Пользовательский поиск

Книга Страна призраков. Содержание - 42 Не даться в руки

Кол-во голосов: 0

Маркос отбросил деревянную рукоятку, на которой только что держалась натянутая проволока, так, словно вдруг увидел на ней грязь, и зашагал себе дальше.

Преследователи сообразили, что Тито у них за спиной, и дружно повернулись, столкнувшись плечами. Более крупный мужчина хлопал себя по шее, куда тянулись провода от рации.

– Красные победили! – объявил он с дикой, необъяснимой яростью (интересно, что за победа имелась в виду?) и ринулся вперед, на ходу отпихнув товарища.

Тито, которому пришлось изображать панику и с якобы растерянным видом таращиться по сторонам, чтобы охотники поверили, что были близки к победе, увидел его неуклюжие движения и понял: дальше ломать комедию уже не имеет смысла. Он уронил айпод на пути противника и притворно дернулся следом, подчеркивая, куда именно упала его потеря. Неудачливый преследователь инстинктивно отпихнул его в сторону, а сам грузно спикировал за айподом. Тем временем Тито бросился наутек. Второй мужчина попытался остановить его приемом, который наверняка подсмотрел в американском футболе. Тито кинулся между его ногами и что есть мочи пнул врага. Судя по отчаянному визгу, удар пришелся в ахиллесово сухожилие.

А Тито уже бежал на юг, прочь от пересечения Парка и Семнадцатой, а значит, от места назначения. Мимо человека из обувного отдела в «Прада», одетого в заляпанную краской спецовку лоточника и держащего в руке желтую коробку с тремя короткими черными антеннами.

Со всех сторон от беглеца, дыша, как огромные псы, мчались ориши – охотник и открыватель, открыватель и расчиститель путей. И еще Осун, чья роль оставалась тайной.

41

Гудини

Милгрим скорее почувствовал, нежели услышал щелчок, с которым крохотная «собачка» поддалась напору заточенного зажима от шариковой ручки. Мужчина глубоко вздохнул, наслаждаясь непривычным чувством победы. Затем ослабил браслет, не снимая его с поручня, осторожно высвободил кисть и как можно равнодушнее огляделся вокруг. Брауна было нигде не видно, но ведь оставались его гостиничные гости, плюс как знать, из кого еще состояла пресловутая команда красных...

И почему они, эти команды, всегда называются красными? От нехватки воображения? Синие – и то чрезвычайно редки. А уж зеленых и черных вообще не встречается.

Послеполуденное солнце освещало парковые аллеи, заполненные пешеходами. Между тем кое-кто из них наверняка лишь прикидывался, будто гуляет. А сам играл в игру с участием Брауна, и его НУ, и неизвестно кого еще. Полиция поблизости не показывалась. Странное дело. Хотя Милгрим уже давно не бывал в этих местах, и, возможно, служители порядка нашли какой-нибудь новый способ исполнять свой долг.

– А он оказался дефективный, – извиняющимся тоном пролепетал мужчина, репетируя оправдание на случай, если Браун вернется прежде, чем у пленника хватит духа встать со скамейки. – Так я решил здесь подождать.

На плечи Милгрима опустились тяжелые руки.

– Спасибо за ожидание, – произнес размеренный низкий голос. – Только мы вовсе не детективы.

Мужчина посмотрел на левое плечо. Там лежала огромная черная ладонь с отполированными до блеска розовыми ногтями. Он закатил глаза, робко вывернув шею и увидел огромный утес, затянутый в черную конскую кожу с множеством кнопок, над которым высился мощный, идеально выбритый подбородок.

– Мы не детективы, мистер Милгрим. – Еще один мавр обогнул скамейку с другого конца, на ходу расстегнув плащ, похожий на латы; под кожаной кирасой обнаружился парчовый двубортный жилет иссиня-черного цвета и атласная рубашка с изящным воротником оттенка артериальной крови. – Мы вообще не из полиции.

Милгрим изогнул шею чуть сильнее, чтобы лучше рассмотреть человека, чьи руки лежали у него на плечах словно двухфунтовые мешки с мукой. Черные рыцари были в тех же обтягивающих шапочках, которые он запомнил еще в корейской прачечной на Лафайет-стрит.

– Это хорошо, – сказал Милгрим, лишь бы сказать хоть что-нибудь.

Конская шкура затрещала по швам, когда второй из мавров сел на скамейку, задев неудавшегося беглеца исполинским плечом.

– Я бы на вашем месте не говорил так уверенно.

– Ладно, – кивнул Милгрим.

– А мы вас искали, – произнес первый, не убирая увесистых ладоней. – Правду сказать, не очень активно. Зато когда вы решили позаимствовать телефон у некоей юной леди и связаться со своим знакомым, тот немедленно позвонил по старой дружбе мистеру Бердуэллу, который набрал номер, определившийся у Фиша на экране, и, применив к хозяйке трубки особые приемы социальной инженерии... Видите ли, девушка и так подозревала, что вы пытались украсть ее телефон... Мистер Милгрим, вы успеваете за моими рассуждениями?

– Да, – подтвердил тот, чувствуя, как его захлестывает лишенное всякой логики, но совершенно непреодолимое желание прицепить наручник обратно, чтобы волшебным образом повернуть ход событий вспять и возвратиться на несколько минут назад; теперь уже парк из ближайшего прошлого казался ему райским островком покоя, света и безмятежности.

– По случаю, мы оказались рядом, – вмешался сосед по скамейке, – и заглянули на Лафайет-стрит, где и наткнулись на вас. После чего, в виде одолжения мистеру Бердуэллу, некоторое время следили за вашими перемещениями, ожидая возможности потолковать с глазу на глаз.

Исполинские руки на плечах внезапно потяжелели.

– А где же ваш вечный спутник, этот ублюдок с рожей копа? Тот, который вас привез?

– Он совсем не коп, – ответил Милгрим.

– Тебя не об этом спрашивают, – отрезал сидящий рядом.

– Ух ты! – воскликнул стоящий позади. – Там белый старикан врезал здоровенному парню!

– Воруют! – завопил кто-то на овощном рынке. – Держи вора!

В торговых рядах началось волнение.

– А еще говорят, район облагораживается[118], – пробормотал сидящий на скамейке, словно досадуя на непрошеное вмешательство.

– Черт, – выругался стоящий за спиной и отпустил плечи Милгрима. – Там облава.

– Он из DEA! – выкрикнул пленник и рванулся вперед.

Старые кожаные подошвы кошмарно скользили, а он перебирал ногами, как в старом-престаром фильме с дергающимися кадрами. Или в очень плохом ночном кошмаре. Тем более что на бегу он воинственно, будто крохотный меч, держал перед собой с трудом заточенный ключ Гудини.

42

Не даться в руки

Система учит избегать погони любыми средствами, как утверждали дяди. Тот, кто следует Системе, предпочитает не уносить ноги, а не даваться в руки. Разницу объяснить нелегко, однако представьте себе людей, сцепившихся ладонями через стол. Рука, натренированная по Системе, при желании ускользнет, но не дастся.

Впрочем, Тито, которого ждали в определенном месте, а именно в гостинице с загадочным названием «W», уже не мог применить этот прием в полную силу, ведь подобное искусство не признает ограничений, а погоня, о которой предупреждал Ошоси, подразумевала определенные неудобства. Но и для этих случаев Система кое-что предусматривала. Время настало; Тито на полной скорости ухватился за спинку скамейки, упал, перекатился, вскочил, не теряя инерции, и ринулся в противоположную сторону. Казалось бы, ничего особенного, но рядом завизжал от восторга какой-то ребенок.

Ближайший из трех преследователей как раз огибал скамейку, когда беглец перепрыгнул через спинку и благополучно миновал его. Убегая на восток, Тито мельком бросил взгляд назад. Остальные двое, нетренированные рабы собственной инерции, пронеслись мимо первого и едва не врезались в скамейку. Это оказались те самые люди, налетевшие на проволоку Маркоса. У одного их них был окровавлен рот.

Держа своего Ошоси на плече, Тито мчался по направлению к пересечению Вест-Юнион-сквер и Шестнадцатой улицы. Ориши желали, чтобы он как можно скорее покинул парк с его геометрически предсказуемыми возможностями для погони. Добежав до дороги, он увидел перед собой такси – и перекатился через капот, успев заглянуть в глаза водителю через ветровое стекло. Трение обожгло бедро через джинсы. Водитель уперся рукой в гудок, да так и не отпустил. Тут же словно по команде взревели другие автомобильные сигналы. Их лающий вой достиг наивысшей точки, когда преследователи добрались до потока машин. Тито на ходу оглянулся. Мужчина с окровавленным ртом лавировал между тесно прижатыми друг к другу бамперами, высоко подняв руку над головой, словно держал в ней чудесный талисман. Должно быть, полицейский жетон.

вернуться

118

Облагораживание района (джентрификация) – постепенное вытеснение малоимущих из городского района и его заселение людьми со средним и высоким достатком. Осуществляется путем улучшения качества и перепланировки жилья, увеличения жилищной платы или налога на недвижимость.

39
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru