках умолять о прощении.

Подошва ботинка «лесоруба» наступила на меня, с хрустом раздавив все выстроенные планы и намеченные цели, и превратила в жалкие обломки всё, что доселе составляло смысл моей жизни.

0.0: «Вчера, сегодня, завтра»

…как—то, роясь в памяти корабельной сети, он совершенно случайно наткнулся на один странный текстовый файл.

Неясно, откуда и каким образом этот текст скачался в одну из баз данных. Похоже, остался в наследство от кого—то из предыдущих владельцев.

Не удивительно. Нынешний звездолёт Экипаж откупил после списания у Армии Освоения Космоса одной из планет системы Сейлем. На нём до торговцев, наверняка, всякие научные и военные экспедиции в вакууме рассекали.

Так вот, на одном дыхании усвоил он содержимое этого файла, с первого до последнего байта. Предварительно оставив копию в локальной «постоянке» личного терминала, вернул файл из оперативки в память сети, и крепко задумался.

Надо же, думал он. Получается – какие мы, человеки, похожие друг на дружку существа… Когда бы мы ни жили, чем бы ни промышляли, где бы ни сидели, куда бы ни летали, как бы ни «самоназывались». Хоть людьми, хоть человеками, хоть землянами, хоть потомками землян.

Нарытый им файл оказался чем—то вроде бортового журнала допотопной торговой лохани. Независимой. Порта приписки межзвёздная странница не имела, и занималась, в принципе, тем же, чем занимается Экипаж «Пожирателя Пространства», чтобы заработать на кусок булки с паштетом, банку пива, горячую ночку с портовыми девочками (для мужской части команды) и прочие насущные потребности…

И даже, если повезёт, на какую—нибудь укромную хижину где—нибудь на тихой планетке. Но это для тех, кто дотянет до старости, а при вольном образе жизни это не так уж часто случается. Впрочем, вольно—торговым делом и не стремятся заниматься натуры, которые жаждут всенепременно до старости дожить и на пенсию выйти.

Он, правда, толком так и не разобрался, в каком конкретно году этот журнал был заполнен. С датами в тексте – полная неразбериха! Судя по всему, та древняя посудина бороздила пространство не то в двадцать пятом, не то в двадцать девятом веке по допотопному летосчислению. Тому, которое «от Р.Х.».

Но если судить по некоторым изложенным фактам и бытовым деталям – текст появился чуть ли не в наше время… Не разобрать! Но тот, кто заполнял, некто Энди – ориентируясь по датам, проставленным под заголовками, – жил ещё в дозвёздном двадцатом столетии. А это – уже вообще выглядело полной бессмыслицей.

Он не считал себя великим знатоком именно этого периода истории прародины, эпохи особо смутных переходных предкосмических эпох, но!

Насколько он помнил, в двадцатом «от Рождества Христова» – дальше Проксимы Центавра доисторические предки ещё не летали. Похоже, тот парень, что заполнял журнал, совсем необлётанный салага был, корму с баком путал. (Хотя вполне может статься, что память подвела. Необходимо полистать архивы, уточнить!)

Да и сам текст странный, если не сказать весьма. Капитан за таких «вольностев» в бортжурнале руки пообрывал бы, вместо них шланги повставлял, и пустил бы в те шланги кислоту какую—нибудь, позабористей. Где же это видано, чтобы в бортовой журнал – а не в файлы личных заметок! – заносились разные личные переживанья, побочные мысли, к делу не относящиеся, забортные события, и прочая подобная отсебятина?! Не говоря уже об этих непонятных заголовках разделов… Не бортжурнал, а беллетристика натуральная!

Ну так вот, кем не видано, тот пусть поинтересуется этим файлом. Полюбуется, как НЕ надо вести бортжурнал. А ему – недосуг. Капитан зовёт, а значит, «руки в ноги» и скорчерным импульсом – лететь в главную рубку.

В конце концов, у той посудины была своя, как говорится, свадьба, а у «Пожирателя Пространства» – своя. Где—то как—то не менее весёлая. Но – совсем другая.

Экипаж «ПП» расположился на совершенно другой «полке», занесён в абсолютно иную базу данных, существует в совершенно других операционной среде и оболочках, у имён его файлов абсолютно иное расширение. И ни в качестве эпигонов, ни тем более в качестве пародистов – его членов нельзя воспринимать. Современный реал для них, похоже – что виртуал. И наоборот… «Мы идём своим путём», коротко говоря.

Хотя, конечно же, он не отказалась бы поговорить за жизнь, и обменяться, так сказать, боевым жизненным опытом, с тем пареньком, который часто упоминался в записях. Надо же! Помощником суперкарго…

9
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru