Пользовательский поиск

Книга Гробницы Немертеи. Страница 18

Кол-во голосов: 0

Признаться, он не ожидал подобной шуточки от смущавшейся, как старая дева, археологини. Явилось желание столкнуть ее в речку, поплескаться в воде, а потом…

И она, казалось, ждала чего-то подобного. Но эти подозрительные слезы, этот дрожащий при любом неосторожном слове голос… нет-тут ясно стоит знак: "заминировано”. Платон привык не осложнять себе жизнь.

И археолог занялся стиркой своего комбинезона. Девушка явно обиделась. Она даже не пыталась этого скрыть – резко передергивала плечами, демонстративно втягивала носом воздух. Как будто Атлантида пообещал жениться на ней и нарушил слово. А что было-то? Самый невинный поцелуй в “мастабе”. И вот нате – куча фантазий.

Однако ленч она все-таки приготовила, разложив по пластиковым коробочкам свои припасы. Мясо оказалось очень даже ничего (заменитель, но вполне приличный), а вот срок хранения печенья кончился лет двадцать назад. Мимо закусывающих археологов проползла по песку какая-то тварь, похожая на наложенные друг на друга краями две пластиковые желтоватые миски, из-под которых высовывались многочисленные мохнатые светло-коричневые ножки.

– Кто это? – поинтересовался Атлантида.

– Я называю их самцевозами. Разумеется, это ненаучно. По классификации они имеют какое-то другое название. Что-то вроде яйцеед быстроползущий. Ведь это парочка: самка впереди, а самец сзади, вцепился ей в панцирь челюстями и едет верхом.

Атлантида присмотрелся. В самом деле “миски” явно были автономные, хотя сейчас и находились в тесном контакте. И вторая явно меньше первой. Судя по всему, “миски” в данный момент занимались сексом. – И они никогда не расстаются? – Платону почему-то при этой мысли стало тоскливо.

– Ну почему же! Расстаются. Когда самка отложит кладку яиц в песок, самец оставит подругу и начнет поедать яйца. Обычно эта первая кладка из неоплодотворенных яиц. Освободившись таким образом от самца, самка отползает как можно дальше и делает вторую кладку – здесь уже почти все яйца оплодотворенные. Брошенный самец срочно ищет другyю самку. Или чужую кладку. Но поскольку сам он передвигается слишком медленно, то обычно вскоре погибает. Но иногда ему везет, и он все же находит самку и ездит на ней, пока дама не подсунет своему кавалеру ложную кладку.

– Вижу, здесь велись долгие наблюдения за фауной…

– Это я немного понаблюдала за этими… “яйцеедами быстроползущими”. Официальные ученые составили биологическую карту планеты, переписали тех тварей, которых смогли обнаружить, оставили пару работающих в автоматическом режиме “наблюдателей” и улетели.

– По-моему, у этих “яйцеедов” налицо явное вырождение, – заметил Атлантида.

– Ну разумеется! Ты же заметил: самец мельче самки. И здесь много таких экземпляров.

– А гуманоиды? Немертейцы? Они как? Кто у них был выше ростом – женщины или мужчины? Андро пожала плечами:

– Не знаю. У меня нет точных данных… Мы нашли лишь два скелета женщин. И одного мужчину. Их мы точно идентифицировали как немертейцев. Останки потерпевших катастрофу астронавтов не в счет. Для создания классификации маловато. Я думаю, жители Немертеи сжигали своих покойников. – Так методично, что от всего населения осталось только три скелета? Что-то мне эта гипотеза не нравится. Кстати, как ты думаешь, что сейчас делают Кресс и Ноэль?

– Приехали на раскопки и пытаются нас отыскать. – Не уверен. Ребята наверняка копают у себя, и до нас им никакого дела нет. Андро не согласилась:

– Они слышали взрыв.

– Ну и что? Твои друзья могли предположить, что мы расчищаем какой-нибудь новый участок.

– Я никогда не пользуюсь взрывчаткой.

– Тогда пойдем и проверим, какая из теорий верная – моя или твоя.

Опять в глазах женщины мелькнуло разочарование. Они натянули еще влажные комбинезоны и отправились в путь. Вскоре тропинка, проложенная Андро, вывела на вполне приличную дорогу. Сквозь синие и красные плитки то там, то здесь пытались пробиться кустарники, но дорожное полотно еще держалось.

– Фантазии у немертейцев в самом деле маловато, – досадуя на вымерших обитателей планеты, заметил Атлантида.

– Похоже, все дороги у них мостят только такими плитками? Кстати, а куда она ведет?

– К городской стене. А в ту сторону – на гранитные каменоломни.

– Тогда пойдем в город. Каменоломни оставим на потом. Дорога довольно круто поднималась вверх. Почти одинаковые огромные деревья росли на определенном расстоянии друг от друга, и можно было предположить, что они посажены немертейцами много лет назад. Однако не так уж давно, если все еще растут. И сухих стволов почти не встречается. По словам Андро, местные буки растут порой до двух тысяч лет. Платон специально осмотрел лежащего возле дороги спиленного великана. Судя по срезу, его повалили совсем недавно. Платон провел кончиком трости по пню. Дереву было не меньше тысячи подсчитал чип в тросточке. Нетрудно предположить, что дороге примерно столько же.

Так по древней дороге – для удобства Андро называла ее “Аппиевой” – они дошли до городской стены. Ворота здесь открывались точно так же, как и те, первые – водишь пальцем по кругу, и дверь сама собой распахивается. Странно, почему хотя бы для сокращения пути кладоискатели не разрушили часть этой нелепой преграды?

Судя по всему, Андро любила позагорать на реке и на раскопки частенько возвращалась этой дорогой: за стеной среди обломков и вздыбленных осколков она протоптала тропинку. И потому Атлантида и его спутница вскоре вышли к тому месту, где оставили вездеход. Теперь рядом с машиной Андро стояла вторая.

– Вот видишь, ты ошибся! – с жаром воскликнула археологиня, довольная, что оказалась права, а Платон ошибся. – Они приехали. Услышали взрыв и примчались…

– …Чтобы отыскать наши изуродованные останки, – мрачно пошутил Платон. Он проверил – на месте ли бластер. И только потом отправился искать Ноэля и Кресс.

Археологи-любители копались на месте разрушенного купола. То есть от самого купола ничего не осталось. Но поскольку он обладал довольно приличной прочностью, то развалины храма не особенно пострадали. Во всяком случае, от “жертвенника” отвалился лишь небольшой кусок, да еще его поверхность изрядно посекло осколками. Видимо, стрелок метил в “мастабу”. И даже не в саму “мастабу”, а рядом – в ход. Потому что треугольная крыша странного сооружения уцелела.

Ноэль и Кресс с помощью старенького робота-землесоса разбирали завал. Оба в рабочих комбинезонах, на головах легкие гражданские гермошлемы с прозрачными забралами. Только теперь Атлантида удивился, а почему Андро не пользуется в этой обстановке гермошлемом?

– А что здесь произошло?! – очень натурально разыграв удивление, спросил Рассольников.

– Вы! – вскликнула Кресс, роняя обломок кладки, который держала в руках.

Ноэль перестал отгребать битый кирпич и уставился на пришедших так, будто видел впервые. Лишь робот продолжал трудиться, не забыв при этом прохрипеть:

"Приветствую гуманоидов женского и мужского пола”. За такое приветствие Платон с удовольствием оторвал бы ему манипуляторы.

– Мы думали… мы думали… что вы там, – выдавила наконец Кресс, – Вы же собирались копать. А потом этот выстрел…

– Выстрел? Так это был выстрел? А из чего стреляли? – тут же оживился Атлантида.

Андро молчала и нервно теребила бахрому платка, которым вновь замотала лицо. Сквозь прозрачное забрало гермошлема, несмотря на слой пыли, Атлантида видел, что Кресс нервно кусает губы, срочно пыталась придумать ответ. – Это хог, – вдруг сказал Ноэль. Кресс не ожидала, что он осмелится произнести эту короткую фразу, и вздрогнула всем телом. – Кто такой “хог”? Никогда не слышал о нем.

Ноэль вздохнул. Видимо, срочно пытался придумать правдоподобную байку. То, что супруги знают гораздо больше, чем Андро, Платон уже понял. Весь вопрос, насколько много они знают.

– Ну, как сказать… Это что-то… кто-то… вроде местного разбойника. Он уже дважды нападал на нас, когда мы пытались раскопать виллу. Но это, так сказать, были легкие удары… Не такой, как теперь.

18
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru