Пользовательский поиск

Книга Зенитный угол. Содержание - ГЛАВА 9

Кол-во голосов: 0

– Раскрутить вдоль продольной оси. Лишняя пыль слетит, и если эти… хм… эпизоды будут повторяться… ну, вращение поможет распределить нагрузку по всей поверхности равномерно. Так что не будет этого питтин-га… э-э… то есть напыления… – У Вана начал заплетаться язык. Он только что сказал «текущая эксплуатационная аномалия», а живые люди так не разговаривают. – Майк, объясни ты!

– Наша птичка крутится, как курица на вертеле, сэр. Не пригорает с одного боку, а румянится.

Но какой смысл иметь спутник, если мы лишаемся стабильной, неподвижной камеры?!

– Нет, – возразил Ван. – Смысл в том, чтобы получать стабильные изображения. Кадры, снятые камерой с вращающегося спутника, можно преобразовать в нормальные.

– Это невозможно.

– Да нет, вполне возможно.

В этом серьёзную помощь могли бы оказать астрономы. Ван не обмолвился Дотти ни словом об этой идее, но знал, что подобного эффекта можно добиться.

– Спецэффекты – как в Голливуде, сэр! – гордо объявил Хикок. – Обработаем при монтаже, вот и всё. Как «Парк юрского периода»!

Весслер поднялся из-за стола и сунул обе руки в карманы. Видно было, что ему очень хочется выпить.

Раскрутив камеру, вы потеряете два, может быть, три процента резкости, – признал Ван. – Но вы уже потеряли столько же на так называемом помутнении ПЗС. Это, кстати, вовсе не ПЗС шалит. Это пыль сдувает со спутника, и она оседает на линзах.

– У нас нет горючего, чтобы раскрутить пташку. – Весслер не останавливался. – На орбите нет заправок с гидразином.

Верно. И вы потеряете месяцев пятнадцать из девяти лет ожидаемой стабильной работы. Но такими темпами, как сейчас… спутник и два года не протянет.

– Наша птичка под угрозой! – вскочив, страстно воскликнул Хикок. – Там что-то творится, сэр! Я не знаю, как это случилось, но то, что проблема возникла во время «войны с террором», никак не может быть случайностью. Какой-то негодяй нас прижучил, сэр. Я это точно знаю.

Весслер снова сел.

– Не каждый день слышишь подобные отчеты.

– Да, – согласился Ван.

– Где вас такого откопали, доктор Вандевеер? Вы отличный специалист, а я никогда о вас даже не слышал.

– МТИ, – ответил Ван. – Стэнфорд. «Мондиаль».

Весслер уставился на него, словно Вана стошнило лягушками.

– Вы из «Мондиаля»?

– Исследовательский отдел, – поспешно уточнил Ван. – Ушел оттуда, чтобы поработать на государство.

– Ушам своим не верю! – взревел Весслер, поднимаясь на ноги. – Недоумки сучьи! Моя мать покупала акции «Мондиаля»! Жульё!!! Как можно было опустить собственные акции на девяносто процентов?! Прохиндеи!

Ван не сдержал стона.

– Пострадала вся отрасль…

– Я не могу сказать лучшим своим работникам, чтобы они ковырялись в потрохах сателлита по одному слову какого-то олуха из «Мондиаля»!

– Я знаю! – выпалил Ван, отчаянно взмахнув руками. – Я знаю, что из-за «Мондиаля» пострадало множество людей. Но вы же не обязаны мне верить на слово! Проблема же не в этом! Я не собираюсь приписывать себе все заслуги – нет-нет! Но вы только посмотрите на него. И всё. Посмотрите на спутник. И вы увидите повреждения. Следы разрядов или сажи. И всё!

– Как?

– Отправьте шаттл.

– Вы представляете, сколько стоит один рейс шаттла? А график? Старые челноки скоро развалятся!

– Наведите на него «Хаббл». Поищите опалины.

– Гражданские телескопы не в нашем ведении.

– Да посмотрите на него, вот и всё! – умолял Ван. – С Земли.

– Нет! Наземным обсерваториям категорически запрещено проводить съемки американских спутников-шпионов, и я не собираюсь выдавать им на это разрешение. Кроме того, у них хватит разрешающей способности.

Ответить Вану было нечего. Новому, на адаптивной оптике, телескопу Дотти разрешающей способности хватило бы. Но он вступит в строй только через два года. К этому времени от него уже не будет толку.

Хикок глядел на программиста, ожидая завершающего, финального чуда, а Ван уже понял, что проигрывает. Он не мог поверить, что его план рухнул только из-за «Мондиаля», но в этом была своя жуткая логика – за последние месяцы из-за «Мондиаля» пошла наперекосяк вся его жизнь. Большие шишки, выманившие его из Стэнфорда большими деньгами, выходили теперь на прогулку гуськом и в наручниках. Мошенники. Неудачники. Разорители. Обманщики. Из вожаков цифровой революции они превратились в жуликов и лжецов. Ван сделал всё, что мог. И проиграл.

– Какого чёрта?! – рявкнул Хикок. – Я нашел решение ваших проблем, генерал! А вы даже глянуть не хотите?!

– Этот тип из «Мондиаля»!

– Можно подумать, «Локхид» чем-то лучше! Для спецназовских корректировщиков в Афгане этот спутник – просто спасение! А вы мне что пытаетесь сказать – что вам не под силу его чинить? Подключите КН-одиннадцать!

– Это уже совершенно за рамками стандартной процедуры!

– Вы позволите врагу уничтожать наш лучший инструмент разведки, пока сами сидите тут болваном?!

Весслер побагровел.

– Мистер Хикок. Бредовые лекции о летающих тарелках не помогут вам запугать офицера Военно-космических сил. Мы единственная армия на земле, обладающая орбитальной группировкой. Других не существует. Это даже теоретически невозможно.

– Какое мне дело, что считают возможным ваши разъевшиеся лоточники? Наша птичка дохнет! Я рвал задницу! Я приволок вам натурального, дипломированного компьютерного гения! Он может починить чёртову хреновину! И если вы на это не согласитесь, вы – именно вы! – предаете наших бойцов.

Весслер пошевелил кадыком. Ван сообразил, что генерал медленно считает про себя до десяти. До сих пор ему не приходилось видеть, чтобы так делал взрослый человек. Выглядело жутко.

– Полагаю, – выдавил наконец Весслер, – я уделил вам, двум дилетантам, достаточно времени.

– Всё! – объявил Хикок. – Я ухожу в отставку. – Он вытащил из кармана ключ, отстегнул наручники и швырнул чемодан на стул. – Ваша птичка сдохла уже давно! Теперь это не моё дело! А вы, безмозглые сукины дети, даже конкурс авиамоделистов не смогли бы устроить!

Весслер уставился на него. Его налитая кровью физиономия выражала одновременно ярость, омерзение и жалость.

– Эта игра, я полагаю, не в вашей компетенции, мастер-сержант.

Хикок уставил на него убийственный взгляд:

– Так для вас это игра? Асимметричная угроза в вашем куцем мозгу не умещается, генерал? Не диво, что на чёртов Пентагон самолёты падают с ясного неба! Да я скорее стану окопы в Ливане долбить, чем болтаться тут с вами, игроками! Гос-споди Иисусе…

– Майк, – проговорил Ван.

– Что?

– Пойдем, Майк. Ладно? Просто… Идем.

ГЛАВА 9

Колорадо, февраль 2002 года

Хикок был не из тех, кто лелеет обиду молча. На первой же остановке за воротами базы «Шайен» он купил две четверти[42] «Джека Дэниелса».

Ван сидел за рул ё м, покуда Хикок похлебывал бурбон и ворчал. Он собирался навестить Дотти и ради этой цели позаимствовал у Хикока машину.

Неудача терзала его. Он был прав. Он знал, что прав. Так почему это не помогло? Почему он не смог убедить генерала?

По двум причинам на самом-то деле, и первая из них была до обидного субъективной. Он, доктор Дерек Вандевеер, был в душе своей ботан. Типический интровертный бородач не от мира сего. Да, он справлялся, если к нему обращались с техническими проблемами. Но твёрдости, чтобы прогрызать себе дорогу и выстоять под ударом, у него не было. А должна быть. Некого винить в собственной слабости, кроме себя же. Дед переломил бы этого генеральчика от авиации двумя пальцами.

Почти. Совсем чуть-чуть не хватило. Если бы не та скверная история с «Мондиалем»… но не в ней дело.

Или, по крайней мере, она была лишь одним из симптомов кризиса куда более глубокого. Вообще не надо было идти в кабалу к частному бизнесу. В Стэнфорде, в МТИ, учёные придерживались определенных стандартов. Принципов научной работы. В «Мондиале» принципы никому не были нужны. Их метод – слепить в лаборатории прототип и перекинуть в отдел маркетинга для доводки. Это и попытался сделать Ван с генералом Весслером. И не вышло.

вернуться

42

Четверти галлона, то есть чуть менее литра.

39
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru